Битва во времени - Юрий Леляков

— Джантар, так как там? — ещё нетерпеливее повторила Фиар. — Или… ты ничего не видел?

— Видел… Трупы… Кучи трупов… — только и смог ответить Джантар. — И в Тисаюме — повсюду, и в Риэланте, в той казарме… В Керафе, правда, на первый взгляд — всё как обычно… А вот Алаофу и Фхлавиорм — не видел… Просто не успел…

— Значит, всё подтверждается… — упавшим голосом прошептала Фиар.

— Что подтверждается? — не понял Джантар, пытаясь встать с кровати.

— Мы тут продолжали слушать радиопередачи, — объяснила Фиар. — Вернее, пытались… А то звук совсем слабый. Тут же все местное станции, кроме Тисаюма, молчат, и из иностранных — не слышно ни одной. Правда, на каких-то волнах были ещё неясные сигналы — но так, чтобы разобрать, слышны только три станции. Тисаюм, Тарнал и Алаофа… И со всех трёх — идёт самый настоящий прямой репортаж, как человечество готовится встречать конец мира! Какой-то церковный иерарх даже приводил изречения из священных текстов, как это должно быть… Звёзды и молнии, сыплющиеся в океан, трескающееся небо, какие-то «латунные реки крови»… — напомнила Фиар цитату, которую они все когда-то обсуждали, но так и не смогли понять. — И тоже, всё — про последний день человеческой истории, про трупы грешников, осквернённые их собственной мерзостью…

— И тоже так и сказал: учёные всё выдумали, а мы точно знаем, что на высоте ста киамов небо твёрдое, — добавил, входя в спальню, Талир. — Галактики, скорость света — всё выдумано, истинно только то, что говорится в их каноне. А потом сразу пошёл репортаж ещё из какого-то города — как там люди умирают, как оставшиеся в живых подбирают трупы. И особенно предупредили — чтобы на голые трупы взрослых не давали смотреть детям. Всё равно, мол, приходит последняя ночь этого мира — так что заприте детей где попало и не выпускайте. И сами трупы дано указание срочно убрать куда-то — и чтоб мужские отдельно от женских — а потом всем идти в ближайшие храмы замаливать грехи…

— И это всерьёз… — вырвалось у Джантара. — На самом деле…

— Ну, ты же сам видел, — подтвердила. Фиар. — Да, а потом передача оборвалась на полуслове, Итагаро сразу перевёл на другую волну — а там… В-общем — подробные инструкции, какими самоистязаниями замаливать какие грехи, — не сразу смогла продолжить Фиар. — Берётся в правую руку нож, устанавливается чуть выше такой-то части тела, и потом, с чтением молитвы вслух — не помню, что дальше… Как какие-то рекомендации садоводам — представляешь? И даже сказали — учёных, инженеров и «незаконных целителей» в храмы не пускать, пусть только такими самоистязаниями себя и спасают, ведь это именно за них всё человечество теперь расплачивается! Потом и эта волна ушла, Итагаро нашёл третью — а там как будто из Алаофы читают обращение самого Адахало по случаю конца мира! И в нём — почти всё то же самое!

— Нет, но это… — у Джантара на мгновение, казалось, даже отнялся голос. — Просто… не может быть правительственная радиостанция…

— Но передавалось на её волне… — начал, входя, Минакри. — Значит, и в Алаофе — тоже…

— Джантар — так что точно ты видел? — наконец снова спохватилась Фиар. — Чьи трупы? Какого примерно возраста, какого пола, расы?

— Ах, да… — полуоглушённо спохватился и Джантар. — Детских трупов нет, все — взрослые… И все — не нашей, не каймирской расы. Правда, пожилых лоруанцев я видел живыми….

— А — каймирцев среднего возраста? — с тревожным ожиданием переспросил из коридора Итагаро. — Как насчёт них?

— Одного живого солдата в казарме, полной трупов, тоже видел, — ответил Джантар. — Правда, по виду и он — больше лоруанец… Да… Я же видел и Тайлара! Дома, перед телевизором! И там — имею в виду, дома — как будто всё в порядке. Но что он смотрел, я не увидел… Как будто начинался выпуск новостей — и тут же связь пропала…

— А я ничего не принял, — признался Ратона (и он был здесь, в спальне). — То есть, сам и так ничего бы не увидел — но Талир тоже…

— Маятник беспорядочно мечется над картой — и всё, — подтвердил Талир. — Ничего толком не выяснили…

— И, что — прямо передают рекомендации, как встречать «Великого Элбэ»? — переспросил Ратона. — Но чьим голосом? Неужели — самого Адахало?

— Нет, это читал диктор, — ответила Фиар. — Ho — точно как официальное обращение… И что, у тебя — ничего определённого?

— Кое-что казалось… сначала, — стал объяснять Ратона. — Как будто выявлялся центр распространения — в пригороде Тисаюма, возможно, даже откуда мы выезжали — но есть и другой центр, под Джокурамом… И с фронтом распространения что-то неладно. Сначала — примерно соответствовал границам Тисаюмского округа, но потом — и по всему Каймиру, и на перешейке, и даже в Уиртэклэдии стали откликаться отдельные точки безо всякой системы… А над Элбинией — я имею в виду, континентальной — вообще какое-то диффузное возбуждение. Или это — даже не на вопрос о фронте и пределах распространения этого фактора, — уточнил Ратона. — Кажется, я просто случайно провёл маятником над Тисаюмом, и вдруг — отклик. И потом уже так, для проверки, безо всякого вопроса, водил над картой — и некоторые места откликались. И что может значить — даже не знаю… Джантар, а всё-таки — ещё подробности? Например — что в Керафе? Ты видел своих?

— Я же говорю — только Тайлара. И ещё немного — центр города… И там — странно темно, будто погашены все фонари и витрины. И — целая толпа шла по улице, а сквозь неё куда-то бежала дpугая… Да — а что там, в передачах? Что говорят дальше?

— Я только что слушал, — ответил Донот, тоже входя в спальню. — Кто-то опять начал говорить, что это — пришествие «врага веры» по канону Вохрила — и тут, похоже, батарейки сели окончательно… А Лартаяу решился открыть пустую комнату… Просто пустая и есть, ничего особенного, но там — вторая розетка городской связи, и Итагаро понёс туда репродуктор…

— … В Алаофе толпы людей разгоняют слезоточивыми газами, — тут же вновь раздался неподалёку, отдаваясь глубоким и отчётливым эхом в коридоре, тот дикторский голос — на этот раз так неожиданно громкий, что в первый момент Джантар вздрогнул. — Но зато в Моаралане идёт массовое обращение раскаявшихся грешников в святейшую веру… И в то время, как преступное правительство Лоруаны, возглавляемое вероотступником Адахало, способствует иноверцам в осаде Алаофско-Горского монастыря, и трупы монахов, принявших мученическую смерть за свою веру, расставлены вокруг него по периметру насаженными на колья…

— Опять отключили… — как-то по-деловому констатировал Итагаро, когда голос диктора вдруг умолк. — Но… вы слышали? Вы поняли, до чего дошло? Уже в столице — колья с трупами! Якобы убитых за веру… А насчёт Адахало — уже совсем не понимаю…

— Только давайте рассуждать спокойно, — голос Талира заметно дрогнул. — Итак — яд избирательного действия, и паника на этой почве во многих городах Лоруаны…

— И избирательность яда — странная, — добавил Итагаро из пустой комнаты, где уже его голос отдался эхом. — Некаймирцы среднего возраста…

— Но что же правительство не объявляет: успокойтесь, это просто прорыв оправляющих газов? — переспросил там же Лартаяу. — Хотя в Моаралане тогда сразу объявили, верно? Я имею, в виду — жителям самой Моараланы?

— Так то и было — в одной Моаралане, — ответил из коридора Герм. — А тут — по многим городам сразу. И сами подумайте — какой силы должен быть яд, и куда успеть распространиться? Или — в других местах по карте откликается просто паника?

— Да, сразу и не подумали… — спохватился Ратона. — А то действительно, что получалось бы — если уже и в Алаофе…

«И правда… — подумал Джантар, которого успела охватить мгновенная оторопь. — Что был бы за газ — от которого в одну ночь может вымереть целая страна…»

— Нет, а как что-то объявлять — когда голые трупы самым святотатственным образом лежат на улицах? — ответил Талир. — И как вообще признаться, что кто-то специально создавал такой яд? Его же за это точно проклянут жрецы всех религий! И действительно будет самое страшное преступление в истории!

— Создавать могли — просто психотический газ, — предположил Донот. — И сами не знали его истинного действия. А теперь — в ужасе, не знают, что делать, и даже — что сказать…

— Хотя вообще, создавая средства истребления людей по этническому признаку — в ужасе не были, — добавила Фиар.

— Но их же, видишь — только стыдом голого тела и можно как-то пронять, — ответил Донот. — И если так — были бы просто трупы, то голые трупы — уже знамение греха, который надо отмаливать! Вот служители всех вер и стараются…

— Да так, что в Алаофе обезумевшая толпа сажает их на колья, — добавил Герм.

— Вот именно! — спохватилась Фиар. — Мальчики, вы только подумайте — в Алаофе, столице Лоруаны!..