Трибуналу не подлежит - Андрей Бадин

— Бриллианты, что ли? — удивился Фэд.

— Может, и они, но, скорее всего, хрусталь. — На всякий случай Ник положил в сумку и их.

Еще раз осмотрев внутренности опустошенного сейфа, полки шкафов, стены, пол и потолок, друзья взялись за ручки тяжелых сумок и начали перетаскивать их к выходу.

— Может, проверим компьютер, — сообразил Морс. — Вдруг там есть что-то важное.

Ник посмотрел на часы — до рассвета оставалось не более часа.

— Надо проверить, — кивнул он.

— Тогда ты открывай файлы, а мы деньги потащим.

— Не надорвитесь, — засмеялся Михайлов. Он уселся за стол, включил компьютер и начал скачивать файлы на найденный им в столе пустой RW-диск. Морс и Фэд взвалили на себя три сумки и удалились.

Через десять минут Сергей закончил с перекачкой информации, выключил систему и пошел к выходу. Беспрепятственно преодолев коридор, лестницу, зал, гостиную и прихожую, вышел на улицу, закрыл на ключ дверь и юркнул в кусты. Догнал вспотевших от непосильной ноши друзей и помог им перебросить баулы через забор. Через минуту они были у джипа, сложили сумки в багажник, включили мотор и уехали с места преступления.

Глава 14

Петр Петрович Семенов прибыл к зданию фонда «Милосердие» через час после того, как его покинули разведчики. Он сразу понял, чья это работа, но никому ничего, естественно, не сказал. Походил по кабинетам и коридорам офиса, послушал, как Макс Говоров и остальные инспекторы МУРа опрашивают потерпевших, постоял на улице возле двери, побеседовал с сотрудниками районного управления внутренних дел.

Пока стоял, поглядывал на дверь и заметил возле замков два небольших отверстия.

«Ну, Серега, ас, ухитрился офис захватить без единого выстрела и никого не укокошить. Молодец».

И вот пришло сообщение о нападении на особняк Штамма в Рублеве — глава фонда захвачен и увезен в неизвестном направлении. Услышав это, Семенов чуть не вскрикнул от восторга. Он был восхищен своим другом, поражен чистотой его работы и четкостью проведения операции.

Петрович сел в служебную «Волгу» и поехал в дом Альберта. Там обследовал место преступления, записал показания свидетелей и вернулся в свой кабинет в управлении. К вечеру пришло сообщение, что на Рублевском шоссе у поста ГАИ обнаружен лимузин Штамма, а в салоне найден его труп. В багажнике обнаружили очумевшего от страха начальника охраны фонда Михаила Штамма — родного брата покойного.

Вечером Семенова вызвал на совещание начальник недавно организованного оперативного штаба по поиску ракеты «Двина» генерал ФСБ Левин. Он находился в полном замешательстве. Ракета пока не была найдена, хотя ее поиски велись по всей стране. Столь крупномасштабные действия дали положительный, но побочный результат. Были арестованы сотни находящихся в розыске преступников, обнаружены склады с оружием, боеприпасами и наркотиками, прикрыты подпольные цеха по производству кассет и дисков, водки и других товаров. Но не этого ждали оперативники.

Семенов сидел в кабинете генерала и осоловело смотрел на то, как Левин методично постукивает авторучкой по столу.

— Почему поиски не приносят результата, почему? Почему тысячи сотрудников правоохранительных органов день и ночь ищут ракету и этого Рокера, но найти не могут? Запрос в архивы ФСБ, ГРУ и СВР дали отрицательный результат — там нет и не было сотрудников с внешностью этого Рокера. Черт подери! — вспылил Левин. — Будто привидение ищем. Такого раньше не было.

Петр Петрович хотел сказать ему, что, может быть, никакой ракеты и нет вовсе, нет Рокера, а есть хитрая операция руководства ФСБ по поимке Сергея Михайлова. Но, как он понял, Левин не был посвящен в планы руководства и не знал, что Рокер и ракета «Двина» были выдумкой.

Параллельно с работой в штабе Семенов занимался и своей основной деятельностью — розыском преступников. Именно поэтому рассматривал захват фонда «Милосердие». Это дело поручили его отделу и потребовали скорейшего раскрытия.

Но полковник знал, что произошло, — Сергей Михайлов при встрече рассказал о желании наказать Штамма. Поэтому Семенов решил не подставлять друга. Разоблачать мстителей в планы полковника не входило.

Тем не менее он собрал совещание и выслушал всех руководителей отделов, чьи сотрудники обследовали место преступления. К этому времени криминалисты уже исследовали трупп Штамма и установили причину его смерти.

Петрович слушал их четкие, деловитые доклады и думал о том, что вот был богатый, влиятельный в бизнес-кругах России человек, а теперь его нет. Он ворочал миллионами долларов, оказывал влияние на политиков, бизнесменов, на средства массовой информации, но в одночасье его не стало. А Сергей… Бог ему судья.

И сам Михайлов в Америке живет небось не в халупе, а в особняке покруче, чем у Альберта. И деньги эти не сам заработал, а забрал у Корнилова. Хотя тот тоже сволочь была порядочная. «Да… — Семенов горестно вздохнул и подвел черту под своими рассуждениями: — Грязные деньги притягивают грязных людей, а если притянут чистых, то сделают их грязными. Хотя Сергей решил разорвать этот замкнутый круг — отдать деньги тем, у кого они были взяты, — бедным людям».

Подводя итог совещанию, Максим Говоров резюмировал, что улик очень мало. Никто не видел преступников в лицо. Они действовали втроем и не оставили никаких следов.

— Очередная нераскрывайка, — констатировал Семенов.

— Да, причем крутая. Преступники использовали какой-то газ, но какой — определить не удалось. Их описание мы имеем со слов одного из потерпевших, начальника охраны Фонда Михаила Штамма. Только он с ними разговаривал. Но нет записей с видеокамер ни у фонда, ни у расположенного напротив банка. Значит, они каким-то образом отключили их.

— Да, хреново, — констатировал Семенов. — Но не надо отчаиваться, надо копать дальше. Может, еще что-то и всплывет.

Сначала полковник не хотел глубоко влезать в дело, но после изучения материалов понял, что его и так не раскрыть. Сергей с друзьями чисто сработали и не оставили оперативникам ни малейших шансов.

Семенов закончил совещание и отпустил сотрудников. Даже Говорова, так как после того, как узнал, что он предатель, стал к нему хуже относиться. Не смог себя перебороть и в интересах дела продолжать хорошие отношения, не смог играть с бывшим другом — смеяться через силу, относиться к нему с теплотой, отцовской и наставнической щепетильностью. Охладел внутри, но по-прежнему был вежлив и сдержан.

Максим, как показалось полковнику, понял, что их отношения изменились, но не догадывался о причине и ничего не предпринимал.

Глава 15

Ранним утром Ник, Морс и Фэд сели в «Тойоту Максима» и направились в Питер. Решили уехать из страны через северную столицу, так как все дела на Родине уже завершили. Их не волновали проблемы полковника Семенова и тысяч мирных граждан России. Их ждала великая Америка, пляжи в Майами, ловля акул и тренировки. Хотя Ник решил довести дело до конца и выяснить, что же все-таки на самом деле произошло с полковником. Была ли это прекрасная инсценировка кражи ракеты или она просто имела место быть.

За несколько часов до отъезда Ник и Морс отогнали использованный в деле, а потому засвеченный «Навигатор» в лес на Лосинке, облили бензином и сожгли. Тем временем Фэд опрыскал из специального пульверизатора все рукоятки дверей в квартире и все места, где могли быть их отпечатки пальцев. Оставил на столе несколько сот долларов и записку, что аренда окончена. В другие, снятые Сергеем квартиры, даже не заезжал. Купленные иномарки бросили на стоянках, оружие и спецтехнику закопали в лесу.

В Питер добрались к вечеру, но в город не заезжали, а сразу отправились в аэропорт. Еще через три часа по заранее забронированным билетам и под другими именами и фамилиями друзья вылетели из страны. Ник в Лондон, Морс в Париж, а Фэд в Рим. «Тойоту» оставили на трассе перед въездом в Пулково, надеясь, что через день-другой ее либо разберут на запчасти, либо угонят и тем самым освободят их от необходимости самим ее уничтожать.

Через два дня друзья вернулись домой в Майами и с облегчением развалились в шикарных кожаных креслах в огромном особняке Джона Хортона. Пригласили друзей, подружек и по русской традиции отметили свой приезд — отменно напились. Они были переполнены воспоминаниями, но о своих приключениях никогда никому не расскажут. Может быть, позже, когда начнут писать мемуары.

Прошло еще два дня. Ник решил все-таки заняться делом и для начала послал в Россию нескольких юристов и финансистов, чтобы они проверили деятельность фонда «Милосердие». Надо было закончить дела бывшего директора — господина Штамма — и назначить нового. Но кого — Ник пока не знал.

Далее Сергей решил вернуть украденные у него деньги. С помощью своего суперкомпьютера он взломал коды швейцарского банка и скачал со счета Штамма все деньги — пятьдесят миллионов долларов. Ту же операцию проделал и в «Альфа-банке», но там сумма была поскромнее — всего десять «лимонов». Потом он подсчитал убытки и вывел цифру девятнадцать. На эти девятнадцать миллионов долларов Штамм его нагрел: построил себе особняк, офис, купил машины, охрану, кутил в ресторанах и казино. Но часть этих денег Ник мог себе вернуть, описав недвижимость фонда и личные дома Штамма и его семьи. Для этого он и послал в Россию армию ревизоров.