КОНТИНЕНТАЛЬНЫЙ СОЮЗ - Алексей Рюриков

4. В попытках развязать узлы.

29 июня 1938 года было подписано советско-германское кредитное соглашение. Его условия оказались чрезвычайно выгодны для СССР - 200 миллионов марок кредита под 4,5 % годовых сроком на семь лет. Помимо кредита предусматривалось размещение советских заказов в обмен на поставки сырья и продовольствия.

Новый этап в отношениях с Москвой, Гитлер в кругу своих приближенных назвал браком по расчету. В Берлине высоко оценили операцию у озера Хасан, несмотря на локальность конфликта, тем более, что вермахт реальными боевыми действиями даже сравнимых масштабов похвастаться не мог. И рассчитывали, что уже сам по себе факт германо-советского сближения приведет в дальнейшем к осложнению отношений Жданова с Францией, а это, в свою очередь, исключит возможность, каких бы то ни было неожиданных поворотов в советской внешней политике.

Германия импортировала нефтепродукты, зерно, лес, металлы, фосфаты… Немцы поставляли взамен уникальное промышленное оборудование, разработки, применяющиеся в производстве вооружений и боеприпасов, машиностроении и оптике, химии и металлургии. Советский Союз стал привилегированным торговым партнёром Германии, заказам которого было отведено по степени важности в программе военного производства преимущественное место по сравнению с другими заказами для поставок иностранным государствам. Для советской дипломатии это стало очередным прорывом.

Сближение с Гитлером вызвало настороженность в Париже. Москва пыталась занять позицию третьей силы, поддерживая хорошие отношения с обоими складывающимися в Европе блоками до последнего, чтобы иметь возможность выбора, и придя к соглашению с Берлином, не желала терять и союз с Парижем. Вышинский предложил сыграть с Петэном в открытую, укрепляя не только официальные, но и личные связи. Нарком лично выехал в Париж, где сообщил точные сведения об отношениях СССР с немцами. И поинтересовался, что может предложить Франция.

- …помимо взаимных поставок товаров между нами и Германией, производятся и другие расчёты. Германии предоставлено право транзита для торговли с Румынией, Ираном, Афганистаном и странами Дальнего Востока. Стоимость транзитных услуг, составила около 50 млн. марок. Это неплохая сумма для бюджета, как вы считаете?

- И немцы платят? - поднял брови Лаваль.

- Да - нарком улыбнулся. Германия уже передала Советскому Союзу золота на двадцать два миллиона марок.

Дипломат знал, что французская экономика, регулируемая и поддерживаемая государством, неплохо вписалась в мировую торговлю. Средний рост составлял 5 % в год, инфляцию взяли под контроль, реорганизация промышленной базы, проводившаяся под руководством плановой комиссии, была успешной. Правительство Петэна считало, что открыло секрет "золотого мазка" - пути к устойчивому росту и одновременной модернизации промышленной базы. Разумеется, это было ошибкой. Экономическая трансформация происходила за счет огромных социальных издержек. Росла безработица, выгоды от модернизации распределялись очень неравномерно.

- Мы желаем укрепления отношений с вашей страной - пафосно заявил Лаваль.

"Причем тем сильнее, чем меньше мы в этом заинтересованы - подумал Александр Януарьевич. Стоило подписать договор с немцами, как вы засуетились. Нет уж, господа. Год сейчас не четырнадцатый, хотите дружить - платите".

- …но нельзя сидеть на двух стульях - продолжил француз, - либо Жданов союзник Франции, либо Гитлера. Вам пора бы определиться

- Вы же знаете ситуацию - пожал плечами нарком. Мы помним ваше заявление в апреле, что в наших отношениях detente (разрядка) должна продолжаться, пока не превратится в entente (союз), и этот союз должен стать гарантом внутриевропейского мира. И в этом наши устремления совпадают. Но мы подходим к союзу более взвешено. Он процитировал последнее заявление Жданова: "Для нас вряд ли приемлемо положение общего автоматического резерва", - и продолжил: Мы против войны. В том числе и с Германией. И делаем определенные шаги, в защиту мира. Мы заключили договор о дружбе и сотрудничестве с Италией…

- Да, Муссолини, оказывается, ваш старый друг. Как он там заявил?

- "В двадцать четвертом году я признал Советы. В тридцать четвертом подписал с ними договор о торговле. Сейчас мы доказали искренность наших намерений, и можем двигаться дальше, и не обязательно снова ждать десять лет" - любезно напомнил Вышинский. Мы полностью согласны с дуче.

- Но Берлин ведет себя все агрессивнее! Вспомните Австрию - теперь это часть Рейха.

- А сейчас Гитлер претендует на Судеты - согласился посланец Москвы. Но при чем тут мы? СССР не присутствовал в Версале, и не давал там обещаний защищать Чехословакию… - он сделал паузу и продолжил: или Польшу.

- В начале мая Бек , побывал в Лондоне - принял переход темы собеседник. Излагал там открыто антирусскую позицию. Кстати, он активно участвовал в военном перевороте Пилсудского в двадцать шестом и считается наследником маршала. Британцы заявили о своей неготовности заменить временное и одностороннее обязательство постоянным соглашением о взаимопомощи на случай прямой или косвенной угрозы одной из стран.

- Чемберлен рассматривает Германию как противовес вам - понял нарком. И нам. И поэтому не спешит с заключением такого соглашения. Отдаст поляков Гитлеру?

- И не только поляков. Временные обещания он готов представить Румынии и Греции. Как принято на острове - туманные.

- В Греции у нас интересов нет. Что же касается Польши и Румынии… они когда-то воспользовались нашей слабостью. Сейчас Россия стала сильнее. С вашей помощью, в том числе - сделал реверанс Парижу бывший прокурор.

- Франция не отрицает, что территориальные споры… не являются вполне урегулированными - дипломатично заявил Лаваль. Но сейчас речь о Чехословакии. Чехо-советский договор в силе, не так ли?

- Но у нас нет общей границы с этой страной - мгновенно отреагировал русский. И мы зависим от воли Парижа в этом вопросе.

В итоге переговоров стало ясно: Польшу Петэн защищать не станет. Ни от Гитлера, ни от Жданова. Вот Чехословакия его беспокоила, как и Балканы. Французы не могли конкурировать с немецкой промышленностью, Германия вытесняла их с рынков Центральной и Восточной Европы за счет грамотной торговой политики и низких цен. Удержаться в роли гегемона Франция могла лишь путем устранения немцев, но воевать в одиночку не хотела. А воевать из-за чехов не желали в Москве. Да и не могли, слова об отсутствии общих границ были чистой правдой. Польский вопрос вышел на первый план. Теперь Россию и Германию буквально подталкивали к новому разделу Посполитой. В Париже Вышинскому удалось определить, что Петэн не станет воевать с Германией в одиночку. И это резко повышало значимость советских решений. СССР неуклонно возвращал себе статус одной из великих держав, особенно после показательной демонстрации военной мощи в Маньчжурии. Вне страны все шло неплохо. Очередной кризис грянул внутри, причем кризис шел снизу, из народных масс, мнением которых новое руководство, в общем интересовалось мало.

Крестьяне восприняли перевороты равнодушно, но смягчение налогов и пусть мелкие, зачаточные, не доводимые до конца шаги по облегчению положения в деревне, вызывали надежды на лучшее. Жданов на какое-то время стал новым "добрым царем", которому доверяли и на которого надеялись. После двух переворотов 1937 года народ ждал то ли гражданской войны, то ли массовых репрессий, но новая политика принесла стабилизацию и смягчение власти. На ряде предприятий эта тенденция дала обратный эффект, выросло количество прогулов и нарушений. Реакция была разной, все зависело непосредственно от директоров заводов. Там, где руководство оказалось грамотным, все удалось уладить без серьезных конфликтов. Частичными поблажками, увольнением немногих активистов, уговорами (иногда с участием представителей парткомов и профкомов областного и республиканского уровней), на вновь вошедших в моду на короткое время митингах, иногда и с применением арестов, но при нормальной грамотной работе с коллективами. Весной 1938 года прошел пик возмущений среди рабочих, требующих улучшения снабжения, жилищных условий, повышения зарплаты. В основном ЧП возникали на крупных "старых" заводах, где были сложившиеся коллективы, помнящие революцию и забастовки. Власть стремилась спустить кризис на тормозах. Вырвавшиеся наружу волнения были подавлены, но наказания были сравнительно мягкими. Арестованных судили открыто, с выездом суда на предприятие и небольшими сроками, был снят ряд директоров, кое-где пересмотрены нормы и зарплаты. Кризис удалось преодолеть и уже к концу лета волнения рабочих практически сошли на нет.

Наиболее серьезная ситуация возникла в Николаеве, на судостроительном заводе Љ 198, им. Марти, где в конце июня наказание группы работников за опоздание по причине очереди за продуктами совпало с пересмотром расценок за операции, повлекшим снижение общей зарплаты. Рабочие вышли в ответ на заводской митинг, сначала протекавший вполне мирно и без предъявления требований.