Император. Прогрессор. Маг - Игорь Дикарёв

войско двигалось по территории бывшего Олода, вдоль Глади на северо-восток. Приближалась зима, а потому мы старались двигаться как можно быстрее, до морозов попав на тёплый север.

К счастью, твари роя сюда не добрались и не доберутся, если Джанг вместе с вверенными в его подчинение воинами сможет сдержать натиск роя в ущельях. Во всяком случае, у него всё для этого есть.

По вечерам я продолжаю работу над сводом законов. Когда вернусь в Бертол, нужно будет, чтобы он был уже готов.

Оказавшись в центре одной из южных провинций, мы встретились с дружественным отрядом, что должен был пополнить моё войско. Немалый отряд в десять тысяч катарианцев прибыл из моих родных земель. Ещё пятнадцать тысяч воинов удалось собрать в Олоде. Можно было собрать и больше, однако из-за уже вспыхнувших мятежей и тех, что лишь могли возникнуть, я не желал оголять столицу и границы государства. К тому же немалые силы нужно держать на юге, сдерживая тварей.

Вести о новом правителе, отмене Кодекса и успешной кампании на юге разлетелись стремительно, словно сырные лепёшки на рынке, поэтому в землях, по которым мы двигались, нас встречали достаточно тепло. Люди и эльфы, бывшие основным населением здесь, радостно приветствовали меня и армию. Со многими я говорил, некоторым делал подарки, кого-то лично принимал в войско, оказывая тем самым высочайшую честь.

Однажды на привале, когда нас нагнал караван с припасами, я наблюдал за процессом разгрузки. Один из воинов, что относился к эльфийскому народу, с довольным лицом тащил явно очень тяжёлый ящик.

Предварительно узнав у его командира имя труженика, я обратился к нему:

— Что ты тащишь, Рэнди Кали Ло?

Эльф сперва испугался того, что к нему ни с того, ни с сего обратился император, но затем к нему вернулась улыбка, и он всё же ответил:

— Это ящик с каравана, ваше императорское величество. Тащу его к вам в шатёр по приказу старшего. Не знаю, что внутри, но судя по звону, там либо монеты, либо гвозди.

— Разве тебе не тяжело, Рэнди? Судя по всему, ящик очень увесистый.

— Ящик действительно тяжёл, ваше императорское величество, но тащу я его с радостью. Я был рабом у олодцев, а после нападения войска Корто Грульдоса меня взяли в плен его воины, вновь сделав рабом. Когда пришли вы, то сразу дали мне свободу. Я горд нести этот ящик для вас, а ещё верю в то, что помогаю вам добиться цели, какой бы она ни была, пусть даже мой труд примитивен и малозначителен.

— Каждый труд значителен, Рэнди. Каждый, сражается он, метёт улицы или сеет хлеб, работает на общее благо. Мне нравится твоя позиция и твой энтузиазм, Кали Ло, за это я дарю тебе ящик, что ты несёшь вместе со всем содержимым, что бы там ни было. Распоряжайся им по своему усмотрению.

— Благодарю вас, ваше императорское величество!

Довольный и заинтригованный эльф поставил ящик на землю, с помощью кинжала поддел одну из досок, со скрипом выломал деревянные гвозди. Сунул руку внутрь и поднял на ней горсть золотых монет.

Я не был расстроен тем, что казна империи потеряет немало золота, напротив, радовался тому, что сделал очень щедрый подарок. Теперь эльф не только был обеспечен до конца жизни, но и его дети и внуки тоже могут жить безбедно, ни в чём себе не отказывая. Я не переживал, что золото у эльфа украдут, несмотря на то что было немало свидетелей его внезапного обогащения. Внутри войска царила строжайшая дисциплина, и никто не посмеет даже замыслить недоброе. Когда же длинноухий покинет войско, думаю, что у него хватит ума не светить драгоценным металлом на каждом шагу и нанять хорошую охрану. Сам же факт дара породит немало хороших слухов и добрых сплетен о моей щедрости, что привлечёт немало разумных на мою сторону в случае, если мятежи продолжат разгораться.

Спустя несколько дней мы перешли в одну из северо-восточных провинций Олода. Если юг и юго-восток бывшей страны магов оказались не тронуты войной благодаря своему удачному расположению меж двух горных массивов, то этим землям довелось пострадать от войны.

По лесам стояло множество шалашей и времянок, всюду были чумазые и голодные жители, несмотря на то что некогда эти земли были центром сельского хозяйства. Люди были беженцами. На их лицах отразилось всё то горе и страх, что им пришлось пережить.

Чуть севернее этих мест до сих пор бесчинствовали гоблины, что вторглись в Олод вместе с другими захватчиками. Те самые гоблины из Корула — государства гоблинов, с правителем которых некогда я встретился в центре мира.

Дабы избежать вероятных проблем, я решил переговорить с Падом.

— Скажи мне, Пад, что на уме у твоих зеленокожих бойцов? Они родом из Корула, с которым нам вскоре предстоит сразиться. Чью сторону они займут? Не возникнет ли у них желания выступить против нас?

Не раздумывая ни минуты, гоблин ответил:

— Они сделают то, что скажет им Пад. Пад сделает то, что скажет его император. Император сделает так, как пожелает. Проблем не будет. Пад тоже хочет делать так, как пожелает сам, но он подчиняется своему императору.

— Это хорошо, если не будет проблем. Нам их и без того хватает.

— У меня есть вопрос, Каварл.

— Говори, Пад.

— Скоро мы встретим много жалких зелёных вонючек. Нам нужно будет всех их убить или можно будет взять их к себе и сделать из них хороших сильных гоблинов, почти таких же хороших, как Пад?

Хороший вопрос. Похоже, что Пад уже не считает себя жалким зелёным вонючкой. Давно ли? Но это нестрашно. Именно для этого я и отменил Кодекс, возвышающий катаринцев над другими народами. Теперь в моей империи все равны, а честь воздаётся по заслугам, а не в зависимости от того, хладнокровный ты или теплокровный. Немного подумав, я ответил на вопрос:

— Мы не палачи. Если сможем вразумить кого-то и привлечь на свою сторону, то сделаем это. Но тех, кто виновен в бесчинствах, смертях мирных разумных и иных преступлениях придётся казнить.

— Отлично! Тогда Пад желает идти самым первым со своим войском и проучить вонючек, а тех, у кого есть хотя бы немножко ума, взять к себе!

— Что ж, действуй!

Обрадованный Пад умчался к своему отряду. Растёт на глазах моё зелёное недоразумение. Из раба стал сперва хорошим спутником, а теперь и вовсе прекрасным командиром, не боящимся проявлять инициативу, когда