Отбор для Короля волков (СИ) - Моран Маша

Угроза подействовала моментально:

— Госпожа Габриэлла шьет для распутниц!

Аглая несколько раз открыла и закрыла рот. Вот так поворот.

— А… для каких именно распутниц она шьет? — Аглая надеялась, что ее незнание не будет подозрительным. Она ведь княжна… Ей и не положено слышать о таком. Хотя кто их знает в этом Фьорире?

Абигель печально вздохнула и тихонько сообщила:

— Для любовниц богатых господ. И для… развратниц из домов для услад… Приличные женщины ходят к другим швеям.

Это же то, что нужно! Аглая даже не поверила собственное удаче.

— А платья, которые она шьет… — Она замялась, гадая, как лучше задать вопрос. — Эти платья… они… такие же, как у приличных женщин?

Абигель уже едва не плакала:

— Нет, гос-госпожа… Распутницы ведь совращают чужих мужей. У них и одежда соответствующая.

Аглая хотела ответить, что муж, не желающий быть совращенным, останется равнодушным к любому платью, но промолчала. В конце концов, мужчины во все времена одинаковы. И в любом мире.

— Чудесно. Слушай меня внимательно. Сейчас ты возьмешь Тристана и отправишься с ним к моему отцу. Скажете, что я готовлюсь к Отбору и мне срочно понадобились новые платья. Пусть даст на них деньги. Потом пойдете к госпоже Габриэлле. Закажешь у нее пять платьев. Все черные. И самые развратные, какие только можно придумать. Одно платье нужно срочно. К сегодняшнему вечеру. Поняла?

Судя по лицу Абигель ее мозг отключился. Она даже не моргала. Аглая потрясла ее за плечо:

— Ты меня вообще слышала?

Абигель очнулась:

— Да! Да, госпожа, я все слышала, но… Но зачем вам все это?

Аглая хмыкнула:

— Как зачем? Для Отбора, конечно же. Ты запомнила?

— Да, госпожа. — Бледная, как смерть, Абигель удрученно кивнула.

— Вот и замечательно. Если князь о чем-то спросит, не вздумай говорить, какие платья мне нужны. Скажешь, что… что я решила предстать перед… Волчьими сыновьями во всей красе и намерена выиграть Отбор.

— Как прикажете, госпожа…

Чтобы избежать лишних вопросов, Аглая вздернула бровь:

— Вы почему до сих пор здесь? Мое платье само не сошьется. И не вздумайте возвращаться без него.

Но с мачехой нужно что-то делать. Неизвестно, что еще взбредет ей в голову. А что если подослать к ней трольхара? Пусть шпионит и докладывает обо всем, что мерзкая ведьма науськивает князю. Хотя, ведьма как раз она сама. И это самая большая проблема. Нужно как можно скорее вылететь с Отбора и до его окончания сидеть ниже травы, тише воды. А еще ей нужна правдивая информация обо всем, что здесь происходит. Не версия трольхара, который служит ведьмам. И не легенды жен оборотней и князя, который получает от них сундуки с золотом. Голые факты. Может, здесь есть что-то вроде летописи?

В уже знакомом коридоре было пусто. Аглая обогнала Тобиаса и юркнула в библиотеку, бросив через плечо:

— Жди меня здесь.

Быстро захлопнула дверь, чтобы он и не подумал идти следом.

Вчера она не смогла разглядеть помещение. При свете дня здесь оказалось довольно мрачно. В воздухе висел спертый запах пыли. Несколько рядов стеллажей занимали все свободное пространство. Между ними, возле окон, грубоватые столы и стулья.

Аглая принялась изучать стеллажи. Будь эта библиотека в реальном мире, Аглая захотела бы остаться здесь навсегда. Книги всегда были ее страстью. Но эти… Настоящие произведения искусства. И практически все новые, открытые лишь пару раз. Их корешки протестующе скрипели, не желая растягивать переплет. На кожаных обложках не было ни трещин, ни царапин. А бумага оказалась плотной и все еще терпко пахла чернилами. Некоторые фолианты, иначе и не назвать, оказались украшены драгоценными камнями. Аглая взяла одну из книг, открыла наугад и втянула аромат кожи и краски. Тут же вспомнился дикий бирюзовый взгляд. Пальцы впились в плотную обложку, и Аглая закрыла глаза. Посол вывел ее из равновесия. В его глазах было что-то такое… Помимо воли Аглая задышала чаще. Внизу живота скапливалось странное болезненное возбуждение. В крови бурлил дикий коктейль из адреналина и страха. Она никогда не нуждалась в сексе. А глядя на многих мужчин, вообще начинала испытывать отвращение к близости с ними. Но посол… Обычный человек или оборотень, ему удалось возбудить ее одним взглядом! Он смотрел на нее так, как наверное, мечтает каждая женщина. Чтобы хоть раз в жизни ощутить на себе такой голодный дикий взгляд. И Аглае это не нравилось. Не нравился свой моментальный отклик. Слишком бурная реакция. Вообще реакция! Почему она не осталась равнодушна? Что вообще такого в нем было? Аглая сделала глубокий вдох. К черту безымянного посла. Пусть идет и мусолит своими странными глазищами леди Мадален. Она, кажется, не против.

Аглая заставила себя сосредоточиться на книгах. Найти нужные не составило труда. Все оказалось довольно просто: стеллаж с детскими сказками и легендами, стеллаж с книгами по устройству быта и несколько стеллажей с массивными томами. Там-то Аглая и нашла исторические хроники. Внимательно изучила карту Дамгера, нашла Фьорир, который выглядел довольно маленьким. А вот земли оборотней на севере оказались огромны. Сплошные горы и фьорды. Ленты рек извивались, складываясь в необычный узор — Аглая никак не могла понять, что он ей напоминает.

Время поджимало, и Аглая выбрала следующую книгу из высокой стопки, вдруг осознав, что с легкостью понимает незнакомые прежде буквы. Они выглядели совсем не так, как привычный алфавит. Но Аглая без проблем читала каждое слово. А прочитать было о чем… Если все сказанное в хронике было правдой, то у нее конкретные проблемы. Черные строки выглядели смертельным приговором и опускались на Аглаю, как тяжелый молот. Автор утверждал, что ведьмы просто не могут противостоять желанию творить зло. Как бы они ни старались, природа брала свое. Они жили ради служения Сатане и совершали зло ради зла. Даже если какая-то из них раскаивалась и пыталась исправить свои деяния, то хватало ее ненадолго.

Чары, которыми Сатана наделил своих Дочерей, были сродни вирусу. Он попадал в кровь и отравлял организм. Укоренялся и разрастался, пока не подчинял себе волю хозяйки полностью.

Людям нечего было противопоставить ведьмам. Они во всем оказывались сильнее, коварнее и могущественнее. Пока не пришли оборотни. Тут тоже многое оставалось неясным. Аглая штудировала том за томом, но ничего конкретного так и не нашла. В потрепанной и покрытой жутковатыми бурыми пятнами книге она вычитала наполовину безумную легенду о Снежном Духе — огромном волке, обитающем в горах. Он стерег границы королевства от зла, живущего в бездонных ущельях, и мог превращаться в снежный буран. Но был безумно одинок. Каждую ночь он пел грустную песнь о своем одиночестве. Луна, наблюдающая с неба, влюбилась в могучего духа. Она сошла с неба, обратившись прекрасной девушкой. Ее красота пленила Снежного Духа настолько, что на какой-то миг его разум очистился от звериных инстинктов. В эту ночь Небесная Покровительница, как поэтично ее назвал автор, потеряла невинность и зачла дитя. Вернувшись на небеса она родила сыновей, которые могли принимать и человеческий облик, и звериный. Луна хотела женить их на Ярких Звездах. Но ее сыновьям было скучно на темных небесах, а Звезды хоть и были прекрасны, но оказались холодны и надменны. Тогда мать отпустила своих сынов на землю, к отцу. Чтобы они не забывали о ней, даровала им чудесные руны, понимать которые могут только оборотни. Отец научил своих детей сражаться, и вместе они стали стеречь границы королевства от зла. А после, когда объявились ведьмы, выступили на защиту людей.

Аглая со злости захлопнула книгу. В каком пьяном угаре нужно быть, чтобы придумать такую легенду?

— Сыновья волка и луны? Бред какой-то…

— Почему же?

Горячая ладонь коснулась шеи. Аглая от неожиданности подпрыгнула на стуле и обернулась. Сердце перешло на сверхзвук, выскакивая из груди. За спиной стоял посол. Вблизи он казался еще более огромным. Жуткие глаза светились в сумраке библиотеки. С нахальной улыбкой он смотрел на нее, пока пальцы гладили шею. От уверенных прикосновений по телу прошла предательская дрожь. Аглая почувствовала, как ее охватывает жар.