Сумерки - Стефани Майер

Я медленно натянула свой самый уютный домашний костюм и даже заправила постель, чего никогда раньше не делала. Подошла к столу и включила старенький компьютер.

Интернет-связь у меня была отвратительная. Модем безнадёжно устарел, бесплатное обслуживание — ниже всякой критики. Я решила, что вполне успею позавтракать, пока идёт дозвон.

Ела я медленно, тщательно пережёвывая хлопья. Потом аккуратно вымыла миску и ложку, вытерла их и разложила по своим местам. Еле волоча ноги, поднялась в спальню. Подошла к своему плееру, подняла его с пола и положила точно на середину стола. Выдернула провод наушников и спрятала их в ящик. Включила всё тот же диск, приглушив звук до фонового уровня.

В очередной раз вздохнув, я повернулась к компьютеру. Естественно, весь экран закрывали всплывающие окна с рекламными объявлениями. Я села на свой жёсткий складной стул и начала закрывать баннеры. Потом запустила свой любимый поисковик, закрыла очередную порцию рекламных объявлений и набрала одно слово. Вампир.

После того, как загрузились результаты поиска (раздражающе долго), я пролистала множество ненужных мне ссылок — всё от фильмов и теле-шоу до ролевых игр, андеграундной музыки и косметических компаний для готов.

Наконец, я обнаружила многообещающий сайт «Вампиры от А до Я». Нетерпеливо ожидая, пока он загрузится, я быстро закрывала всплывающие окна. И вот загрузка завершилась: черный текст на белом фоне выглядел довольно академично. На главной странице меня приветствовали две цитаты:

«Во всём необъятном сумрачном мире призраков и демонов нет образа столь страшного, нет образа столь пугающего и отвратительного и в то же время обладающего столь жутким очарованием как вампир, который сам по себе не является ни призраком, ни демоном, но разделяет с ними их тёмную природу и наделён таинственными и ужасными качествами их обоих».

Преподобный Монтегю Саммерс[8]

«Если существовала когда-нибудь на свете история, за которую можно поручиться, и снабженная доказательствами, это история вампиров; здесь ничего не упущено: официальные донесения, свидетельства уважаемых людей — врачей, священников, судей; полная очевидность. И вместе с тем, кто из нас верит в вампиров?»

Жан-Жак Руссо

И дальше на сайте в алфавитном порядке перечислялись мифы о вампирах, собранные по всему миру. Сначала я кликнула на имя Danag — филиппинский вампир, якобы ответственный за создание Таро. Он долго сотрудничал с людьми, но однажды товарищество закончилось, когда некая женщина порезала палец, и Danag сосал кровь из раны, наслаждаясь вкусом так долго, что полностью осушил тело своей жертвы.

Я внимательно читала описания, выискивая всё, что казалось знакомым, не обращая особого внимания на правдоподобность. Большинство мифов о вампирах рассказывали о прекрасных женщинах-демонах или погибших детях, словно были придуманы для того, чтобы оправдать мужскую неверность и высокую детскую смертность. Во многих историях фигурировали бестелесные духи и звучали предупреждения по поводу ненадлежащих погребений. Встречалось очень мало похожего на то, что я видела в фильмах. И очень немногие из перечисляемых вампиров пили кровь, как еврейская Estrie или польский Upier.

Только три имени привлекли моё внимание: румынский Varacolaci — могущественная нежить, принимавшая облик прекрасного человека с бледной кожей; словацкий Nelapsi — создание столь сильное и быстрое, что однажды за час вырезало целую деревню; и Stregoni benefici.

О последнем на сайте была лишь одна фраза:

Stregonibenefici: итальянский вампир, считается, что он стоит на стороне Добра, смертельный враг всех злых вампиров.

Какое облегчение — найти среди сотен мифов одно маленькое подтверждение того, что существуют положительные вампиры.

В общем же, мало что совпадало с легендами Джейкоба и моими собственными наблюдениями. Просматривая сайт, я составила в голове небольшой список и тщательно сверяла его с каждым мифом: сила, скорость, красота, меняющие цвет глаза; и дальше признаки, названные Джейкобом: пьют кровь, враги оборотней, холодная кожа и бессмертие. Лишь в нескольких мифах упоминался хотя бы один признак.

И ещё одно: читая мифы, я вспоминала немногие виденные мной фильмы ужасов — вампиры не могут выходить на улицу днём, потому что солнце сожжёт их дотла. Днём они спят в гробах и выходят на улицу только по ночам.

Я в раздражении выключила компьютер, не ожидая, впрочем, что так же легко удастся отключить мысли. Сквозь гнев пробивалось смятение, грозившее захватить меня целиком. Всё это так глупо. Сижу здесь и изучаю вампиров. Да что со мной такое?! Я решила, что всю вину следует возложить на город Форкс, да и на весь насквозь промокший полуостров Олимпик, если уж на то пошло.

Мне необходимо было выйти из дома, но куда? Места, в которых мне сейчас хотелось бы оказаться, находились не менее чем в трёх сутках езды. И всё-таки я натянула ботинки, не имея ни малейшего представления, куда отправлюсь, и спустилась вниз. Не проверяя погоду, влезла в дождевик и вышла за дверь.

Было пасмурно, но без дождя. Я пересекла двор, прошла мимо своего пикапа и пешком двинулась на восток, в сторону вездесущего леса. Довольно быстро я зашла так далеко, что уже не видела дома и дороги, и всё, что я слышала — хлюпанье сырой земли под ногами и редкие крики соек.

Через лес вела узкая тропинка, иначе я не рискнула бы бродить здесь в одиночку. Ориентироваться я совершенно не умела и в менее благоприятной ситуации наверняка заблудилась бы. Тропинка уходила всё глубже в лес, на восток (насколько я могла судить), вилась вокруг серебристых елей, тисов, клёнов и канадских тсуг. Названия некоторых деревьев были мне известны благодаря Чарли, который иногда показывал их мне из окна своей машины. Многие я не знала, многие не смогла определить из-за покрывавших стволы растений-паразитов.

Я шла по тропинке, пока гнев гнал меня вперёд. Когда он начал отступать, я замедлила шаг. Несколько капель влаги просочились через зелёный балдахин над моей головой, но я не знала, начинающийся ли это дождь, или просто срывается вниз вода, накопившаяся на листьях за вчерашний день. Недавно упавшее дерево — слой мха на нём ещё не успел нарасти — прислонилось к стволу одной из своих сестёр, образуя уютную скамеечку всего в нескольких безопасных футах от тропинки. Я перешагнула через папоротники, осторожно села, натянув пониже куртку, чтобы не отсырели брюки, и прислонилась головой в капюшоне к стволу живого дерева.