Одиссея Грина - Филип Фармер

Сильно кашляя, он встал на ноги и, подтолкнув Эмру, быстро двинулся к выходу. Он знал, что упал головой в его сторону и, если теперь не собьется с прямой линии, может быть, не промахнется.

Достаточно быстро, споткнувшись о тело на полу, он обнаружил, что идет в противоположную сторону. Он провел руками по телу. Кожа была обугленная и шершавая — обожженный труп Эйги. Рядом валялась абордажная сабля, подтверждая, что это именно Эйга.

Сориентировавшись, он повернул обратно, все еще таща за собой Эмру. На этот раз он уперся рукой в стену, потом поспешно повернул налево и шел, пока не попал в угол зала. Теперь, уже точно зная направление, он повернулся и, ощупывая металлическую стену, добрался, наконец, до выхода. Он почти выпал в соседнее помещение, в котором было так же пыльно и темно, как и в том, из которого он только что выбрался. Он ринулся вперед, натолкнулся на стену, свернул направо, нашел выход и проскочил в него. Здесь воздух был почище. В слабом мерцании света он смог разглядеть своих товарищей по несчастью. Все кашляли и лили слезы, словно старались насовсем избавиться от легких и выплакать глаза. Спазм за спазмом потрясал их тела.

Грин решил, что это помещение не намного лучше прежних, и вывел Эмру с Пэкси за поворот темного туннеля. Здесь жестокий кашель стал понемногу утихать, а быстрое непрерывное мигание помогло очистить глаза от пыли. С острым интересом он посмотрел в конец туннеля, где светлым полукругом обозначался вход в пещеру. Он увидел то, чего боялся. Там кто-то стоял, четко вырисовываясь на светлом фоне.

Он решил, что это жрица, потому что фигура казалась хрупкой, волосы на голове были стянуты в узел, из которого торчали перья, а возле ног крутились четыре или пять кошек.

Кашель выдал их, жрица резко повернулась и засеменила прочь на своих тонких ногах. Грин опустил руку Эмры и побежал за ней, на ходу вытаскивая из-за пояса нож; саблю он потерял во время взрыва. Ему надо было остановить жрицу, хотя он и знал, что толку с этого не будет. Рано или поздно дикари придут к святилищу узнать, не видела ли жрица кого-либо из беглецов. А не найдя ее, они тотчас же заподозрят неладное. А может быть, они уже знают. Конечно же, шум взрыва достиг и их ушей. Или нет? Воздушной волне нужно было бы пройти несколько перпендикулярных коридоров, прежде чем она достигла выхода из пещеры. А шум мог быть вовсе не таким громким, как показалось Грину, — ведь он был совсем близко к его источнику. Может быть, была еще слабая надежда?

Он выбежал на поляну перед пещерой. Солнце только что начало проклевываться над горизонтом, так что окрестности уже хорошо просматривались. Старухи нигде не было видно. Единственными живыми существами были здесь несколько пьяных кошек. Одна из них начала тереться о ногу Грина и громко мурлыкать. Машинально он нагнулся и погладил ее по спинке, взглядом обшаривая все вокруг в поисках следов жрицы. Дверь ее избушки была открыта. Там не было места, где бы она могла спрятаться. Должно быть, она побежала вниз по тропинке.

Если даже так, пока что она не поднимала шума; не было слышно ни криков, ни призывов о помощи.

Он нашел ее лежащей на тропе, что вела с холма. Старуха лежала ничком. Сначала он подумал, что она притворяется, и, переворачивая ее, держал стилет наготове, чтобы прервать любой возможный крик. Но тут он увидел ее отвалившуюся челюсть, пепельное лицо и понял, что время, отпущенное ей на притворство, исчерпано до конца. Он решил было, что она споткнулась и сломала себе шею, но, присмотревшись получше, понял в чем дело: старое сердце не выдержало испуга и быстрого бега.

Что-то коснулось его коленей. Он был в таком напряжении, так ждал копья в спину, что буквально взвился в воздух, но тут же увидел, что это всего лишь кошка, которая терлась о его ноги, когда он вышел из пещеры. Это была большая кошка с красивым длинным шелковистым мехом и золотыми глазами. Она очень походила на земных кошек и, несомненно, имела с ними общих предков. Когда хомо сапиенс начал расселяться по вселенной, он, конечно, взял с собой и любимых домашних животных.

— Ну, что, понравился я тебе? — спросил Грин. — Ты мне тоже нравишься, но лишь до тех пор, пока не начнешь царапаться. Сегодняшних царапин мне хватит на всю жизнь.

Кошка, мурлыкая, терлась об него.

— Может быть, ты принесешь мне удачу, — пробормотал он и поднял ее на плечо, где она устроилась, подрагивая от удовольствия. — Не знаю, что ты нашла во мне. Я весь в грязи, с красными мокрыми глазами. Но и ты тоже не такая уж красотка, дышишь тут брагой мне в лицо. Ты мне нравишься… А как тебя зовут? У тебя есть имя? Назову тебя Леди Удача. Как-никак, после встречи с тобой я обнаружил жрицу мертвой. Если бы она не померла, то созвала бы сюда всех здешних людоедов. Наверное ты, ее удача, перебежала ко мне. Значит, решено — будешь Леди Удачей. Давай теперь вернемся к пещере и посмотрим, что случилось с остальными.

Он обнаружил, что Эмра сидит у входа в пещеру с Пэкси на руках и пытается успокоить ребенка. Девятеро остальных были там же: Гризкветр, Майрен, Сун, Инзакс, три женщины и две маленькие девочки. Остальные, сделал он вывод, лежали мертвыми или без сознания в алтарной комнате. Те, что остались, выглядели кучкой грязных, красноглазых изможденных людей, способных только улечься и заснуть.

— Послушайте, — произнес он. — Нам надо поспать, пока вокруг тихо. Вернемся в первое помещение после туннеля, немного поспим и…

Тотчас же все заявили, что нет на свете такой силы, которая заставит их близко подойти к ужасной обители дьявола. Грин растерялся. Он точно знал, что произошло, но не мог объяснить это людям в понятных для них выражениях. Чего доброго, после этого они затаят против него самые мрачные подозрения. Он решил представить простое, хоть и не верное объяснение.

— Эйга, ясно, пробудила хозяина демонов ударом в стену за алтарем, — начал он. — Я пытался предупредить ее, вы все слышали. Но эти демоны не потревожат нас во второй раз, потому что мы теперь под защитой этой кошки — тотема каннибалов. Тем более, что демоны, излив свою ярость и забрав несколько жертв, на долгое время становятся безвредными и тихими. Им понадобится большой срок, чтобы набраться сил.

Они проглотили объяснение, оно оказалось не хуже любого другого.

— Если ты пойдешь вперед, — сказали они, — мы вернемся. Доверяем тебе наши жизни.

Прежде чем войти в пещеру, он задержался, чтобы еще раз оглядеться. С поляны, которая была почти на самой вершине холма, он мог смотреть поверх деревьев и видеть почти весь остров, кроме тех частей, которые загораживали другие холмы. Остров прекратил движение и осел на равнину. Теперь для постороннего взгляда вся его масса выглядела простым нагромождением камней, земли и растений, неизвестно по какой причине возникшим среди травяного моря. Он останется в таком положении до наступления ночи, после чего снова двинется в свое путешествие на восток со скоростью пять миль в час. А когда достигнет определенной точки на востоке, развернется и будет по ночам двигаться на запад. Взад и вперед по равнине, и так бог знает сколько тысячелетий. Для чего он был создан и кто его создатели? Конечно, они и в самых диких снах не предполагали, что его оседлают каннибалы. Не могли они, конечно, предугадать и то, для чего будет применяться электростатический коллектор пыли. Кто из них мог подумать, что тысячелетия спустя одичавший человек станет использовать установку для варварского ритуала с человеческими жертвами.