Соборы пустоты - Анри Лёвенбрюк

— Мне… мне даже не верится, — прошептал инженер. — Думаешь… Думаешь, он мог все это выдумать?

— Нет.

— Что же нам делать?

Жена снова прижалась ртом к его уху и чуть слышно выдохнула:

— Бежать, как только получится.

42

Ари расположился в отделении для курящих гостиничного бизнес-центра и теперь курил одну сигарету за другой за компьютером, который включила для него распорядительница. Как ни ненавидел он эти железки, он все же был способен проверить свою почту, что и делал каждые десять минут с тех пор, как вернулся в гостиницу, в надежде, что Ирис уже прислала ему необходимую информацию. За это время ему чудесным образом удалось найти на одном из социальных сайтов страницу Мари Линч. И теперь он с изумлением рассматривал все то, что молодая актриса сочла нужным сюда выложить: короткие высказывания, тексты побольше и достаточно откровенные фотографии.

Ари набрал в поисковике имя молодой женщины по двум причинам: во-первых, ему по-прежнему казалось странным, что она очутилась в доме Доктора одновременно с ним, и он задумал проверить, не скрывает ли что-нибудь Мари Линч. Что именно? Об этом он не имел ни малейшего понятия и, если быть честным, сильно сомневался, что найдет ответ в интернете. Во-вторых — и он вынужден был признать, что это и послужило основной причиной его поступка, — в наружности и действиях Мари Линч, которую он поневоле находил все более привлекательной, было что-то таинственное.

Впервые после разрыва с Лолой женщина сумела хоть как-то задеть его чувства. Это не удалось даже Бенедикт и Марион, официанткам из «Сансера». Его невинные заигрывания с ними скорее были данью вежливости. Проявлением дружбы… Что же касается Мари Линч, возможно, для него настало время снова взглянуть на женщину с иной точки зрения.

Содержание этих страниц, открытых для публики, вскоре озадачило Ари. Молодая женщина без малейшего стыда распространялась о различных аспектах свой личной жизни — реальных или вымышленных. По крайней мере, профессиональные фотографии, на которых она была изображена почти голой, уж точно были реальными: их она разделила на несколько групп — по фотографам. Фигура актрисы, о которой он до сих пор мог судить, видя ее в одежде во время их первых двух встреч, оправдало самые смелые его ожидания. У Мари Линч было безупречное тело. Похоже, она знала об этом и весьма умело этим пользовалась. По крайней мере, перед объективом камеры.

Внимательно рассмотрев ее многочисленные фотографии, он наткнулся на запись, в которой молодая женщина не без юмора рассказывала об очень личной стороне своей жизни.

Сама не знаю, что во мне больше пугает мужчин, этих дурачков, которых мы так отчаянно желаем, несмотря на их глупость: моя профессия безработной актрисы или моя болезнь. Одно я знаю точно: с некоторых пор они, переспав со мной, спешат смыться с тем же рвением, с каким накануне стягивали с меня лифчик, проявляя в этом деле большую или меньшую сноровку (заметьте, девушки: парень, которому с первой попытки не удается расстегнуть вашу «принцессу Там-Там» на «косточках», вполне способен облажаться самым жалким образом и в поисках Святого Грааля, if you see what I mean[46]). Другими словами, чего больше боится современный самец в своем великолепном индивидуализме: связаться с девушкой, которая скоро сдохнет, или с девушкой, которая мотается по кастингам, не получая даже самой завалящей роли. В конечном счете я не уверена, что ответ на этот вопрос оказался бы хоть сколько-нибудь конструктивным, учитывая, что я, как ни крути, и то и другое… Просто мне кажется, что со временем найти работу было бы не так сложно, как лекарство от болезни Хантингтона, так что, если Бог существует, было бы здорово, если бы все упиралось в безработицу… И если эти строки прочтет какой-нибудь режиссер, продюсер или сценарист, хочу, чтобы они знали: я вполне способна снять свою «принцессу Там-Там» самостоятельно.

Маккензи против воли дочитал этот текст до конца. Он оказался совершенно бесстыдным, одновременно удручающим и забавным. Как доказывало его увлечение Лолой, Ари в женщинах всегда нравилась та ребячливость, которую выдавали эти строки. Он знал, какая за этим скрывается хрупкость, тревога и закомплексованность. В сущности, ничто не трогало его сильнее.

Он постарался поменьше мечтать о прелестях актрисы и задумался, насколько правдиво упоминание о болезни Хантингтона. Кажется, Ирис сказала, что мать Мари Линч скончалась от последствий этой болезни.

С постыдным наслаждением вуайериста Ари изучил все, что было на сайте, и не сдержал улыбки, натыкаясь на короткие фразы, в которых Мари Линч делилась с возможными читателями каждодневными шутками. Например: «Мари притомилась, а уж похмелье у нее размером с Эмпайр-стейт-билдинг» или «Мари хочется покатать на баааайке. И потрахаться. И погонять мячи. И напиться в хлам». Комментарии, которые оставляли постоянные посетители сайта, были по большей части солеными, а некоторые и просто сальными. Ари показалось, что перед ним вдруг открылся мир совершенно ему чуждый, к которому у него не было ключа. Но было в этом что-то притягательное.

Наконец вернувшись в начало страницы, он прочитал самый свежий комментарий. Перечитал его дважды, чтобы поверить своим глазам. «Мари запала на легавого. Это опасно, доктор? — Зависит от того, снимает ли он ствол, когда трахается».

Маккензи, не зная, плакать ему или смеяться, взглянул на дату, когда были написаны эти слова. Оказывается, в тот самый день, когда он навестил Мари в квартире ее отца.

Не задумываясь, он оставил комментарий:

«Бывает, что и снимаю».

Он нажал на ввод и тут же пожалел об этом. Посмеиваясь про себя, он снова принялся изучать сайт. Вряд ли Мари поверит, что это действительно он. Но через несколько минут, когда он читал очередную запись, в правом верхнем углу открылось диалоговое окно.

«Маккензи??? Это вы?»

Ари вытаращил глаза и быстро убрал руки с клавиатуры, опасаясь, что сделал глупость. Он не сразу сообразил, что происходит. Не имея привычки к подобным сайтам, он и подумать не мог, что на них можно переговариваться онлайн. Значит, Мари сейчас в Сети? В конце концов он решил, что это даже забавно. В конце концов он сам напросился! И Ари решил ответить:

«Да».

«Неееееет!»

«А вот и дааа».

«Докажите».

Ари на секунду задумался.

«Рубедо».

Некоторое время никаких сообщений не было. Очевидно, молодая женщина свыкалась с мыслью, что это действительно Ари. Аналитик не без удовольствия представил себе лицо хорошенькой брюнетки.

«И что вы здесь забыли?»

«Читаю вашу прозу. Неподражаемо. Серьезно. Так и до Гонкуровской премии недалеко».

«Эээ… Вообще-то это для самых близких друзей».

«Смотрю, у вас их навалом».

Ари придвинул кресло к столу. Становилось все веселее. Признаться, на сей раз это жуткое орудие современности доставляло ему немалую радость…

«Вы где?»

«В Женеве».

«А что вы делаете в интернете? Я думала, от компов вас воротит».

«Успокойтесь. Это лишь небольшое отступление от правил».

Снова долгая пауза. Ари решил, что тут он ее переиграл. Вероятно, Мари смущена тем, что он сразу столько всего узнал о ее личной жизни, и в то же время ей польстил этот интерес.

Диалоговое окно снова замигало. Но вместо очередной реплики собеседницы возникло информационное сообщение: «Мари предлагает начать видеочат. Щелкните здесь, если вы согласны».

Маккензи нахмурился. Теперь еще видеочат? Присмотревшись к компьютеру, он обнаружил над монитором маленькую веб-камеру. Такое ему предлагали впервые, и ему было немного не по себе. И все же он решил согласиться. Из любопытства… А может, чтобы не утратить преимущество.

И он щелкнул на ссылку.

Окно развернулось, и через пару секунд показалось лицо Мари Линч. Нечеткое изображение дрожало, но он узнал кабинет, в котором они виделись в прошлый раз. Не зная, слышит ли она его, он предпочел напечатать свой вопрос:

«Вы в квартире отца?»

«Да. А вы?»

«Я? Нет, я не в квартире вашего отца».

«Очень смешно. Где вы остановились в Женеве? У друзей?»

«В отеле».

«И что вы забыли в Женеве?»

«Напал на след».

«Есть что-то новое о моем отце?»

«Пока нет. А у вас?»

«Нет. Сами видите, я все еще роюсь в его компе, но думаю, уже хватит. Все равно ничего не нахожу».

Ари, все еще не оправившись от удивления, всматривался в ее лицо прямо посреди экран. Вебкамера придавала ей сходство с героиней старого фильма.

«Я не могу здесь засиживаться. У меня планы на вечер. Погодите, я вернусь через две минуты».

Мари встала и исчезла с экрана.

Немного растерянный, Маккензи поудобнее устроился в кресле. В этом разговоре было что-то нереальное, даже ненастоящее… Ари то и дело оглядывался, опасаясь, что кто-нибудь заметит, как он общается по видеочату с молодой женщиной. Его могут неправильно понять…