Легенда Изумрудного моря - Анфилада Юри

Пострадавшему не было никакого дела на боль в теле, лишь бы эти же самые физические ощущения не посещали Арию сейчас в действительности, и лучше бы Ливия соврала. «Русалки все шестнадцать лет после её самого первого отбытия присматривали издалека за девочкой, так как дитя не подходило к воде — слежение оказывалось проблематичным. Ливия единственная из всех троих не знает всех нюансов нашего рода по мужской линии и тайны, которая объединяет нас, поэтому притянуть за уши подобное она бы не могла. Нет, Ливия не могла соврать на этот счёт, как бы она не смотрела косо на Арию, желая подсунуть мне свои подружек, но конкретно тут я ей отчего-то верю. Стоит отдать должное и в том, что в критичной ситуации сестра направилась за подмогой, она не воин, иначе помочь бы не сумела. Но когда в кабинете происходило бурное обсуждение и выдавались различные версии по ведению боя, мнение единственного человека, который отсутствовал в тот момент как раз таки и не прозвучало. Где же ты был в это время, Луи?»

Последние штрихи сделаны, предложенные травы мяты и шалфея для обезболивания оказались просто наспех зажёванными без излишних процедур промежуточного приготовления.

— Готов, братец? — Луи подал руку для опоры.

— Сообщи, чтобы наши перешли в режим готовности.

— Будет битва за территорию?

— Грядёт сражение за честь.

12. Кто придёт к нам с мечом…

Во времена первой эпохи подводного альянса, когда ныне существующие семь морей являлись единым целым, руководил обширными территориями Мирного моря лишь один человек, далёкий предок современного правителя Изумрудного моря, праотец морен и морских существ — премудрый Индрик. Благополучие и общность царили в тех краях, но как известно, всему хорошему когда-то наступает конец. Зависть и жажда власти поглотили сердце одного из близких советников владыки, того, кто всегда оставался в тени своего господаря. В таинстве несколько десятков лет собирал он своё личное войско, пока не объявил войну с требованием передачи земель в его руки. Много воды утекло с тех пор, но именно после этих событий во время раздора и образовались семь отдельных государств, семь морей.

Захватить тотальную власть в свои руки ему не удалось, но это и не являлось основной целью Берендея. Главное для него было то, что он стал правителем своих собственных территорий, которые назвал Тихим морем из-за вечного штиля и умиротворённости в обретённых краях. Соратники и морены, кто разделял взгляды Берендея ушли вслед за ним строить собственное государство. Территорию моря Вечных заморозков заняли самые выносливые оранжевые морены. Жёлтотелые праведники, учителя и лучшие умы науки отправились покорять ныне Восточные воды. Дремучее море заняли зелёные — неравнодушные к флоре и фауне.

Находились и те, кто отреклись от всех собратьев и не желали поддерживать ничьё мнение. Пройдя долгий путь эти морены фиолетовых оттенков обосновались в отдалении от остальных. В своеобразный протест обозначив свой кусок как Безымянное море.

В меньшем количестве осталось жителей Серебряного, главная сила которых содержалась в миротворчестве и отрицании распри как таковых. Соблюдая нейтральную позицию, этот народ расположился между Изумрудным и Тихим морем, но как раз таки последние постепенно захватывали их территории устраняя жителей пацифистов.

В Изумрудном, аналогично Тихому, остались смешанные народы красных, зелёных, жёлтых, голубых и оранжевых морен. Тех, кто хранили верность истинному правителю Индрику.

Менялись границы, сменялись правители, шли года, но испокон всех времён неизменным было одно — ни у одного народа, будь то суша или море, не было того, что имели мужчины Изумрудного, и речь сейчас не об их мудрости и мягкости сердца, но справедливости души. А о том, что даровано лишь сильным духом, ведь только истинный правитель сможет совладать с текущей в жилах кровью морского дракона.

Где-то между Изумрудным и Серебряным морем…

— Гар, мир тебе предлагать теперь уже не буду, но скажу очевидное — вам не победить. Вы пришли сюда лишь с мечом, щитом и стрелами, и мне даже не назвать это войной или сражением — баловство! Ты же должен понимать, что вы пошли в открытую и мы могли уничтожить вас лишь катапультой? Если есть хоть небольшая доля уважения к своим воинам — разворачивай армию. А иначе — это верная смерть для вас.

Ощутимо хромая, перенося вес на правую сторону, облачённый в обмундирование и латы, шёл вперёд весомо оглашая свою позицию Владыка, грудью защищая свой народ. Он мог бы в любую секунду принять иной облик и разом погубить противника, оставив лишь выжженный след на том месте, где сейчас стоят неповинные марионетки, находящиеся в лапах правителя Тихого моря. Но в таком случае это была бы не честная победа, да и не победа вовсе. Не такое нутро имел Аарон, сын Даэрона.

— А что ж ты хромаешь, Владыка? Не уж-то тебя уже ранил кто? Авось рыбы твои тебя помяли, а? Правитель? — Гар шёл навстречу вальяжным шагом, чувствуя себя бывалым котом, в лапы которого сама прибежала наивная мышь, и лишь подначивал, старался поддеть. Его тысячная армия оранжевого цвета кожи морен грозным одобрительным хохотом поддерживала своего предводителя улюлюкая и ударяя мечом о деревянные щиты.

— Ну что ж, все ныне стоящие тут свидетели того, что я давал тебе шанс, Гар. О последствиях… ночами на Луну не вой.

Каждый главнокомандующий подходил всё ближе к сопернику, атмосфера в воздухе наполнилась запахом озона, мышцы на телах морен, ровно, как и луки с обоих сторон становились всё натянутее.

— Ты мне лучше вот что скажи, отчего не было тебя на последнем собрании семи морей? Ты же сам ведаешь, что там обсуждали эти дуралеи, и как ж упустил момент единогласного восхваления твоих деяний?

— Мне не нужна похвала или одобрение. Что было на повестке встречи знал, но если пять морей жаждут союза с Изумрудным и образования альянса, в котором моё море будет занимать лидирующую позицию, то я отвечал уже им ранее — ещё не готовы. Не пришло время.

— Все эти ничтожные слабые креветки выступили за альянс! Все они жаждут такого же процветания как в твоём краю, подъёма технологических достижений, а дальше и вступить в братство с островными, к чему ты уже, как я понял, начал топтать дорогу! Все! Но не Тихое! Люди с суши травят океан, загрязняют, убивают наших морских братьев, а ты им в ноги хочешь кланяться? Союз с сушей — это последнее на что я готов пойти!

Расстояние между оппонентами сейчас составляло около десяти шагов. Диалог, который так давно