Инстинкт Убийцы. Книга 1 - Элеонора Бостан

за спины тех, кто стоял в первом ряду. По всему периметру сновали полицейские в форме и в штатском, каждую секунду мелькали фотовспышки, причем, не только полицейские – пресса как всегда была на чеку. То и дело кто-нибудь из служителей закона отрывался от созерцания тела, все еще лежащего в луже крови рядом с машиной, и начинал неистово орать на зевак, употребляя все известные русскому народу матерные выражения, но толпа лишь немного подавалась назад, чтобы через секунду снова занять лишние сантиметры.

Полицейские машины продолжали подъезжать, из них вылезали одетые в форму сотрудники с блокнотами и рациями, они сновали по толпе и пытались найти свидетелей, впрочем, пока безуспешно. А вот журналистам явно везло больше – у диктофонов и микрофонов теле– и радиокорреспондентов выстраивались настоящие очереди. Конечно, подумала со злорадством Фатима, быть свидетелем по протоколу никто не хочет, а вот ради пяти минут славы люди расскажут что угодно и даже то, о чем их не спрашивают.

Она оглядела стоящих рядом людей и поразилась той жадности, с какой их взгляды пожирали мертвого банкира, они смотрела на кровь с таким голодом и удовольствием, что казалось, не будь здесь столько полиции, люди бы в ту же секунду набросились на тело и разорвали на куски. Вот оно, кровожадное и жестокое лицо толпы, подумала она, поспешно отводя взгляд, вот оно – истинное нутро человека, которое каждый прячет и пытается отрицать, но в толпе люди смелеют и уже не стесняются показать свой истинный лик. Люди любят кровь, любят чужую боль, люди любят зрелища. С древних времен ничего не изменилось, хотя вместо пещер люди теперь собираются в высоченных зданиях из стекла и бетона, уже не заворачиваются в шкуры и не боятся грозы или затмения, люди придумали себе тысячи законов и норм, но так и не сумели побороть в себе свою первобытную природу.

Толпа вызывала у Фатимы отвращение, но она не позволила себе уйти – надо было довести до конца то, за чем она пришла на площадь. Интересно, вдруг подумала она, нашли уже тело Антона, или все так поглощены убийством банкира, что в миг забыли обо всем остальном? Она стала внимательно осматриваться и увидела телохранителя покойного господина Пупса и того самого охранника, который бегал по площади с автоматом, как полный псих, только теперь автомата у него уже не было, видимо, доблестные сотрудники полиции решили на всякий случай проверить и его. Оба свидетеля – и соучастника, подумала Фатима, их поведение можно назвать только так, настоящая охрана так себя не ведет – сидели на бампере полицейского «бобика» и монотонно отвечали на бесконечные вопросы трех следователей, периодически показывая руками, что и как произошло. Они выглядели сонными и подавленными, однако точно и полно отвечали на все вопросы. Именно ради их рассказа она и пришла в это месиво сумасшедших, поэтому, обнаружив тех, кого искала, она начала энергично, но не слишком заметно подбираться ближе.

– Стреляли с крыши, – лишенным эмоций голосом говорил «автоматчик», по его тону Фатима поняла, что повторяет это он уже как минимум тысячный раз. Держись, милый, подумала она, это только первая, но далеко не последняя тысяча.

– Вы уверенны? – деловито спросил следователь, лысоватый подтянутый мужчина лет 40.

– Абсолютно, – устало кивнул охранник, – после того, как Виталий Валерьевича убили, я побежал на поиски свидетелей, ну и, может, даже убийцы. Я как раз бежал к старой гостинице, – он махнул рукой на здание напротив, – и тут случайно поднял глаза. – Охранник замолчал, нервно облизывая губы, а троица следователей напряглась, подавшись вперед. Прямо таки дети, слушающие сказку про тролля, подумала Фатима, стараясь уловить каждое слово, шум и гомон толпы сильно осложняли эту задачу.

– Ну? – нетерпеливо спросил один из следователей, толстый, как мыльный пузырь, – Что же вы увидели?

Охранник снова устало вздохнул и продолжил:

– На крыше был человек. Я не смог разглядеть хорошо, потому что он уже уходил. Единственное, что я успел заметить: он худой и во всем черном.

– Не густо. – Недовольно заметил «пузырь».

– Я же сказал, я видел только мелькнувший силуэт. – Равнодушно пожал плечами охранник.

– Вы пытались преследовать его? – спросил сорокалетний. – Пытались задержать?

– А какой смысл? – так же ровно вопросом на вопрос ответил охранник, – скорей всего, это настоящий профессионал, и у него было преимущество – он был уже на крыше. Вы ведь знаете, что крыши тут тянуться сплошной линией во всех направлениях, так что, пока я бы лез на эту крышу, его уже, понятное дело, и след простыл.

Троица следователей молча кивнула и тут же переключилась на телохранителя. Они стали выяснять, как все произошло с его точки зрения и очень удивились, когда узнали, что было сделано два выстрела. Вот тут Фатима навострила ушки, полностью превратившись в слух. Начиналось самое интересное.

– Бронежилет, – все трое следователей многозначительно закивали головами, – расскажите подробнее об этом.

Они буквально забросали бедного телохранителя вопросами: почему банкир надел бронежилет, всегда ли он носил его или, может, знал о покушении и т.д. и т.п. Ну же, нетерпеливо думала Фатима, толкаться в толпе ей уже надоело, но уйти и не получить ответа на мучивший и ее тоже вопрос о бронежилете, она не могла. Вы же сами не даете ему рта раскрыть, возмущалась про себя она, слушая следователей, бесконечно тараторивших одни и те же вопросы, заткнитесь хоть на секунду и дайте человеку сказать! Как будто услышав ее мысленный призыв, следователи неожиданно замолчали, как по команде, и с нетерпением уставились на охранника.

– Тот, кто стрелял, явно облажался, – невозмутимо начал охранник, нисколько не смущаясь под тяжелыми взглядами троих мужчин, – никто ведь не знал, кроме Сереги, – он кивком указал на сидящего рядом телохранителя, – что босс с недавних пор каждый день носил эту фигню. Я вот, например, тоже не знал, под костюмом его ведь совершенно не видно.

– С вами пока разговор окончен, – довольно грубо оборвал его «пузырь», – мы спрашивали не вас. Так что скажете? – толстяк принялся сверлить взглядом широкое и ничего не выражающее лицо телохранителя.

– Ну что я могу сказать? – вздохнул здоровяк, – босс действительно уже где-то с месяц носит жилет. Я никогда не спрашивал, ведь он босс, я в его дела не лезу. Но как-то он сказал, что повздорил с какими-то шишками, вроде как компаньоны его, что ли. Не знаю я, он никогда не просил усилить охрану или чего-нибудь в этом роде. Наверное, просто страховался, он ведь такой, все пытается предусмотреть. Видимо, думал, что реальной угрозы нет, просто так носил его, для успокоения совести.

Да уж, подумала Фатима, если бы господин Пупс действительно был таким предусмотрительным, он бы в первую