Танец теней - Сьюзен Андерсон

— Ну как, ты нашел себе приют? — спросил Джо. Узнав, что Тристан уже нашел квартиру, он тут же предложил помочь с переездом.

— Да мне и перевозить-то нечего, — сказал Тристан и тут же добавил, удивившись собственным словам:

— Но уж если ты так хочешь попасть ко мне на новоселье, то поехали вместе. Я всегда рад твоей компании.

С каждым днем он чувствовал себя с Джо все более на дружеской ноге. Тристан убедился, что на него всегда можно положиться в любом деле: касалось ли это их профессиональных обязанностей или речь шла о проблемах личного плана. Такие отношения с кем-либо для Тристана были совершенно непривычны До сих пор Тристан считал, что он неспособен на такую дружбу. Он обладал комплексом неполноценности и считал, что его личность не могла быть интересна для окружающих. Максимального взаимопонимания он мог добиваться со своими сослуживцами, когда дело доходило до совместной выпивки после особо трудного дня. Но даже и тогда ему не всегда удавалось найти с ними общий язык. Ведь даже собравшись дружеской компанией, они тут же начинали треп о своих семьях или о женщинах, а у Тристана никогда не было ни того, ни другого. Так что он обычно молчал, не зная, как ему поддержать разговор. Конечно, и у него, как говорится, жизнь была не без греха, но то были эпизодические знакомства, не подразумевающие никакой привязанности. И о них ему говорить не хотелось.

Со временем эти вечеринки ему так наскучили, что он совсем перестал на них бывать, а все свое время, в том числе и свободное, предпочитал посвящать работе. Это помогло его быстрому продвижению по служебной лестнице, а со своим постоянным одиночеством он быстро свыкся, во всяком случае, никогда всерьез об этом не задумывался. И сейчас ему не хотелось долго размышлять над всем этим, но он был рад зарождающейся дружбе с Джо Кэшем. С ним ему было удивительно легко общаться.

— А вот и Эйс, — сказал Джо, когда они с Тристаном остановились перед его новой машиной.

Он постучал по стеклу, чтобы привлечь внимание щенка. Пока Тристан обходил машину, открывал дверцу и усаживался за руль, Джо своим постукиванием и причмокиванием вызывал радостную реакцию щенка, и тот энергично завилял хвостиком. Забравшись в машину, Джо пододвинул Эйса, чтобы освободить себе место на переднем сиденье и тут же начал трепаться.

— Это самая большая соня из всех собак, каких мне довелось встречать. Ну что, Эйсер, как тебе нравится перспектива поселиться рядом со стайкой писаных красавиц? — он стал чесать у щенка за ухом, от чего тот в восторге перевернулся на спину. — Ты хитрющая маленькая бестия, вот ты кто.

Тристан бросил взгляд на Джо. Улыбнувшись, он спросил:

— А что, разве две женщины — это уже стайка?

— Господи, ну конечно, особенно, когда они упакованы так, как мисс Чарльз и мисс Смит, — с энтузиазмом ответил Джо. — Да у меня мурашки начинают бегать по коже при одной мысли о них, — он самодовольно усмехнулся, увидел, как недоуменно поднялись брови у Тристана. — А ведь меня трудно чем-либо удивить. Ты бы в этом убедился, если бы увидел мою бывшую жену. Когда она прогуливалась, ее ягодицы переваливались в штанах так, словно это были две сердитые кошки, засунутые в один мешок. Ну, а как она бегала… — у Джо непроизвольно затряслась голова, так задело его за живое это воспоминание. Затем он с наслаждением вздохнул:

— Скажу тебе честно, Маклофлин, я готов целый вечер смиренно сидеть в уголке, лишь бы поглазеть на то, как эти танцовщицы порхают по своему дому.

Тристан счел, что ему не пристало как-либо отреагировать на всю эту легкомысленную чепуху. Но ему нечем было возразить против такого необычного пожелания друга. Впрочем, Джо и не ожидал особого взаимопонимания в таком щекотливом для сурового лейтенанта вопросе. Когда они подъехали к дому, он вытащил из багажника тот огромный короб, который впервые увидел на плече Маклофлина еще тогда, когда встречал его в аэропорту.

— Боже, лейтенант, что у вас за неподъемный груз, — тут же воскликнул он.

— Мои гири.

— Гири? — изумился Джо, ставя коробку на асфальт. — Да ты просто сумасшедший. Кто же потащит такую тяжесть за тридевять земель!

Затем он бесцеремонно залез в коробку и изумился еще больше.

— Да будь я проклят! Это действительно гири.

— Разве я не утверждал именно так! — несколько раздраженно сказал Тристан, не привыкший к подобному панибратству. — А ты сам разве не пользуешься такими штуками? Как же можешь рассчитывать на то, что справишься с жульем и подонками, если не будешь поддерживать форму?

— Конечно, с этим у меня все в порядке, — поспешил успокоить шефа Джо, со стоном взваливая короб себе на плечо. — Просто я не могу себе представить, зачем нужно таскать это с собой с места на место. Я бы просто купил себе новые, приехав сюда.

Шея Тристана покраснела от недовольства. Он очень не любил беспутно швырять кровно заработанные деньги. Маклофлин осознавал свою слабость, и порой это угнетало его, но он знал так же, что не сможет изменить самому себе. Очевидно, его прижимистость была результатом длительной жизни почти без гроша в кармане. Долгие годы он вынужден был экономить на каждой мелочи и подавлять в себе любые желания, даже самые мелкие, связанные с расходами. Тристан научился экономить каждый цент, сосредоточивая все свои усилия на какой-то конкретной цели и медленно, но верно к ней продвигался. И вот наступило время, когда он мог хотя бы частично отказаться от режима строгой экономии, к которому приучил сам себя. Но от привычки быть очень расчетливым совсем нелегко было сразу отказаться. Сейчас у него был солидный счет в банке, но он не представлял себе, как можно потратить деньги на мимолетное удовольствие или на мелкий выигрыш в комфорте.

Поднимаясь за Джо по лестнице, Тристан попытался убедить себя в том, что не так уж он и прижимист. Вот, например, он любит носить костюмы, сшитые из тонкой шотландской шерсти, и купил себе сразу несколько самых дорогих. Кроме того… Черт возьми, кроме этого он себе ничего не позволял. В своем гардеробе, кроме дорогих костюмов, он ничем больше не мог похвастаться. Ну а машина у него такая побитая, что он даже не решился отправиться на ней в Рено. Она просто могла по дороге развалиться на части. И что уж говорить о его квартире в Сиэтле… Тристан даже вздохнул. Ладно, чего уж там. Помещение евангелического приюта для бедных и то, наверное, обставлено с большим уютом и вкусом, чем его убогая конура.

Ладно, хватит травить себе душу. Надо отучиться быть таким мелочным, это факт. Но стыдиться своей прижимистости он тоже не будет. Нет ничего постыдного в том, что он притащил с собой отличный набор гирь. Он к ним привык и не нуждается в других.