Дело поющей юбочки - Эрл Гарднер

— Что вы ответили вашей жене?

— Ничего. Я никогда не встречался с обвиняемой на нашей яхте. Я знал, что моя жена пошла по ложному следу и не на того человека обрушивает свой гнев. Я позволил ей уехать, потому что решил, что она, скорее всего, успокоится и поймет, что ошибалась. Она также заявила мне, что собирается пригласить специалиста по дактилоскопии, чтобы снять отпечатки пальцев в каюте на яхте и выяснить, появлялась ли там обвиняемая. Так как я был уверен, что там нет никаких отпечатков обвиняемой, я подумал, что лучше дать моей жене сделать то, что она задумала. Таким образом, она убедилась бы, что ее подозрения безосновательны.

— Что произошло дальше?

— Надин уехала.

— Она направлялась на вашу яхту?

— Да.

— Вы больше не видели ее живой?

— Нет.

— Вы можете проводить перекрестный допрос, — обратился Гамильтон Бергер к Мейсону.

— Позднее в среду вы заходили ко мне в контору? — начал Мейсон.

— Да.

— И рассказали мне о стычке на яхте?

— Да.

— И о последующей встрече с вашей женой?

— Да.

— У меня все, — объявил Мейсон.

— Минутку, — сказал Гамильтон Бергер. — Я хочу задать еще несколько вопросов. — Окружной прокурор встал со своего места и повернулся к свидетелю. — Вы искали свою яхту позднее, в среду, десятого числа?

— Да.

— В какое время?

— Около полудня.

— Она стояла на своем обычном месте у причала?

— Нет, сэр. Ее там не было.

— Когда вы видели ее в следующий раз?

— Когда ее привезли назад на буксире.

— Где вы в следующий раз видели свою жену?

— В морге.

— А теперь посмотрите, пожалуйста, на револьвер, найденный рядом с рукой вашей жены, когда ее тело обнаружили на яхте. Внешне он идентичен револьверу, приобщенному к делу в качестве вещественного доказательства «Б» со стороны обвинения, номер сто тридцать три триста сорок семь. Мне не нравится ссылаться на эти револьверы по номерам, поэтому я буду называть револьвер, найденный в каюте у вас на яхте, «револьвер Эллиса», потому что вы, как я думаю, признаете, что являлись его владельцем.

— Да, сэр. Этот револьвер дал мне Джордж Анклитас, — сообщил Хелман Эллис.

— Что вы с ним сделали? Вы носили его при себе?

— Нет, сэр. Я держал его на борту яхты для защиты.

— Ваша жена знала, что он там хранится?

— Да.

— Где он обычно лежал?

— В одном из ящичков в каюте.

— Вам известно, находился ли он у вашей жены во вторник? Вы имели в виду этот револьвер, когда говорили о том, что ваша жена направила на вас оружие?

— Да, сэр.

— Я прошу отметить этот револьвер для идентификации в качестве вещественного доказательства «Д» со стороны обвинения, — обратился Гамильтон Бергер к судье Кейзеру. — В настоящий момент мы не предлагаем приобщить его к делу в качестве вещественного доказательства, потому что вначале необходимо провести его точную идентификацию, как револьвера, найденного в каюте яхты «Гладиатор».

— Хорошо. Револьвер только отмечается для идентификации, — постановил судья Кейзер.

— В настоящее время, как мне кажется, у меня больше нет вопросов, — заявил Гамильтон Бергер. — Однако, я вижу, что приближается время закрытия судебного заседания. В зале находится мой следующий свидетель, Джордж Анклитас. Ему вручили повестку о явке в суд. Он — бизнесмен, хозяин предприятия в Ровене, которое включает в себя несколько заведений, подчиняющихся одному руководству — мотель, пруд с форелью, бассейн, ночной клуб и салон, где ведется игра в азартные игры, разрешенные законом. Мистеру Анклитасу сложно выкроить время, чтобы оставить дела. Поэтому я прошу позволения у Высокого Суда пригласить в настоящее время мистера Анклитаса занять место дачи показаний, а мистера Хелмана Эллиса покинуть свидетельскую ложу. Показания мистера Анклитаса не отнимут много времени. Таким образом, он освободится сегодня, и ему не придется возвращаться завтра в зал суда.

Судья Кейзер вопросительно посмотрел на Мейсона.

— У защиты есть какие-нибудь возражения? — поинтересовался он.

— Никаких, — ответил Мейсон. — Я согласен.

— В таком случае я приглашаю Джорджа Анклитаса занять место дачи показаний, — объявил Гамильтон Бергер.

Открылась дверь в комнату для свидетелей и Джордж Анклитас показался в зале.

Покинувший свидетельскую ложу Хелман Эллис ободряюще улыбнулся Элен Робб, проходя мимо того места, где она сидела рядом с Мейсоном.

Джордж Анклитас высоко держал голову. Он прошел в свидетельскую ложу, словно солдат на параде, повернулся чуть ли не по-военному, поднял правую руку, принял присягу и опустился на стул.

— Вас зовут Джордж Анклитас? Вы являетесь одним из владельцев «Большого амбара» в Ровене, не так ли? — обратился к свидетелю Гамильтон Бергер.

— Да, сэр.

— Вы знакомы с обвиняемой?

— Да, сэр.

— Она у вас работала?

— Да, сэр.

— Как долго?

— Где-то четыре или пять месяцев.

— В чем заключались ее обязанности?

— Она пела песни, продавала сигары и сигареты и, в случае необходимости, выполняла еще какие-то мелкие поручения.

— Когда она прекратила у вас работать?

— Вечером девятого.

— Почему?

— Я ее уволил.

— Почему?

— Это только предварительное слушание, — заметил судья Кейзер. — Если вы не свяжете то, о чем сейчас спрашиваете свидетеля, я не вижу, как эти показания относятся к делу, в особенности в виду того, что в ответе может присутствовать оценка обвиняемой враждебно настроенным свидетелем.

— Эти показания относятся к делу, — возразил Гамильтон Бергер. — И я намерен связать их в дальнейшем, Ваша Честь.

— У защиты нет возражений, — поднялся со своего места Мейсон. — Пусть свидетель отвечает.

— Отвечайте, — велел Гамильтон Бергер.

— Она принесла моему заведению скандальную известность. Она завела роман с Хелманом Эллисом, а миссис Эллис собралась…

— Минутку, минутку, — перебил судья Кейзер. — Это определенно показания, основанные на слухах.

— Я думаю, что это выводы свидетеля, основанные на личных наблюдениях, — заметил Гамильтон Бергер.

— Я все равно считаю, что это показания, основанные на слухах, — настаивал судья Кейзер. — Сейчас я сам намерен задать мистеру Анклитасу несколько вопросов. Откуда вам известно, что обвиняемая завела роман с Хелманом Эллисом?

— Потому что я их поймал.

— Вы их поймали? — переспросил судья Кейзер.

— Ну, они обнимались.

— А почему вы утверждаете, что об этом знала миссис Эллис?

— Потому что она устроила сцену обвиняемой.

— Вы при ней присутствовали?

— Да.

Судья Кейзер удивленно посмотрел на Мейсона.

— Хорошо, — наконец сказал судья, хмуря лоб. — Продолжайте, господин окружной прокурор.

— Вы давали револьвер Хелману Эллису?

— Да.

— Какой?

— Системы «Смит и Вессон», тридцать восьмого калибра, с длиной ствола два с половиной дюйма.

— Посмотрите, пожалуйста, на револьвер, отмеченный для идентификации, как вещественное доказательство «Д» со стороны обвинения. Это тот револьвер?

Анклитас взглянул на револьвер и ответил:

— Да.

— Как давно вы дали оружие Хелману Эллису?

— Примерно шесть недель назад.

— Вы можете проводить перекрестный допрос, — обратился Гамильтон Бергер к Мейсону.

— Перед тем, как переходить к перекрестному допросу, Ваша Честь, — сказал Мейсон, — мне хотелось бы выяснить, делались ли из револьвера, отмеченного для идентификации, как вещественное доказательство «Д» со стороны обвинения, пробные выстрелы и сравнивались ли полученные пули с пулей номер один один, послужившей причиной смерти и извлеченной из тела погибшей?

— Логичный вопрос, — заметил судья Кейзер и повернулся к Гамильтону Бергеру. — Их сравнивали, господин окружной прокурор?

— Конечно, нет, — резким тоном ответил Гамильтон Бергер.

— Почему нет? — поинтересовался судья.

— А с какой стати? Из этого револьвера, доказательства «Д», стреляли в нападавшего. Пуля, вылетевшая из него, засела в деревянной обшивке каюты. Из него выстрелили лишь один раз.

— Тем не менее, в виду того, что теперь у нас имеется одна необъясненная пуля, — заговорил судья Кейзер, — поскольку пока мы не в состоянии утверждать, из какого револьвера она выпущена, я считаю, что этот револьвер необходимо передать в Отдел баллистики. Вы должны были сделать это, как само собой разумеющееся.

— В то время мы считали, что обе пули, обнаруженные в теле погибшей, выпущены из револьвера, найденного у обвиняемой, вещественного доказательства «Б», — попытался оправдаться Гамильтон Бергер.

— Я понимаю, — кивнул судья Кейзер, — однако, теперь, несомненно, следует провести сравнение пуль из этого револьвера, доказательства «Д», с неопознанной пулей, той, что оказалась несколько деформирована.