Разрушитель Оков - Guiltythree

Колдовство Ткача казалось элегантным, странным и чудесным... но в то же время нечеловечески сложным и изощренным.

Санни сомневался, что сможет постичь его основные принципы в ближайшее время. А даже если бы и смог, его человеческий разум был просто не в состоянии охватить все эти бесконечно запутанные схемы, не говоря уже о том, чтобы создать их с нуля.

Может быть, если бы у него вместо мозга был мощный суперкомпьютер... В любом случае, он не собирался создавать свои собственные Воспоминания пока что, а может быть, и никогда.

Однако это не означало, что он не мог ничего сделать.

Возможно, Санни и не обладал способностью создавать новые плетения, но он уже доказал свою способность копировать уже существующие. В подземелье Красного Колизея он воспроизвел самое простое и распространенное из них — узор, отвечающий за хранение Воспоминаний в душе и последующий вызов их обратно через сущность.

При достаточном количестве времени и подготовки он смог бы скопировать и другие чары знакомых плетений. На создание чего-либо значимого уйдет немало времени... но сейчас Санни стремился не к этому.

Вместо этого он хотел расширить свой колдовской репертуар с одного приема... до не менее чем двух. Он экспериментировал со своими Воспоминаниями в надежде научиться модифицировать и изменять существующие чары.

В данный момент Санни держал в одной руке тонкий кинжал, а в другой — маленький серебряный колокольчик.

Серебряный Колокольчик был первой Памятью, которую он получил, и самой простой, а тонкий кинжал был одним из оружий, которые он выиграл на арене. Его зачарование было довольно простым — оно делало оружие абсолютно бесшумным. Оно не звенело при ударе о доспехи или другой клинок, и даже не шуршало, когда входило в плоть врага.

Санни выбрал для эксперимента именно эти две Памяти, потому что в основе своей их чары были очень похожи. Одно из них усиливало звук, а другое его гасило. Он хотел превратить второе в первое.

Другими словами, он хотел превратить бесшумный кинжал в очень шумный. Не потому, что это было бы очень полезно, а чтобы доказать, что он способен изменять чары.

После многодневного изучения плетения Серебряного Колокола Санни был близок к тому, чтобы полностью запомнить ошеломляющей сложности узор нитей. Поскольку в колокольчике было только одно зачарование, его легко было отделить от тех частей узора, которые были общими для всех Воспоминаний. Поэтому теоретически он знал, какую форму нужно создать.

А вот с кинжалом все было немного иначе. На нем тоже было только одно зачарование и один огонёк, скрепляющий узор, но этот огонёк был ярче, а сам узор был гораздо больше и сложнее. Однако в нем было определенное сходство с тем, что был на колокольчике... так что Санни мог представить, как превратить один в другой.

Он колебался некоторое время, затем вздохнул и поднял иглу Ткача. Как и в тот день, когда он ее нашел, длинная и узкая игла была окутана слабым золотистым сиянием, которое мог видеть только он... Тысячи лет назад или, возможно, в будущем, она впитала в себя часть божественной крови Ткача, а также крошечные следы божественности.

Санни подозревал, что игла не была магическим инструментом и не принадлежала Ткачу. Скорее, это была просто случайная игла, которую Демон Судьбы нашел в Эбеновой Башне и использовал для пришивания новой руки к своему телу, а ее магические свойства появились благодаря тому, что она была омыта в крови даймона.

...Однако теперь игла обладала магическими свойствами. Как и пальцы Санни, она могла взаимодействовать с эфемерными нитями.

Санни продел теневую нить через иглу и осторожно вставил ее в колдовской узор, создававший чары бесшумного кинжала. Он надеялся заменить некоторые из существующих нитей своими собственными, переместить другие и удалить некоторые совсем.

Поначалу все шло хорошо. Санни был уже на грани того, чтобы начать радоваться... но потом повторилось то же самое, что происходило со всеми его предыдущими экспериментами.

В какой-то момент нити задрожали, а затем весь узор порвался и распался, превратившись в хаотичный беспорядок из рваных и трепещущих нитей. Санни поспешно отдернул руку, боясь потерять ее, и смотрел, как тонкий кинжал мерцает и распадается на дождь тусклых искр.

Через несколько мгновений Заклинание торжественно произнесло:

[Ваша Память уничтожена.]

Санни скорчил гримасу и закрыл глаза.

— Проклятие! Еще одна...

Однако затем он внезапно переместился и задрал голову вверх, уставившись на каменную поверхность над собой, словно пытаясь пронзить взглядом ее твердую массу.

Наверху, на поверхности маленького острова, одна из его теней заметила движение.

Глава 628: С Темной Стороны

Трава, покрывающая поверхность острова, зашевелилась, и из-под нее появились странные фигуры. Некоторые из них были похожи друг на друга, другие — нет, но все они имели один и тот же глубокий изумрудный цвет. Фигуры левитировали вверх, медленно сближаясь друг с другом.

Жутковатая тень наблюдала за ужасным событием из тени большого валуна с мрачным волнением. Санни понял, чем она так взволнована, только когда валун внезапно раскололся и рассыпался, освобождая место для еще одной фигуры... легко узнаваемой.

Это была массивная изумрудная челюстная кость, похожая на человеческую во всех отношениях, кроме размера.

...Этот жуткий парень всегда был странно очарован мертвыми существами. Неудивительно, что он зациклился на кучке летающих костей.

Пока Санни наблюдал, изумрудные кости собрались в огромный человеческий скелет — очень похожий на мощную мерзость того же вида, с которой Санни сражался и которую уничтожил в Красном Колизее, но гораздо больше и гораздо страшнее.

Изумрудный скелет некоторое время смотрел на север, а затем медленно направился к краю острова, и от каждого его шага сотрясалась земля.

В то же время по двум небесам прокатился громкий грохот небесной цепи. Санни настолько привык их слышать, что сначала не обратил на это никакого внимания, но потом на его лице появилась глубокая хмурость.

Что-то... было не так. Скрежет цепи звучал как-то иначе.

Он задержался на несколько мгновений, затем бесшумно нырнул в тень и скользнул к северному склону парящего островка.

Как только Санни увидел тянущуюся вдаль небесную цепь, сердце его похолодело.

Под ней ползла ужасающая мерзость с телом, напоминающим грязную массу из смолы, спиной к Низшему Небу. Каждую секунду из этой массы вырывалась дюжина усиков жидкой тьмы, которые цеплялись за звенья гигантской цепи и тянули тварь вперед.

Чудовище было не менее двадцати метров в длину и настолько тяжелым, что железо небесных канатов застонало под его весом.

«...Что это за адский ужас?»

Санни заглянул под поверхность черной смоляной твари