Золотой - Шеннон Майер

моей жизни, хотя мы никогда не встречались до вчерашнего дня. Но что поделать? Такими были ведьмы.

Кромка зелья рябила и блестела от голубой жидкости, которую ведьма на моих глазах добавила в кипящий котел. К счастью, маленьких дружелюбных существ я не увидела.

– Напоминает о воде рядом с моим домом. – Джорджия улыбнулась, посмотрев на меня. – Мне нравится добавлять немного остринки к заклинаниям. Это делает их уникальными и личными. – Она подмигнула и сделала глоток своего чая. – Пей. Ты уже подписала контракт, не дай напитку остыть, – проговорила ведьма.

Я опустила морду к миске и начала лакать голубую жидкость. Она была теплой, но неоново-бирюзовые блики и рябь от мерцающего серебра создавали эффект холодного напитка. Похоже на молоко и мед, но послевкусие напоминало тьму и пламя. Это заставило меня остановиться на половине.

– Я бы этого не делала, – проговорила Джорджия. – Так твоя жизнь превратится в хаос. Ты же не хочешь каждый день принимать человеческий облик лишь наполовину?

О нет, такого мне точно не надо.

Я оторвала морду от миски, когда поняла, что вылакала все до последней капли.

– Как ты чувствуешь себя? Мне нужно знать. – Джорджия наклонилась ближе ко мне, ее улыбка уже не казалась такой доброй, а скорее расчетливой.

– Что ты сделала со мной? – Сердце забилось быстрее, а кожа начала чесаться.

Ее улыбка стала шире, черты изменились, а следом и весь облик. Теперь предо мной стоял мужчина в черном плаще. И я прекрасно знала его.

Муж Петуньи.

14

Самый. Худший. Контракт. В жизни

– Сукин сын! – огрызнулась я, мой голос был все еще со мной, хотя, полагаю, ненадолго.

Передо мной стоял муж Петуньи, его тело трансформировалось из пышных форм Джорджии. Мужчина рассмеялся, его зеленые глаза блестели, будто он услышал лучшую в мире шутку.

– Почему? Почему ты вообще мне помог? Или ты только что убил меня? – Ужас заполнил мое тело.

– Потому что ты заинтересовала меня, волчонок. Очень сильно. И я хочу увидеть, как ты преодолеешь все трудности. Кто знает? Может, настанет день, и мне понадобится твоя помощь? Но до тех пор… – Он протянул правую руку ко мне и сжал пальцы.

Мое горло сдавило, а мышцы напряглись. Мужчина схватил меня за челюсти и раскрыл их. Он вытащил мерцающую нить из пасти и обернул ее вокруг моей шеи, превратив в браслет с черными и золотыми камнями.

Я выдернула голову и залаяла. Попыталась залаять.

Никакого звука, даже хрипа.

– Теперь посмотрим, что ты сможешь сделать без голоса. Знаешь, этим двоим следует бояться. У тебя сердце дракона, но не собаки. – Он подмигнул и присел рядом.

Понятия не имела, о ком он говорил.

Мир закружился, и я повалилась на пол. Мой непослушный хвост наконец успокоился, пока зелье распространялось внутри, сливаясь с моими костями, кровью и мышцами.

Я закрыла глаза, мысленно ругаясь, что поверила в доброту ведьм. Или в их честность.

Но он дал мне возможность превращаться в человека на целую ночь.

– Оу, еще кое-что. Это незначительная деталь, но она стоит упоминания. Если твоя истинная пара узнает, что ты еще и его собака, это запустит обратный отсчет, и через три дня после раскрытия правды ты умрешь. Единственное, что могу сказать, мне удалось найти для тебя лазейку. То, о чем Петунья обычно забывает. Но не бойся, я смог все исправить. Тебе нужен будет принц. Снова все по старым канонам, но иначе никак. Если твой мужчина узнает, кем ты являешься и что тебе нужен принц, то тогда никакой смерти, – проговорил он.

Я вскочила на ноги – комната вмиг закружилась. И это не метафора, я действительно ощущала себя Дороти в крошечном домике.

«Чего?» – лишь этот вопрос крутился у меня в голове, пока я пыталась встать на лапы, чувствуя, как дом разваливается. Буквально.

– Да, знаю. Немного шокирующе, не так ли? Вероятно, нужно было это упомянуть. Но, видишь ли, я знаю Хана. Довольно хорошо на самом деле. Поэтому мне нужно, чтобы ты не говорила ему. Не пиши. Не отправляй писем. Ничего нельзя. Он не должен знать, что ты его собака. Поняла? Это для его блага. Тебе необходимо спасти его, и это единственный путь, – проговорил маг.

Какой еще принц? Что вообще за принц?

– Вот, тут все детали договора. Потом прочитаешь. – Он засунул бумагу под мой ошейник.

Дерьмо. Стоило раньше это сделать. Я была так взволнована, полная надежд.

Он улыбнулся мне. Не мерзко. Не мило. Подобная улыбка заставляла гадать: что же, черт возьми, задумал человек, стоящий напротив?

Я даже не могла кричать и вымещать злость на придурке-маге за то, что он натворил. Помог ли он? Да, вероятно. Но учитывая тот факт, что он изначально знал о моей невиновности… Могу поставить на то, что он мог вернуть меня в обличье волка.

– Да. Есть такое. Ты права, я вполне мог вернуть тебе человеческий облик навсегда, – подтвердил он.

Фантастика, он еще и мысли может читать.

– Но для меня лучше, если ты будешь делать за меня работу в такой форме, – продолжил маг. Он рассмеялся, снова подмигнув, а потом исчез, хлопнув в ладоши. А дом вокруг меня разваливался на части, будто сюда залетело настоящее торнадо. Я выбежала сквозь летающие обломки, когда позади меня вдруг раздался взрыв.

Меня отбросило в сторону, и, покатившись по тротуару, я приземлилась напротив чужих ног.

А точнее, волчьих лап.

Голубоглазый волк уставился на меня сверху вниз, его пасть медленно раскрывалась, обнажая зубы, способные разрывать плоть. Я могла видеть смерть в его глазах.

Хуже этого – теперь я могла почувствовать и узнать его запах.

Лед.

Что-то от Хана.

У Хана были голубые глаза. Но это не он. Пока мой нос быстро перебирал запахи, я осознала, насколько сильно ошибалась.

Передо мной стоял Хэвок в своем волчьем обличье.

Наши взгляды встретились, и монстр внутри него, тьма, которая жила в нем, почти прижала меня к земле. Сила Альфы молнией прошла сквозь меня. Я застряла в теле золотистого ретривера, а никакой ретривер уж точно не будет драться с волком, поэтому мне удалось найти лишь один выход.

Я перевернулась на спину и подставила горло в полной покорности, чувствуя себя слишком слабой после зелья и слишком измотанной, чтобы думать о чем-то еще. Я ненавидела себя за то, что мне пришлось подчиниться; слезы покатились из моих глаз прямо в шерсть на шее.

– Мне следует убить тебя, – раздалось его глубокое, словно грохот, рычание.

Я, конечно же, ничего не сказала.

Он шагнул ко мне. Его пасть оказалась на моей шее и сжалась достаточно сильно, чтобы несколько зубов впились в плоть. Я не двигалась, прекрасно зная об этой игре. Может, даже лучше, чем кто-либо.

Он показывал свое превосходство. Что ж, я не собиралась спорить с его королевским идиотизмом. Если бы я была в облике волчицы,