Диалектика мира - Евгений Ильич Грицаев

иначе. Он, якобы, органически связан с кризисами, насилием, обманом и войнами ради прибыли, которая оказывается превыше всего, даже мира. Однако капитализм это единственный и инвариантный способ производства, диалектический в своей основе, когда процесс труда связан в целостность с его материальными результатами. Значит, дело, отнюдь, не в капитализме, а в отсутствии регулирующего его начала — в сообществе, которое допускает безнаказанность вне проблем.

С четвертой стороны, на нас глядит звериный оскал извращенных прав и свобод, которых уже наказали. Несмотря на то, якобы, их утверждение в нашем гражданском обществе постиндустриального или постнеклассического образца. Однако, прежде всего, сами права и свободы должны быть вхожи в ранг общечеловеческих ценностей. И только потом применяться для уравновешивания самоорганизационных потоков внутреннего и внешнего качества в сообществе и мире. В диалектическом ракурсе всякое право должно декларировать обязанности, а свобода — несвободу или хотя бы ее концептуальные принципы. Этого не делается государственными структурами и их законодательной базовой установкой.

Понятно, что между правами и обязанностями должна быть диалектическая связь сосуществования. Однако о каком сосуществовании может идти разговор и дело, если они сегрегированы как общечеловеческие ценности — извращены как существующая целостность. Примеров тому тьма, последние из них: глобалисты с их пресловутым "золотым миллиардом" прав и свобод. Или трансгуманисты с несвободой "улучшения человека". Человеческая цивилизация, несмотря на созданные в вековой истории шедевры культуры и искусства, не могло организовать действительную демократию не только в социетальных масштабах, но и в решении насущного социального вопроса. Вот уж воистину: "безнаказанность вне проблем". Тем не менее именно она способствует тому, что человеческое сообщество мир не берет.

Диалектика мира утверждает принцип "Наказуемость вне наказания" — своего рода подобие "категорического императива" И. Канта. Тогда вина единичного становится общей и наказанию не подлежит по причине врожденного свойства самонаказания от сообщества. Для того, чтобы его смог брать мир. Да, безнаказанность порождает зло. Но само зло в диалектическом выражении должно быть добрым. Самонаказание — лучший выход на стезе правового предела, который не должен оставаться вне проблем. Тем более, что зло порождается и становится в диалектическом добре. Значит, добро пока недостаточно хорошо, если презумпция невиновности подразумевает заведомую виноватость.

Сообщество не должно оставаться вне проблем. Может быть, в этом главное зло того, что его мир не берет? Парадокс "безнаказанности вне проблем" искоса указывает на причину того, почему общность хороших людей не может создать достойное сообщество. Причина может быть одна, она должна быть универсальной: бытие опережает осознание, не определяя его. Сущность рассмотренного парадокса не располагается на поверхности обозрения. Однако она не касается гинотического влияния пресловутой "глубинной власти".

Скорее, это свидетельство властной глубины, которая привыкла прятать концы в воду, чтобы становиться самой. Хотя бы в виде кризисов сообщества, но в угоду себе. Таким образом четко просматривается принцип превалирования материального интереса над всем миром. Может быть, это неразумие когда-нибудь скажет себе: "Зачем?" Этим оно накажет наконец-то себя за то, что так приводило безнаказанность к позорному столбу "вне проблем". Отсутствие целостности помыслов и действий — главный фактор того, что мир планету не берет. Он заложен в субъективностях, которые необходимо уравновешивать.

Диалектика мира утверждает, что человек ошибается не потому что глуп, а потому что ошибки глупы по природе своей. Это же относится к сообществу в целом, которое винит и наказывает людей только за то, что они невиновны. При этом вина исходит от самого сообщества, которое неразумно отстаивает свою самость, оторванную от процесса мира. Понятно, что всеобщая тождественность мира вовсе не означает тождественности его частей. В противном случае возможны искажения их связей. Тем более. что части не существуют сами по себе без процессов в тождественной связи развития мира. Иначе мир планету не берет.

Подобное наблюдается в социальной сфере, когда внутренняя самоорганизация от человека говорит о справедливости и старается вершить ее. Общество этого не принимает и наказывает именно человека, а не того, кто виноват в глобальном масштабе. Тем не менее этот последний оказывается безнаказанным. Общество при этом сохраняет гордый вид, будто все подобное лежит вне проблем и его не касается. Противоречия навязываются миру всякий раз, когда сам мир не желает их видеть. Внутренняя их подоплека необходима, но она не должна мешать жизни и процессу мира. Который не собирается никого наказывать, даже тех, которые остаются безнаказанными, хотя виноваты, но остаются тем не менее вне проблем сообщества.

Человечество живет по субъективным законам, но с оглядкой на объективные законы, которые время от времени, но постоянным нажимом урезонивают его и сообщество, напоминая о процессе мира. Понятие мира неизбежно связано с процессами, происходящими в материальных вещах, явлениях, человеке, обществе. В том числе с субъективными "отношениями" — связями социального и социетального диалектического толка. Мир почему-то причисляют к статическому ненаказуемому равновесию, находящемуся вне проблем. Хотя это идеальное образование, жаждущее наказание в виде целостности с немиром… Реально следует рассматривать динамическое направленное равновесие, ориентированное на развитие процесса мира. То есть, с минимизацией потерь за счет случайного Иначе мир не берет многое.

Цивилизация вечно бурлит страстями вокруг того, что должно быть, часто толком не осознавая этого. Потому то, что есть — это человечество со своим "великим" бытием, которое мир не берет. Но то, что будет от этого по большому счету не страдает. Хотя процесс мира сам себя в этом случае наказывает, будучи невиновным. Это лучше, чем бы он не наказывался по делу. Может, тогда не было бы проблем ненаказуемости. Подобным образом наказывает себя религия как общечеловеческая ценность, когда абсолютизирует свою власть над людьми и даже государствами. При этом она считает, что лежит вне проблем наказуемости за неправедность поведения людей. Религия как один из вариантов выхода из ситуации, когда цивилизацию мир не берет. Идет уравновешивание диалектических направленных равновесий духа и плоти, субъективности мироздания, минуя безнаказанность сообщества вне проблем.

Мир не берет человеческое только потому, что оно его не хочет брать по причине вырождения собственных субъективностей… Закон развития цивилизации выглядит как клятва верности человеку: отдавать больше, чем брать. В противном случае вырождается род человеческий. Вот только сама цивилизация в данном случае оказывается безнаказанной даже во времена лихолетья. Например в средневековое мракобесие не считалось, что безнаказанность вне проблем. Но разве это решает тот же социальный вопрос? Вот потому мир сообщество не берет, что он упорно пытается бороться с тем, что должно быть. То есть в концевых терминалах — с самим собой… Называется это "глобальный идиотизм".

Абсолют недостижим, поскольку при приближении к нему теряется материальность. А