Люди и драконы - Ольга Морозова

— А я? — подала голос Василиса. — А что со мной?

— Сейчас, передохну немного. — Старик встал, жадно выпил молока из кувшина и опять уселся на пол. — Почти то же, но немного не так. Когда первый этап нашего плана удался, как нельзя лучше, мы возликовали. Фиона наблюдала за роженицей и ребенком, но та ничего не заметила. Она спокойно кормила тебя, очень ласково целовала, и Фиона успокоилась. Ей было очень жаль сына, но она знала, что так будет лучше. Она очень любила тебя, Герман. Ведь ты плод ее любви. В тебе течет и человеческая кровь, не забывай это. Но видя сейчас твои крылья и хвост, я с гордостью осознаю, что Фиона тебе много дала. Ты больше ее сын. Такие великолепные крылья в наше непростое время вырастают не у каждого. Ты даже можешь попробовать полетать. Они практически окрепли, их нужно испробовать. Кстати, знаете, откуда у людей причуда приделывать крылья на спину и пытаться прыгать со скал? Они очень хотели иметь хоть малую толику наших способностей, вот и стремились подражать. Жалкие идиоты! Они думали, что прицепив искусственные крылья, можно научиться летать. Мне было, право, смешно на них смотреть! Рожденный ползать летать не может. Это ваш писатель сказал. Даже некоторые люди это понимали тогда. Хотя, надо признаться, сейчас это скорее смех сквозь слезы. Самолеты, вертолеты и так далее. Можно только приветствовать людей. — Старик замолчал ненадолго. Этим воспользовалась Василиса.

— Ты упомянул про сигнал, который тебе подала Фиона. Как она могла сообщить тебе за несколько километров? Сотовых тогда, как я помню, не было?

Старик посмотрел на нее исподлобья.

— Ты очень внимательна. Молодец. Это не имеет значения, но я отвечу. Телепатически. Передала мысли на расстоянии. В древности драконы часто этим пользовались. Сейчас дар постепенно утрачивает силу, но если напрячься, то еще можно им воспользоваться. Особенно хорошо получается, когда ты напряжен и находишься в тонусе. Ну, я хотел рассказать о тебе. Ты дочь двух драконов. Не знаю, может Фрося и ходила к людям. Она была гораздо больше похожа на дракона, чем Фиона, и стеснялась показываться на люди. Но чем черт не шутит? Она иногда пропадала на пару дней, когда ссорилась с Силантием. У нее были хорошие крылья, и она могла далеко улететь. А там? Не буду врать, не знаю. Скажу только одно, она очень хотела детей. Когда она узнала о беременности Фионы, то не находила себе места. Она была мрачнее тучи. Как-то ночью я вышел из пещеры, посмотреть на звезды и подышать воздухом. Погода стояла великолепная. Было ясно, луна была огромной и желтой, я невольно залюбовался. Сильный мороз довершал общую картину. Мне захотелось размять крылья. Я давно не летал, и не смог преодолеть искушение. Стояла глубокая ночь, кто в такой мороз будет бродить в темноте? Подгулявшим гражданам все равно не поверят, так что я ничем не рисковал. Я скинул рубаху, надел тулуп поверх и расправил крылья. Я летел совершенно бездумно, просто так, не разбирая дороги. Я специально набрал высоту побольше, чтобы труднее было меня различить. Прямо подо мной раскинулась небольшая деревенька. В маленьком домике на отшибе горел свет. Мне, по непонятной причине, стало любопытно, и я спустился пониже. Свет странным образом влек меня, и я решил рискнуть. Мы, драконы, обычно доверяем своей интуиции. Она у нас прекрасно развита. Я покружил над избушкой, посмотрел, что вокруг никого и опустился на землю. Укутался плотнее в тулуп, чтобы, если кто и увидит, принял за деревенского жителя. Подошел к окошку и потихоньку заглянул. Я был ошарашен увиденным. Посередине избы стоял стол с остатками еды и бутылкой самогона. На кровати с огромной периной на спине лежал мужик, на котором во всей своей красе, совершенно голая, восседала Фрося. Она расправила крылья, хвост ее бил по полу, видимо, в любовном экстазе, груди тряслись. Она закатила глаза и громко стонала, поминутно облизывая красные губы. Мужик был дюжий, со здоровым крупным телом. Кровать под ними прогибалась и жалобно скрипела. Он закатил глаза, но временами открывал их, охал и впивался ручищами в грудь Фроси. Казалось, что кроме этой груди он больше ничего не видел. Взгляд его был немного безумным, и я понял, что она навела на него морок. Мне стало неловко подсматривать, и я улетел оттуда, решив никому ничего не говорить. В конце концов некоторые вольности никому не возбранялись.

Фрося прилетела через пару часов после меня. Я слышал, как она пробралась в свою пещеру и задвинула дверь. На следующий день я ее не видел. Силантий мне ничего не сказал, а я не стал спрашивать. Через месяц Фрося тоже объявила о своей беременности. Силантий радовался, как ребенок. Фрося уверяла всех, что это их общий. Не знаю, может и так. Сейчас уже не разобрать. Она ведь и с мужем жила. Но мы не стали ничего выяснять. Через год Фрося также снесла яйцо, чуть позже, чем Фиона. Она была чрезвычайно горда. Таким образом, у нас было два яйца. Целых два. После долгих лет неудач и просчетов. Вскоре мать Германа с ребенком и мужем уехали в город, и за судьбу малыша можно было не опасаться. Настал черед Василисы. Фиона снова устроилась на работу в районную больницу. Там, где рожала твоя мать, девочка. Ты уже вылупилась, и счастливая Фрося нянчила тебя. Но время шло, ты подрастала, и нужно было немедленно принимать меры. Где-то до полугода малыши драконов выглядят, как новорожденные, и тебя за это время надо было обязательно пристроить. Мы хотели тебя спрятать получше.

— Спрятать? От кого? — Василиса ловила каждое слово.

— От Охотника. Я дойду до этого. Охотники тоже издревле ведут свой род. Последние сто лет они не проявляли себя, но кто знает? Вы все-таки вторгались на территорию людей. И нам пришла в голову прекрасная, как нам показалось тогда, идея. Спрятать тебя в семье потомственного Охотника. Женщина из этой семьи как раз вышла замуж и собиралась рожать. Как раз в той больнице. Только ты ничего не подумай, она была совершенно не в курсе. Как я и говорил, род давно не функционировал, и они забыли, что они такое. Но случай опять подвернулся и решил твою судьбу. Женщина из рода Охотников рожала в том месте, где находились и мы. Почему нет? Даже забавно. У нее родился мальчик. Мальчик был совершенно здоров. Но она рожала поздно вечером, тоже под какой-то праздник или просто под выходной. Врачей минимум, одна медсестра. В больнице три роженицы. Персонал разрывается. Когда твоя мать рожала, Фиона постаралась оказаться рядом, чтобы контролировать процесс. Ей это позволили, даже настояли, чтобы она была под рукой на случай, если понадобится помощь. Фиона увидела ребенка, и когда врач взял его на руки, ей пришлось навести на него морок. На него и сестру. Это было нетрудно. Врач, на мгновение увидевший мальчика, подумал, что ошибся от усталости. Сестра держала голову роженицы в руках, и та на мгновение потеряла сознание. Врач передал ребенка Фионе, велел омыть и завернуть, а сам кинулся приводить в чувство мать. Через несколько минут роженица очнулась, и врач сообщил ей, что у нее девочка.

На этот раз мы были готовы. Фрося с ребенком находилась неподалеку. Когда роженицу перевели в палату, а врач с сестрой закрылись в кабинете, Фиона взяла мальчика и отнесла его Фросе, взяв у нее взамен тебя. Она благополучно положила тебя в кроватку и вздохнула спокойно. Так ты и очутилась в миру.

— А что стало с мальчиком? Вы убили его? — Василисе не хотелось в это верить.

— Нет, конечно, нет. Мы подкинули его. В детский дом. Просто оставили на пороге. Так было больше шансов, что он ничего не вспомнит и никогда не будет охотиться. Но, видимо, здесь мы и просчитались. Но ничего. Герман решил проблему. Ты настоящий дракон, малыш. — Старик похлопал его по спине. — Кстати, с этим Охотником. Нужно похоронить его и забрать вещи. За вещами я пошлю Драки, а похороним ночью. Нужно разобраться, кто его разбудил и послал. Сдается мне, что здесь не все чисто.

— Что ты имеешь в виду? — долго молчавший Герман подал голос.

— А то, что сам по себе он никогда бы не проснулся и прожил бы жизнь как простой человек. Человеку это тоже не под силу. Да и люди так давно не верят в наше существование, что совершенно расслабились. Им бы никогда в голову не пришло охотиться на драконов. Думаю, тут замешан дракон. Скорее всего, он достаточно силен, раз смог встряхнуть Охотника.

— Но зачем ему это? Ты же уверял нас, что драконы не убивают своих. К тому же, мы ничего ему не сделали.

— Мне трудно ответить на этот вопрос. Возможно, он очень давно живет среди людей. Так давно, что освоился с этой жизнью, и она ему понравилась. Может, он впитал ценности людей и сильно изменился? Все то, о чем я говорил, было так давно, что пора об этом забыть. Сейчас другое время. А в это время возможно все. Драконы охотятся на драконов, используя людей. Может так быть, что он занимает высокий пост и боится разоблачения? Много разных вариантов.

— Но как он узнал о нас? И почему не убил раньше, когда мы были детьми? Почему не охотился на вас и позволил вам спокойно существовать?