Давай забудем друг друга - Мила Любимая

Мне бы точно не помешал сейчас.

– Зачем приехал? – неуверенно спрашиваю я, продолжая крепко сжимать в руках рюкзак.

– Отвезти тебя в универ. – Еще шаг навстречу, и расстояние между нами сокращается донельзя. – Возьмешь кофе, или как?

– Я сейчас на автобус опоздаю, – уклоняюсь я от ответа и пробую обойти Ника, но он одной рукой обхватывает меня за талию и притягивает к себе.

– Мир, дай хоть подвезу, – шепчет Ник на ушко, а губы нежно скользят по моей щеке. – Обещаю, приставать не буду.

Спасибо, подвез уже. Теперь не знаю, как выгнать из головы эти проклятые воспоминания. Те, когда я была слишком слаба, чтобы сказать ему четкое и категоричное «нет». Когда отдавалась ему, хрипло выкрикивала его имя…

Черт возьми.

Дно где-то рядом.

– Мне вчера хватило, – возражаю я, отрицательно покачав головой.

Уверенно упираюсь ладонями в его грудь, чтобы оттолкнуть. Но рука Тарасова ложится слегка ниже, нагло обхватив за задницу. А потом он просто поднимает меня в воздух.

– Ник! – возмущаюсь я, хватаясь за его шею. – Ты спятил? Ненормальный?

– А я никогда этого не отрицал, – смеется он и ставит на землю уже возле своей машины.

Джентльменским жестом распахивает дверцу и совсем не по-рыцарски заталкивает в салон, следом всучив многострадальный стаканчик кофе. Романтик нашелся…

За что мне все эти мучения?

Дождавшись, пока он сядет за руль, я отвернулась в противоположную сторону, продолжая строить из себя поруганную невинность. Согласна, перебор… но не все коту масленица!

– Ремень, – коротко бросает Ник, выезжая с моего двора. – И не дуйся, Князева. Хотя на твои щечки я готов смотреть вечно.

– Иди со своими играми в задницу, Тарасов.

– Всецело за, – хитро усмехается он. – Если речь идет конкретно о твоей. Я, знаешь ли, одно…люб.

Знаю я таких многолюбов.

– Зачем ты это делаешь, а Ник? – Все-таки смотрю на него.

Но послушно пристегиваюсь и начинаю пить кофе. Потому что без дополнительного допинга мне сейчас ну никак не выжить.

М-м, вкусно как!

У меня сейчас случится эстетический оргазм. Кофе – это лучший напиток, который когда-либо придумывало человечество.

– Делаю что?

– Сам знаешь, – пожимаю плечами.

Впереди уже маячил наш универ, и мне почему-то захотелось, чтобы мы не приезжали туда как можно дольше. Наверное, потому, что на парковке обязательно будут друзья Ника. Вся золотая элита в полном составе. Всякие змеи Филатовы, шутники Сотниковы и им подобные.

Да только нас не могла остановить даже стандартная питерская пробка, которой просто-напросто не было. Волшебство, как оно есть!

Ник мастерски припарковался среди прочих машин, заглушил мотор и несколько минут мы просто сидели в полной тишине.

Тарасов откинулся на спинку кресла и задумчиво посмотрел на меня. И я могла вытерпеть все, что угодно на этом свете, но только не такой его взгляд. Словно ему не все равно. Словно я для него что-то значу. Но однажды мои мечты уже упали с небес и разбились. Они не подлежат восстановлению.

– Подумала? – очень тихо спрашивает он.

Подумала…

Всю ночь ворочалась с боку на бок, расхаживала, как лунатик, и то и дело заливала собственную подушку слезами.

Потому что хотела сделать ответный шаг и довериться ему. Но… но как?

После всего?

Между нами пропасть! Между нами лед! Между нами целый океан холодного безразличия! И он сам виноват! Сам!

– О чем? – Я отстегиваю ремень, собираясь как можно скорее избавиться от общества Ника.

– Узнаешь на свидании, – усмехается он и, покинув теплый салон внедорожника, обходит его и открывает передо мной дверь.

Каком свидании?

– Я не пойду с тобой на свидание, – категорично заявив, выбираюсь из «гелика», упрямо игнорируя руку Ника, за которую он предлагал мне схватиться. – Вот даже не заикайся больше. И делай с этими знаниями что хочешь!

Решительно направилась ко входу в университет. Под пристальными взглядами знакомых студентов и своих однокурсников.

Ну да, я ведь из тачки самого Никиты Тарасова выпорхнула, да еще и кинуть его там же умудрилась. Какая злая девочка.

Но только шепот и переглядывания за спиной были не самым страшным. Беда пришла, откуда не ждали.

Ник подлетел ко мне и схватил меня за руку.

Моя рука в его руке. Пальцы переплетены крепко-крепко. Как вчера ночью, когда мы… неважно… да еще и рюкзак мой забрал.

Наглость – второе счастье.

– Ты что вытворяешь? – шиплю я, стараясь вырваться из стальной хватки своего персонального сталкера.

– Делаю что хочу. Ты сама швырнула в меня белый флаг.

Молись, чтобы я не придушила тебя красным, Рогалик души моей.

Глава 15

Приговор

Я с тобой на осколки,

Мы с тобою – вдребезги.

Любовь – как стальные иголки

И смертоносные лезвия.

Мира

Когда разбиваешь чашку, то не пытаешься ее как-то вернуть к жизни и реанимировать. Потому что осколки уже идеально не склеить, не собрать их в единое целое. И моя больная любовь к Нику не подлежит восстановлению. Токсичная, ядовитая, уничтожающая все на своем пути. Любовь!

Зачем же он снова сыплет соль на раны? Разве можно быть настолько жестоким? А самое горькое и обидное: мне хочется, чтобы каждое его слово оказалось правдой. Глупо, да?

– Князева! – недовольно тянет Савельева. – Ты эпическая идиотка, конечно. Очнись!

И подруга громко щелкает пальцами прямо перед моим лицом. Так, что я начинаю часто-часто моргать от неожиданности.

– Маш, ты с ума спятила? У меня от тебя скоро нервный тик начнется.

– А это абсолютно симметрично, – ворчит подруга. – Нам срочно нужна бригада спасения. А лучше две.

Какая еще бригада спасения? Кое-кому не мешает отдохнуть хорошенько от учебы. Совсем помешалась со своими учебниками и подготовкой к экзаменам. Не удивлюсь, если она уже и диплом написала. С Машки станется на самом деле.

– Спасать тебя надо, – тяжело вздыхает она. – От этого козла.

– У нас нет ничего, успокойся. Не нужно драматизировать.

Ну, за исключением того, что я по-прежнему схожу по нему с ума. Горю парнем, которого надеялась вычеркнуть из своей памяти. Не мешало бы отформатировать раздел «Ник Тарасов» в своей голове.

Жаль, это невозможно.

– Ты в универ с кем приперлась? – усмехается Маша. – То-то же! И все вчера видели, как Ник тебя увез в закат. Кофе пить, наверное. Знаешь, подруга, единственное возможное, что сейчас можно сделать, – это забыть. И забить. А еще лучше найти себе нормального мужика. Потому что Тарасов… такой Тарасов. Получит желаемое и сгинет с горизонта. Словно мало я тебе сопли подтирала.

Да получил уже все.

А вот