Трибуналу не подлежит - Андрей Бадин

Далее Сергей решил вернуть украденные у него деньги. С помощью своего суперкомпьютера он взломал коды швейцарского банка и скачал со счета Штамма все деньги — пятьдесят миллионов долларов. Ту же операцию проделал и в «Альфа-банке», но там сумма была поскромнее — всего десять «лимонов». Потом он подсчитал убытки и вывел цифру девятнадцать. На эти девятнадцать миллионов долларов Штамм его нагрел: построил себе особняк, офис, купил машины, охрану, кутил в ресторанах и казино. Но часть этих денег Ник мог себе вернуть, описав недвижимость фонда и личные дома Штамма и его семьи. Для этого он и послал в Россию армию ревизоров.

После этого Ник удосужился заняться проверкой информации о пропаже ракеты «Двина» и попробовать узнать хоть что-то о Рокере.

Для начала Михайлов вошел в Интернет и вскрыл информационные файлы МУРа, ФСБ, Министерства обороны и Службы внешней разведки. Выкачал всю информацию из подключенных к сети компьютеров, но не более. Доступа к внутренним компьютерным сетям секретных организаций он получить не смог, так как они не были подключены к Интернету.

«Так, — думал Ник, — топ-секреты в компьютерах не хранят. А где хранят? В ящиках, в сундуках, в архивах?»

При изучении добытой информации Сергей отметил, что все то, что он ранее узнал о Рокере, ракете и нападении на полковника Семенова, теперь исчезло из файлов ФСБ.

«Кто-то поместил в сеть эти сообщения, а потом убрал их оттуда. Кто? Кто играет со мной в эти игры? — Ник задумался надолго. — Если эту информацию кинули в сеть, чтобы заинтересовать меня, значит, дело Рокера — пустышка, разработанный сценарий. Если информация из сети пропала, значит, в ней отпала надобность».

Сергей не мог найти ответов на свои вопросы. Он решил обсудить проблему с друзьями.

Вечером того же дня, когда над Мексиканским заливом опустилась ласковая теплая ночь, разведчики сели ужинать на открытой веранде особняка Ника. Жарили мясо на огне, пекли картофель, пили легкое столовое вино и тихо беседовали.

На всякий случай включили музыку погромче, а на стол поставили подавитель сканера звуковых сигналов. Он противно пищал, но с ним было безопасно, потому что агенты знали, что и здесь, в Америке, за ними могут следить. Нет, не русские, а сами американцы — Центральное разведывательное управление, Федеральное бюро расследований или Агентство национальной безопасности.

После террористического акта в Нью-Йорке одиннадцатого сентября у американских контрразведчиков начался психоз подозрительности, они удвоили, нет, утроили усилия по поиску террористов и могли следить и за бывшими выходцами из России.

Друзья не боялись их, но опасались и поэтому предприняли меры безопасности — включили антисканер.

— Дело Рокера, — начал Сергей. — Кто-то из чиновников забросил в сеть информацию о нем и ждал ответной реакции с моей стороны. Но не дождался.

— Какой реакции? — сказал Морс. — Твоего приезда в Россию и встречи с Семеновым? На что они рассчитывали?

— Во-первых, они до сих пор не знают, кто я такой. Это Корнилов знал, но унес знания в могилу. Они — чинуши, им поручили вернуть меня на Родину, отнять у меня деньги, они и рады стараться. Отрапортовали, а на деле не смогли придумать ничего лучше истории с Рокером и ракетой. Они же дуболомы, сапоги. Корнилов был гением разведки, а те, что правят сейчас, — пыль.

— Ты считаешь, они неправильно спланировали операцию? — Морс хитро посмотрел на друга.

— Да. Кто решил, что, узнав о пропаже ракеты и о нападении на Петровича, я примчусь в Россию? С какой стати? И вообще: как я узнаю об этом? Из Интернета? Может, я в нем вообще не роюсь. Из средств массовой информации? Может, я новости не смотрю?!

— Да, здесь прокол, но ты же узнал о нападении, ракете и о деле Рокера. — Морс усмехнулся.

— Узнал, ну и что?

— А то, что информация до тебя дошла. В этой части плана они своего добились.

— Но я не полетел в Россию спасать Петровича — я там был, потому что мне надо было рассчитаться со Штаммом.

— Да, но с Семеновым ты встретился. Значит, они опять своего добились.

— Ничего они не добились, — начал кипятиться Сергей. — Как, скажи на милость, они собирались меня схватить?

— Я не знаю — как, но видимо, у них и на этот счет план имеется.

— Какой?

— Не знаю, — усмехнулся Морс.

— Ладно, — сказал Ник. — Как мне узнать, кто такой Рокер, была ли украдена ракета и кто за всем этим стоит?

— Ясно, кто стоит, — ответил Морс. — КГБ, ГРУ и внешняя разведка. Их высокие чиновники, а действуют они по приказу из Кремля. Кто там такие приказы отдает — не знаю, но что оттуда ветер дует — уверен.

— Ладно, согласен. А про ракету?

— Здесь сложнее, — парни задумались.

— Послушайте мои размышления, — начал Ник. — Предположим, ракета действительно украдена, и чтобы ее найти, надо проследить ее передвижение от места дислокации до конечной точки, того места, где она будет поставлена на боевое дежурство либо законсервирована. Так?

— Так, но как ты проследишь, из космоса, что ли? — спросил Морс.

— Да, из космоса, но российские спутники разведку над нашей территорией не ведут, только американские, — сказал Сергей.

— АНБ — Агентство национальной безопасности — сканирует из космоса весь мир. Но влезть в их систему ты не сможешь, хоть ты и компьютерный гений. — Фэд отпил вина из высокого на длинной ножке бокала и закусил большой королевской креветкой.

— При желании можно влезть, но они сразу обнаружат этот взлом и найдут радар, с которого их пеленговали. Но самое сложное — расшифровать их коды. Хотя наш компьютер способен это сделать.

— Тогда влезь для начала в компьютерную сеть АНБ, — посоветовал Морс.

— Это очень сложно, у них многоступенчатая система защиты, и они обнаружат взломщика раньше, чем мы взломаем их коды и скачаем их файлы. Если только…

— Что только?

— Есть один способ, но над ним надо еще подумать.

— Думай, думай…

— Так вот, — продолжил Ник, — спутник зафиксировал перемещения грузовика на территории Подмосковья, в районе Люберецкого карьера, и передал информацию в лабораторию анализа АНБ на Земле. Эксперты просмотрели ее, но значения не придали. Грузовик не секретный объект, их таких тысячи каждый день ездят. Но, — Ник заговорщицки взглянул на друзей, — мы-то знаем, что было в том грузовике, — «Двина».

— Ты узнал об этом из дела Семенова. А вдруг это липа и ничего там не было? — Морс сладко зевнул.

— Это надо проверить, прежде чем лезть в файлы АНБ.

— Как?

— Надо подумать. Но, получив запись передвижения грузовика, мы обнаружим то место, куда он приехал.

— Его же взорвали, — сказал Фэд.

— Но до этого из него выгрузили какой-то ящик. В нем и могла быть ракета. Ее перегрузили в другую машину и повезли куда-то. Проследив заговорщиков, мы узнаем — куда.

— Это чудовищная по сложности и кропотливости работа, — усомнился Морс. — Ты с ней за год не управишься.

— Я — да, но, имея спутниковую запись движущегося грузовика, специально созданная компьютерная программа может без труда проследить его перемещения. И укажет конечный пункт назначения.

— Значит, главное — запись со спутника. Как ты ее добудешь?

— Это вопрос, — задумался Ник, — решаемый только при наличии определенных материальных средств. Сложнее будет с поисками Рокера.

— Если ты хочешь АНБ обворовать, то Рокера запросто найдешь, — засмеялись друзья.

Им было хорошо от выпитого и съеденного, от свежего воздуха океана, от звездного неба и от вольготной жизни. Они слушали захватывающие планы Ника, как фантастический рассказ.

— Рокер, Рокер, как тебя найти? — произнес нараспев Сергей, и друзья засмеялись.

— Если вся эта история с ракетой не липа, то значит, твой Рокер — террорист, — высказался Морс.

— А если это липа? — парировал Ник.

— Значит, он агент какой-то российской спецслужбы. ГРУ, ФСБ, СВР. Надо определить.

— Как определить-то? — нахмурился Сергей. — Агентуру в компьютерах не хранят, а значит, мне ее никогда не заполучить. Теперешние руководители спецслужб не знают, кто мы такие, потому что Корнилов наши досье уничтожил.

— Значит, мы никогда не узнаем про Рокера.

— Узнаем. Надо использовать нестандартное мышление при его розыске и нестандартные способы поиска.

— Какие еще?

— Их несколько, — ответил Ник. — Способ пирамидного сбора информации, например. Одно сообщение особой ценности не представляет, а три, дополняющие друг друга, уже секрет. Пять-десять — уже топ-секрет.

— И где эту информацию брать?

— Возможно, в прессе. У нас есть изображение Рокера, и нам надо забросить его во всемирную паутину, чтобы компьютер его нашел, но перед этим надо создать специальную программу поиска. Она будет сама проверять сайт за сайтом каждый день и в конце концов обнаружит хоть какое-нибудь сообщение про него.