Сердце Арахны - Влада Ольховская

чтобы поверило большинство! У некоторых давно уже были сомнения, с тех пор, как они увидели странно выглядящих чужаков, и она знала об этом. Другие готовы были поверить всему, если это говорила она – их неизменная руководительница, дочь первого генерала «Хелены». Были еще и третьи, которые наверняка видели в чужаках ложную надежду… Но первых и вторых будет достаточно, а третьи могут остаться в стороне, это уже ничего не изменит.

– Мы должны показать им, что мы не беспомощны. Они ожидали, что раздавят нас одним ударом? Не будет этого! Эта группа – первая, разведывательная. Если мы избавимся от них, мы покажем, что нас лучше оставить в покое. Арахна раньше не привлекала их внимания, так пусть не трогают ее и дальше! Сегодня днем к ним еще зайдет Номад, он по-прежнему верит, что с ними можно договориться. Пускай, он всегда был наивен! Мы дождемся, пока он уйдет, и нанесем удар. Очень важно убить всех чужаков сразу, чтобы никто из них не убежал. Сделаем это, за нашу землю!

Рене была вовсе не уверена, что у них получится – или что она права. Но она готова была пойти на этот риск ради той власти, которой наделила ее эта планета.

Она покинула зал одной из первых – и обнаружила, что коридор не так пуст, как ей хотелось бы. Там, скрестив руки на груди, ее ждал Блейн.

Этот мальчишка раздражал ее, как и его отец, как и все молодые члены совета. Они стремились к каким-то несуществующим переменам, не понимая, что в этой бесцельной погоне за собственной тенью они забывают заботиться о настоящем! А на пришельцев Блейн и вовсе смотрел наивными детскими глазами, ему нельзя было доверять.

– Как много ты слышал? – холодно осведомилась Рене. – Я даже не буду спрашивать, почему ты здесь.

– Спроси, если хочешь, и я отвечу. Я здесь, потому что намеренно пошел за тобой.

– Вот как?

– Именно так, – кивнул Блейн. – А пошел я за тобой, потому что увидел, что твои солдатики стягиваются в общий зал, хотя никакого открытого объявления о собрании не было. Номад сейчас занят с чужаками, он ничего не заметил, но это и не нужно, если я здесь, правда? А насчет того, что я услышал… все, что нужно. Теперь моя очередь задавать вопросы: что ты творишь?

– Не забывай, с кем разговариваешь! Я не обязана отчитываться перед тобой!

– Забавно, а мне казалось, что в совете мы все равны. Разве не об этом говорилось в клятве, которую мы давали?

– Ты еще не дорос такое понимать!

– Нет, я, кажется, понимаю… Мы все равны, когда это никому не мешает. Ты хоть понимаешь, что ты сейчас можешь погубить все поселение? Эти люди – наш единственный шанс!

– Они нас погубят, и я собираюсь этому помешать!

– Если бы они хотели нас погубить, стали бы они столько ждать? – упорствовал Блейн. – Сдались бы нам добровольно? Они рискнули жизнями, придя сюда, не смей их трогать!

– Ты еще и приказываешь мне?

– Почему нет? Ты вот, я смотрю, очень ловко отдаешь приказы!

– Уйди с моей дороги, – прошипела Рене. – И не смей никому говорить о том, что здесь услышал!

– А то что? Тебе нечем меня шантажировать.

В какой-то момент Рене захотелось отдать приказ своим охранникам. Пусть задержат его, ему полезно посидеть где-нибудь в тихом уголке и подумать! Но она знала, что это слишком рискованно. Они еще могли принять необходимость нападения на пришельцев, однако прикажи она пленить кого-то из совета – и они могут засомневаться во всем.

Рене пришлось сменить стратегию:

– Когда я обнаружила твои игры с радио, я не выдала тебя. Я тебе поверила! Разве я не могу просить о таком же доверии?

– Это другое. Мои, как ты говоришь, игры с радио были призваны спасти колонию. Тогда ты поверила мне, потому что увидела: мы умираем. Что изменилось сейчас? Да ничего! Мы не нашли новый источник энергии, электричество скоро исчезнет, что тогда будет?

– Мы что-нибудь придумаем!

– Зачем? – поразился Блейн. – Зачем что-то придумывать, идти на жертвы, рисковать, если спасение уже здесь, прямо рядом с нами?

– Это не спасение, твоя вера в них слепа!

– Речь не только обо мне, и нет здесь слепой веры. Мы заперли их, мы их проверяем, а они не возражают. Номад лично беседует с ними, и он, думаю, тоже готов поверить им!

Вот это было плохо. Рене умела здраво оценить ситуацию, она знала, что Номада охранники уважают даже больше, чем ее. Если он открыто вступится за пришельцев, все пропало! Нужно было спешить.

– Ты меня уже не остановишь, – покачала головой Рене. – Так что не мешай. Нам еще жить вместе на этой планете, тебе лучше остаться моим другом!

Теперь ей нужно было торопиться. Она планировала выждать до вечера, однако появление Блейна все изменило. Нельзя допустить, чтобы он кого-то предупредил! Поэтому Рене собиралась избавиться от пришельцев сразу после того, как от них уйдет Номад. Да, это рискованно, да, будет скандал. Однако она готова была заплатить такую цену.

И все-таки она не успела. Рене уже приближалась к залу, где держали чужаков, когда из всех колонок, работающих и в корабле, и в поселении, зазвучал голос Блейна.

– Говорит Блейн Ренфро, один из советников. У меня для вас важная новость – счастливая новость! Сегодня на планету прибыли люди. Настоящие люди, такие, как мы с вами! Люди с небес, где когда-то путешествовали и наши предки. Они откликнулись на наш сигнал о помощи, и вот они здесь.

От удивления Рене застыла на месте, отказываясь верить своим ушам. Да как он посмел?! Хитрая маленькая тварь!

Расчет Блейна был понятен. До сих пор в поселении и не подозревали о пришельцах, охранники надежно оберегали эту тайну. Но теперь, когда людям все известно, начнется суматоха, и все же многие будут на стороне мнимых спасателей, слишком уж они устали от жизни на Арахне.

И если станет известно, что Рене этих спасателей уничтожила, ее просто разорвут на части.

А Блейн между тем продолжал:

– Это небольшая группа с торгового корабля. Они не смогут сразу же забрать всех нас отсюда, но они помогут нам спастись. Сегодня вечером они появятся в поселении на торжественном ужине. Беспокоиться больше не о чем, эта планета не сумеет нас уничтожить!

Рене хотелось выть от отчаяния, однако изменить она ничего не могла, слова уже прозвучали – и были услышаны. Блейн, по крайней мере, не выдал ее тайну, но сейчас это было