Дело о свалке токсичных заклинаний - Гарри Тертлдав

Сработало! Магистр закрутился, как священная колесница – и это, если учесть, о каком проекте мы говорили, не самое плохое сравнение. «Локи» занимался двумя этапами проекта, и второй (в основном потому, что был связан с ледяными ундинами) делился на две части.

– Во-первых, мы проводим эксперименты с новыми заклинаниями, относящимися к самой птице Гаруде. – Арнольд указал на картину, висевшую на стене за его спиной: так художник представлял Птицу, поднимающую груз на низкую орбиту, изгиб земной поверхности и черноту космоса, окружающую ее. Даже на этой картине на Птицу стоило посмотреть. Представьте себе птицу Рух, увеличенную в четыре раза, потом увеличьте ее еще вчетверо – да птица Рух ей в птенцы годится! На секунду я позабыл о своем расследовании и почувствовал себя мальчишкой с воздушным змеем.

– В любом случае птица Гаруда обладает сильнейшими магическими свойствами, – продолжал Арнольд. – Это необходимо, иначе такая большая масса не сможет оторваться от Земли. Мы должны пересмотреть все системы заклинаний и разработать новый комплект магобеспечения для работы в верхних слоях атмосферы и вне ее. Вы следите за моей мыслью?

– Еще бы, конечно, – ответил я. – А как насчет второго этапа, о котором вы говорили? Это связано с сильфами?

– Верно. Оказывается, наши модели показывают, что ?????-Q…

– Что-что?

– Максимальное динамическое давление на Птицу, – раздраженно пояснил магистр и, поскольку я не понял ни слова, добавил еще более раздраженно: – Максимальное сопротивление воздуха.

– А-а!

Я перебил ход мыслей Арнольда. Он бросил на меня злобный взгляд, словно маг, забывший ключевое слово как раз в тот момент, когда вызываемый им демон уже начал появляться в пентаграмме. Но коль скоро я в отличие от демона не оторвал ему голову, он вновь собрался с духом.

– Как я и говорил, давление ?????-Q на птицу Гаруду в атмосфере довольно низкое из-за влияния сильфов на любого путешественника воздушных стихий.

– Сильфы всегда были такими, – согласился я. – И как вы собираетесь заставить их вести себя иначе?

– Я уже говорил: мы подходим к этому вопросу с двух сторон…

Магистр вытащил из верхнего ящика стола альбом и наглядно мне все продемонстрировал. Не будь Арнольд аэрокосмическим заклинателем, он назвал бы это методом кнута и пряника. По сути, речь шла о поощрениях и наказаниях сильфов. Первое заключалось в том, что сильфов, обитающих над взлетной площадкой, пытались ублажить и отвлечь от пролетающей мимо Птицы. Как и большинство планов, продуманных лишь наполовину, этот выглядел просто замечательным на пергаменте. Беда в том, что сильфы по природе своей счастливы, беззаботны и… переменчивы, как ветер. Самое сложное – заставить их сохранять приятное расположение духа.

По моему мнению (с ним, видимо, магистр Арнольд не согласится), силовые методы воздействия на сильфов – путь куда более разумный. Припугните их высшими Силами – и у вас появится шанс принудить этих духов воздуха вести себя прилично во время подъема Птицы. Правда, ненадолго: сильфов не изменишь, но, с другой стороны, надолго и не нужно.

– Чтобы психологическая атака на сильфов была успешной, необходима точная коррекция времени, – продолжал между тем Арнольд. – Если начать запугивать их слишком рано, они в самый ответственный момент все забудут; слишком поздно – уже бесполезно. Мы пока находимся в процессе создания заклинательной системы, которая позволила бы свести вмешательство сильфов к минимуму.

– Ваши проекты все еще на стадии разработки? Означает ли это, что никаких отходов от них не может быть в моем списке?

– Позвольте взглянуть. – Магистр просмотрел мою таблицу так же внимательно, как я минуту назад изучал его альбом. – Нет. Некоторая часть побочных продуктов от взаимодействия с Вельзевулом поступает из нашего отдела.

Я вспомнил рой мух на Девонширской свалке и содрогнулся. Чтобы привлечь к сотрудничеству Вельзевула, требуется самая могущественная и самая опасная магия.

– По-моему, – тихо сказал я, – вы стреляете из пушки по воробьям… Неужели нужно обращаться к Везельвулу для того лишь, чтобы разогнать ничтожных духов воздуха?

Я думал, что задавать подобный вопрос бесполезно, что Арнольд примется морочить мне голову своим техническим жаргоном, пока я не сдамся и не уйду. Но я его недооценивал.

– Да это же вполне обоснованно! Мы обращаемся к Повелителю Мух и просим его напускать полчища своих подданных на сильфов, чтобы отогнать их с пути следования птицы Гаруды.

– С размахом мыслите. – Тут мне в голову пришла еще одна мысль. – А как вы добиваетесь, чтобы мухи набрасывались только на сильфов и не трогали Птицу?

Магистр Арнольд тонко улыбнулся.

– Я уже сказал, что это приблизительная и самая общая схема. Подробности сделок с дьяволом вовсе не так просты. Ведь он, извините за каламбур, дьявольски умен.

– Да уж… – Я решил, что продолжать не стоит, На его месте я придумал бы какой-нибудь другой способ отвлечь сильфов. Немного погодя я спросил: – Существует ли вероятность, что отходы от ваших сделок с Вельзевулом протекают сквозь подземную предохранительную систему свалки? Они ведь не такие летучие, как те, о которых вы говорили сначала.

– Наверное, не такие, – невесело сказал Арнольд, видимо, размышляя над моими словами. Я даже подумал о нем лучше. Но магистр все же попытался сделать хорошую мину при плохой игре: – И все равно, инспектор Фишер, вы не можете утверждать, что просачиваются именно наши отходы. До тех пор, пока вы не докажете, что это так, надеюсь, вы простите мне мои сомнения.

– Ладно, все понятно, – сказал я.

Нужно обследовать все окрестности свалки с чувствительным детектором заклинаний, проверяя воздух и землю, огонь и воду на наличие магических загрязнений. Придется нарушить данное Чарли Келли обещание действовать осторожно.

Я поднялся, собираясь уйти, но вспомнил о демоне, заключенном в «талисмане посетителя». Повернувшись, я чуть не столкнулся нос к носу с магистром Арнольдом. Он шел следом.

– Спасибо, – сказал я.

– Ничего, не стоит, – сухо ответил он. – Мое душевное спокойствие будет нарушено, если я не доставлю вас к выходу в целости и сохранности. Только представьте, сколько всяких бумажек придется исписать, если инспектор Агентства Защиты Окружающей Среды будет до смерти искусан охранной системой «Локи». В этом случае я долго не смогу заниматься своей работой.

Я собаку съел на бюрократических процедурах АЗОС и поэтому был уверен, что он абсолютно прав насчет «бумажек». Потом случайно оброненные слова магистра вдруг зазвенели, как гонг, в моем мозгу.

– Искусан насмерть?! – Я проглотил слюну. – Охранник не упомянул об этой маленькой детали.