КОНТИНЕНТАЛЬНЫЙ СОЮЗ - Алексей Рюриков

Подозрений смерть полпреда не вызвала. Но в репертуаре Жданова появился новый, пусть не самый используемый, инструмент.

На франко-итало-советских переговорах, Потемкину приходилось нелегко. Французам нужны были союз с Муссолини и лояльная Испания, возможность не думать о границах с этими странами в случае войны стоила дорого. И если Советский Союз продолжит поддерживать Республику - возникнут проблемы выбора…

- А если мы дадим гарантии, что Негрин поддержит Францию? - поинтересовался советский дипломат на очередном раунде переговоров.

- Муссолини на это не пойдет, для него это вопрос принципиальный. Смотрите: либо мы договариваемся с дуче и каудильо и получаем прикрытый союзниками тыл, либо Рим и Франко окончательно уходят к Гитлеру - выложил карты на стол визави. Негрин все равно не устоит, а мы окажемся в окружении. Германия, Италия, Испания. И не следует забывать о Великобритании, наши морские границы тоже попадут под прицел. Что в такой позиции предлагаете делать?

- А если Негрин все же удержится? Ведь вы можете помочь ему, и тогда…

- И тогда мы получим все тех же врагов на границах и нестабильную Испанию. Впрочем, даже при нашем невмешательстве, у обеих испанских сторон шансы как минимум равные, а при условии помощи со стороны Германии и Англии - причем вероятность последнего сейчас возросла, Франко в любом случае выглядит предпочтительнее. И скажу вам прямо - Петэн не станет поддерживать красный Мадрид. Да и ваши коммунисты, кажется, не единственная власть в Республике?

- Не единственная. Но…

- Месье - прервал Потемкина собеседник - я скажу вам откровенно, и это позиция президента: мы поддержим Франко. И Муссолини. Примите это как данность. Нам не нужны социалисты у соседей, нам хватает своих. И наоборот, нужны союзные Италия и Испания. Мы закроем республиканцам границу для транзита, а флот перережет морские пути. После этого итальянцы и фалангисты разберутся с Негрином. И все будут обязаны победой Франции. Не Германии и Англии, заметьте, именно это для нас сейчас главное. В этом варианте вы проигрываете. Но и нам будет труднее. Поэтому хотелось бы договориться.

- А что получим мы? - поинтересовался замнаркома. Вы просите сдать наших союзников. Республиканцы пользуются огромной поддержкой у советского народа, мы поставляем в Испанию товары, технику, снаряжение, обучаем их армию.

- Франко желает не только скорейшей победы, но и быстрой стабилизации внутренней жизни страны - быстро, явно подготовившись к вопросу заранее, ответил Лаваль. Он готов гарантировать советским представителям высылку в СССР попавших в плен испанских коммунистов и отказ от взаимных претензий по денежно-товарным расчетам. Кажется, существуют какие-то проблемы с испанским золотом, которое сейчас почему-то в России?

Эту историю Потемкин знал. Когда части Франко взяли Толедо, Москва предложила Кабальеро вывезти испанский золотой запас на временное хранение в СССР. Испанское золото шло на покрытие советских расходов на военную и материальную помощь республиканцам, но часть его оставалась в СССР на хранении. Отдавать его Франко никто не собирался. Но, как намекнул в Москве Вышинский: "вопрос этот не худо бы урегулировать. Эти средства нам нужны для финансирования разведывательных операций, да и поддержку испанской эмиграции планируем осуществлять из них". Проблема заслуживала обсуждения, но завуалировано, ни в коем случае не признавая самого факта передачи золотого запаса. А собеседник продолжал излагать условия:

- Каудильо готов отказаться от репрессий коммунистов, в обмен на прекращение Москвой поддержки антифранкистских сил в стране.

- Это предложения Франко. Но я не услышал предложений Франции. С испанцами мы можем разговаривать и без посредников - русский улыбнулся: но тогда все будут обязаны победой не только Франции, не так ли?

- Вы не сможете на это пойти - парировал министр. В таком случае, это действительно будет предательством. А при нашем посредничестве спасением своих союзников. Вы же уже отказались работать с Негрином без предоплаты. И правильно, он не сможет рассчитаться.

В принципе, француз был прав, отказавшись от соглашения, СССР ничего не выигрывал, но много терял. А ввязываться в практически безнадежную поддержку республиканцев руководство не хотело. Но поторговаться стоило.

В Риме прошел ряд встреч представителей Франко с советским послом в Италии Штейном. Переговоры оказались успешными, итогом стала договоренность об отзыве советских военных советников из Испании и прекращении советских поставок. В обмен Франко смягчил свою политику в отношении компартии и подписал отказ от претензий. Испанское золото оставалось в СССР.

В Италии и Франции сделку расценили как свидетельство близости убеждений нового главы Советского Союза к правым националистам - разумеется, русским националистам и правым в сугубо коммунистическом представлении. Париж был заинтересован в хороших отношениях между своими союзниками, а Муссолини очень большое внимание уделял идеологии партнеров. И желал установления с Россией двусторонних связей, помимо Франции.

Для СССР результатом стало не только спасение испанских коммунистов и приобретение испанского золота. Муссолини, обрадованный достигнутым, предложил Москве заключение пакта о взаимопомощи, аналогичного пакту Петэна-Тухачевского. Советские уступки в испанском вопросе давали ему возможность предстать перед всем миром в образе главного спасителя франкистов, ведь основной ударной силой испанских мятежников были итальянские дивизии.

Кроме сближения с Муссолини, серьезно упрочились советские связи с Парижем. Полезным для Москвы стало и укрепление дружественного франко-итальянского блока, который теперь мог сдерживать агрессивные намерения III Рейха и ограничивать Великобританию.

В целом, в Кремле результат переговоров с франкистами и итальянцами оценили как положительный. Франко действовал решительно, а республиканцы лишенные внешней помощи удержать его не могли. Еще 9 марта фалангисты перешли в наступление на Арагонском фронте. К 28 апреля они взяли Винарос, и вышли к Средиземному морю, отрезав Каталонию от центральной части Испании и разделив республиканскую Испанию на две половины. После этого Франция перекрыла границу с Испанией, а 30 апреля заключила соглашение с Италией о сохранении статус-кво на Средиземном море. Фактически это означало блокаду Республики, как по суше, так и по морю. Последствия не заставили себя ждать: второго мая части пятого армейского корпуса под командованием полковника Листера под натиском франкистов отошли на левый берег реки Эбро, взорвав мосты через реку. Седьмого мая в Лондоне, Комитет по невмешательству в Испанскую войну принял решение об эвакуации всех иностранных волонтеров из Испании. Москва отозвала своего представителя из комитета, но изменить это уже ничего не могло. Да и не ставилось такой цели - решение просто дало возможность сделать красивый жест. На следующий день Негрин заявил о выводе из Испании интернациональных бригад. СССР немедленно отозвал большую часть советских советников, в Испании осталось лишь минимальное количество специалистов, в основном сотрудники НКГБ и военной разведки.

Двенадцатого мая Петэн направил республиканскому правительству ультиматум с требованием вступить в мирные переговоры с Франко.

После этого говорить о победе республиканцев стало бессмысленно. Девятнадцатого мая Париж заявил о признании единственным законным правителем Испании Франко, и разорвал отношения с правительством Испанской республики Негрина. Двадцать первого мая состоялся прощальный парад интербригад в Барселоне, а уже через неделю республиканцы вновь стали отходить. Муссолини, воспользовавшись ситуацией, потребовал наступления. И 19 июня итальянская дивизия "Литторио" при поддержке 40 танков прорвала позиции республиканцев в секторе Серос и двинулась на Льярдеканс. На следующий день итальянцы взяли Льярдеканс и Торребесес, наваррский корпус франкистов занял Альматрет и Майяльс. После десяти дней ожесточенных боев итальянские войска прорвали оборону республиканцев в районе поселка Кастельданс и 14 июля войска Франко взяли Барселону. Через пять дней Франко, воспользовавшись поддержкой французского флота, занял остров Менорка. К двадцать третьему фалангисты вышли на границу с Францией на всем ее протяжении, завершив Каталонскую операцию. Части республиканского пятого корпуса перешли испано-французскую границу, были разоружены французскими войсками и отправлены в лагерь под Тулузой.

Франко предложил амнистию испанским коммунистам: "Ошибочно утверждают, что коммунисты трусы. Нет, они стойко сражаются, упорно отстаивают каждую пядь земли, мужественно умирают. Ведь они родились на священной земле, которая закаляет сердца. Они испанцы, следовательно, они отважны. Я обещал, что после победы не будет дома без хлеба и очага без огня. Если люди, которые защищают не добро кучки бандитов, засевших в Мадриде, но Испанию и величие нашей нации, как они его понимают, вернутся домой, они вправе рассчитывать на справедливость и прощение" - заявил он.