ЭМО - Владимир Козлов

Максим: Этот альбом мы выпустили на лейбле непонятном совершенно. Потому что мы сначала пришли на «Кап-Кан», и там нам сказали: ребята, это ваш первый альбом – мы можем дать вам в качестве гонорара двести дисков. И все, никаких денег. А мы уже вложились в запись, думаем – как это так, столько денег, такой крутой альбом... В итоге мы выпустили его на другом лейбле, причем там издание – «дигипак», коробочка из картона, все круто. И нам заплатили денег. Это был независимый лейбл – им рулил мажорный мальчик, у которого папа богатый… «Явам дистрибьюцию по всей России устрою». Навешал лапши на уши. Деньгами, которые он заплатил, мы не покрыли всю запись, но хотя бы отдали долги – мы дописывали и сводили уже в долг.

Олег: Получилась толковая запись, и альбом выглядел неплохо. Мы его хоть и немного продали – тысячи три, наверное, – но, когда он вышел, про нас узнало больше людей.

Максим: Когда мы писали этот первый альбом, у нас уже было немало песен для второго альбома. И у нас был момент, когда мы выпустили альбом, – нам казалось, что все, сейчас мы станем самыми крутыми, это – самый крутой альбом в мире. А в итоге, когда мы делали первый сольник, пришло сто человек, и мы поняли, что – блин! – нам еще жить и жить. Некоторые говорят, что мы – группа из ниоткуда, которая вылезла на волне моды на эмо. Но мы прошли через многое – много было провалов, много было пустых концертов. Наша аудитория росла постепенно. Первые разы, когда мы приезжали в Москву, мы играли в «Р-клубе», а это – самый дерьмовый клуб. Мы хотели сыграть в других каких-нибудь местах, но нам говорили: «Вы не соберете людей».

Из текста песни «Оригами»:

У изголовья кровати,Сделанный чужими руками,Лежит забытый некстатиПечальный пример ОРИГАМИ.День за окном, но не для тебя.В твоих глазах ночь и застыла слеза.Крепко сжимаешь тетрадный листок.Ты снова плачешь, и он весь намок.Просто боишься поверить в себя.Взгляд твой растает в капле огня,Солнце раскроет завядший цветок,И по тебе пробежит слабыйТОК, по тебе пробежит.Он тебя не убьет – НЕТ.НЕТ, ТОК ЛИШЬ ТОЛЬКО СЕРДЦЕ ТВОЕ РАЗОРВЕТ.

Ori-music-5

18 мая 2007 года, Санкт-Петербург

Вечер. Вестибюль метро «Балтийская». Я жду парней из «Оригами», чтобы идти с ними на репетицию. Музыканты приходят с двумя девушками. По дороге мы заходим в магазин, но закупается не алкоголь, а всего лишь газированная вода. Правда, немного алкоголя все же присутствует: у одной из девушек – бутылка ликера «Vana Tallinn».

Заходим в облезлое здание, пересекаем двор. Окна в соседнем доме забиты кусками фанеры. У стен, покрытых граффити, – переполненные мусорные баки.

Входим в еще одно здание. В коридоре первого этажа – метровый запыленный бюст Ильича. Запах на лестнице напоминает «траву». Кто-то из музыкантов говорит:

–Лестница пахнет металлистами, нет – растаманами…

–Пахнет любовью!

Все смеются.

На «базе», наоборот, все прилично: обувь надо снимать и по синему ковролину ходить босиком. Облезлые синие стены обклеены плакатами «Ария», «Кино», «Metallica», «Guns’n’Roses». Еще на одном – надпись «I Like Rock …and Harley Davidson». Музыканты начинают распаковывать инструменты. Я сажусь на пол у стены.

Андрей достает из чехла и рассматривает запасную гитару – он одолжил ее перед репетицией у гитариста группы Kimono.

–Как на ней играют? – говорит он Олегу. – Видишь, не прикручена тут эта хуевина…

–Ты у которого взял гитариста? – спрашивает Олег.

–Я не знаю, как их зовут, – отвечает Андрей.

–Этот, который на Тома Хэнкса похож? Там один такой реально небритый, один в один…

–Может быть, у другого.

–Значит, у того, который бритый.

Андрей кивает на наклейку Kimono на гитаре.

–Да ладно, никто там… – говорит Максим. – «Оригами», «Кимоно»…

–В любом случае – это так, подстраховаться.

–Видишь – у меня нормальный, «пацанский» Jackson. – Олег показывает на свою гитару.

–Ладно, что поделаешь? – говорит Андрей.

Кто-то из парней спрашивает про завтрашний концерт с Pleymo. Максим отвечает, что продано уже примерно четыреста билетов.

Парни продолжают настраивать инструменты.

–Уже двадцать минут, – говорит Дима.

Максим пожимает плечами.

–Позже сядем, позже выйдем…

Он берет микрофон и начинает его проверять:

–Раз-два-три-четыре, раз-два-три-четыре…. Йи-и-и-и!

Одновременно строятся гитаристы.

Максим выводит:

–Е-е-э-э-э-э-э-э! Раз-два-три! Раз-два! Нет, нормально. Можно чуть-чуть добавить в принципе.

Микрофон настроен, остальные музыканты еще не готовы. Максим начинает рассказывать историю про заказ перчаток через Интернет:

–Подтверждение на мои перчатки пришло. Пятьсот рублей. Я думаю – что такое? Они ж три бакса стоили. И чего-то он мне больше не ответил. Я слегка охренел – заказал перчатки «The Used» без пальцев, за три с половиной доллара – и доставка пять долларов. Он мне – о’кей, через другана там все вышлю. Пятьсот рублей. Еще окажется, что какие-нибудь самопальные, парень какой-то продал.

–Это ж «ebay», аукцион, – может, там кто-то цену поднял? – спрашивает Леша.

–Нет, он мне сказал, что все, продаю тебе…

–Из ста рублей получилось пятьсот, нормально…

–Я купил на аукционе перчатки за пятьсот рублей!!! – прикалывается Максим.

Инструменты настроены – парни делают что-то вроде джема.

Максим говорит:

–Тридцать пять минут – ну вот и настроились

–Тридцать семь, – поправляет его кто-то.

–А у тебя часы спешат.

–Какая разница?

–Рановато пришли, еще пара часиков есть…

–…Тридцать восемь минут.

У первой песни – медленное гитарно-барабанное вступление.

Парни заканчивают пятую или шестую песню. Сочи обсуждает с Лешей, кто из них играет не в долю. Вмешивается Максим, говорит Сочи:

–Такое ощущение, что ты его постоянно догоняешь. Я не могу спеть ровно, потому что они начинают партии раньше…

Музыканты начинают песню заново. Я вжимаюсь в стену, чтобы не получить бас-гитарой Сочи, которой он размахивает во все стороны. Одна из девушек фотографирует репетицию, вторая пьет из бутылки пиво «Туборг».

Перерыв в репетиции. Кто-то из музыкантов выходит, кто-то перемещается поближе к открытому окну.

Максим берет гитару Андрея, начинает что-то наигрывать. Это – новая песня.

–Сюда я прикольный вокал придумал, – говорит Максим.

Заходит чувак в черных шмотках, с эмо-чубчиком, здоровается со всеми. Олег кивает на стоящую в углу бутылку ликера.

–Когда пить будем?

Ему отвечают:

–Ты же не пьешь.

Сочи открывает бутылку, начинает разливать таллинский ликер по пластиковым стаканам. Мне тоже наливают горького напитка с травяным привкусом. Мы чокаемся, пьем.

Разговор заходит про концерт My Chemical Romance в Петербурге через три недели.

–My Chemical Romance – говно, – говорит Андрей.

–Ты что – говно? – отвечает Максим. – Мы уже билеты купили…

–Ну и идите на говно!

Перерыв закончен. Парни берут инструменты.

–»Без лишних слов» играем четвертой или пятой, – говорит Максим. – А то вдруг остановят, не дадут доиграть. А так получится – мы сыграем вам четыре-пять наших лучших вещей, а после этого – всякое говно…

Все смеются.

Из текста песни «Без лишних слов»:

Оставь лишь миг, перед тем как выдать мне билетв один конец, назад дороги нет.Без лишних слов нажми на курок. Я к этому готов.Без лишних слов нажми на курок, без лишних слов убей меня.Я сам себе враг.Без лишних слов нажми на курок, без лишних слов спаси меня.Я сам себе Бог.Я не верю больше ни во что, все, что знал и видел,было так давно, слишком много боли, слез и крови.И не верю больше никому, просто я так хочу.Не тебе мне указывать, как жить дальше.Как дальше жить, кому доверять и как поступать.Дай мне этот шанс, забыть про тебя,Раствориться в ночи.Закрой дверь за мной,Выкинь ключи, сломай все замки.

Ori-music-6

Когда «Оригами» начинали играть, слово эмо в России мало кто знал, разве что те, кто интересовался американским панком/хардкором восьмидесятых либо свежей американской музыкой. Не знали этого слова и сами музыканты. Только через пару лет, услышав западные эмо-группы, они поймут, что играют что-то похожее, и начнут сознательно двигаться в том же направлении. А поначалу все выглядело далеко не радужно.

Максим: У нас были концерты, когда в зале – три человека, наши друзья. В Питере был такой культовый клуб – «Полигон», – и мы мечтали там сыграть. Нам тогда был год, и вот вокалист «Психеи», Дима Порубов, предложил: давайте я вас впишу. Мы выходим на сцену, нам надо играть, мы поворачиваемся – а там зал огромный, и он абсолютно пустой. Начинаем играть – видим, там уже три наших друга сидят… Был момент, когда я все время слышал за спиной: «„Оригами» – говно». И тогда мы просто взяли, тупо выкинули все песни и начали заново. Нам некоторые говорят: «Вы записали первый альбом „мазафаку», а второй уже эмо». Ни хера подобного, мы уже там пытались играть что-то мелодично-скримовое. Вообще я считаю, что группа должна играть то, что ей нравится. И если все делать искренне, с душой, всегда найдутся люди, которым это понравится.