Золотой - Шеннон Майер

не могла ничего сделать, кроме как ждать. И надеяться, что мне придется заплатить не слишком высокую цену.

13

Все ведьмы сучки

Сон был беспокойный, но шум, который создавала Джорджия на кухне, успокаивал и позволил мне хотя бы немного отдохнуть. Тело все еще болело, несмотря на слова Хана о моем быстром выздоровлении. Раны были глубокими, поэтому они еще не успели до конца зажить. Мне нужна была хотя бы пара дней, чтобы мышцы полностью восстановились и я снова почувствовала себя крепкой и здоровой.

– Подумала, чем больше белков, тем лучше, да? Тебе нужно запомнить: впредь ешь много белков. – Склянка воды и тарелка с хот-догами появились передо мной где-то к ужину. Я посмотрела на Джорджию, которая будто светилась от удовольствия.

Я кивнула в знак благодарности и принялась есть. Кто мог подумать, что остывшие хот-доги такие вкусные? Конечно, я проголодалась, к тому же для исцеления требовалось много сил. Почти столько же, чтобы обратиться из оборотня в человека и наоборот.

Вечер быстро сменился ночью, а Джорджия продолжала колдовать над заклинанием.

И вот опять я наблюдала за ней. Пот собирался на ее лбу, когда она водила и шевелила пальцами в воздухе. Похоже, у нее не было близких. Я ожидала, что хотя бы ворон или кот объявится в какой-то момент, но ее дом оставался пустым. Здесь были только мы вдвоем.

Где-то к полуночи я крепко заснула. В моих снах смешалось прошлое и настоящее. Теперь вместо Ричарда и Кирана, стрелявших в меня, были Хэвок и Хан. Они кидали мое тело в реку и давали друг другу пять, когда течение уносило меня.

Я резко проснулась, когда первые солнечные лучи попали на морду. Мое сердце быстро билось, будто я бежала во сне.

– Кошмары? – спросила Джорджия.

– Всегда, – пробормотала я, сев и потянувшись. – Как процесс?

– Все готово, и теперь нам нужно обсудить условия соглашения. – Джорджия улыбнулась, помешивая свой чай ложкой. – Обмен прост. У тебя будут ноги от заката до рассвета. Тебе придется оставаться золотистым ретривером днем. Не могу сделать ничего лучше, хоть и пыталась.

– Черт возьми, это намного больше, чем пара часов! Невероятно! – У меня отвисла челюсть.

– Если бы я могла сделать больше… Когда ты будешь в обличье человека, то не сможешь обратиться в зверя. У тебя не будет этой способности.

Я кивнула.

– За такое мне придется забрать у тебя что-то очень важное, Син. Огромная ценность. – Ее улыбка дрогнула.

– Мою душу? Что еще у меня есть? – Сердце билось слишком быстро, я уставилась на нее, прекрасно зная, что ведьма могла попросить.

– Боги, нет! Я не хочу твою душу! Они привередливые, их сложно сохранять радостными и живыми. Нет. Ты должна отдать мне свой голос, – сказала она.

– Мой… голос? – Я моргнула.

– Никакого гавканья, визга, пения, разговора, ничего. Совсем. Пока-пока. – Она постучала ложкой по стулу на каждое сказанное слово, а затем отложила прибор в сторону. Ее взгляд был мягким. – Очень банально, не находишь?

И вправду банально. Но это единственный шанс. То есть меня и так многие люди не могли услышать в нынешнем состоянии. И когда я буду человеком, то смогу писать или печатать в телефоне. Вполне терпимо.

– Когда-нибудь я смогу вернуть свой голос? – спросила я. Джорджия сделала глоток чая, после чего ответила:

– Есть магия в мире, которую я не могу контролировать или вообразить. В частности силы Луны, которые получили оборотни, и силы ваших лунных богинь, которых ты восхваляешь. Может, есть божество, магия которого способна полностью избавить тебя от проклятья? Но, опять же, какая цена? Стоит ли того? Когда настанет момент, тебе придется сделать трудный выбор.

Когда. А не «если».

– Когда? – Я скосила глаза на нее.

– Это фигура речи. – Она махнула рукой, шевеля пальцами, но я наблюдала за ее взглядом. Ведьма знала что-то и точно не хотела этого говорить.

Подобное раздражало, но также говорило о том, что противостоянию моей матери и Петуньи еще не пришел конец. Надежда затеплилась в груди. Несмотря ни на что, я ступила на дорогу, которая вела к моей истинной паре. И, вполне возможно, меня еще ждет будущее с ним.

Джорджия упомянула богиню Луны. Это хороший знак.

– Я принимаю условия, – кивнула я. Она положила пергамент на пол и рядом поставила склянку с чернилами.

– Нос или отпечаток лапы – что тебе больше нравится, – проговорила она.

Я окунула нос в чернила, но сразу же пожалела об этом – их запах перебил все остальные ароматы. Джорджия без вопросов вытерла мой нос своим рукавом.

– Нужно было подумать об этом, – проговорила она.

Не знаю, имела ли она в виду меня или себя. В любом случае, я окунула лапу в чернила, а затем быстро поставила ее на бумагу и убрала. Полученный отпечаток вмиг засветился золотом. Один щелчок – и пергамент, свернувшись, поднялся в руки Джорджии. Она улыбнулась мне.

– Могу ли я как-то сама снять заклятие Петуньи? – прошептала я в тот момент, когда Джорджия поднялась, прихватив с собой мою миску. Она отнесла ее на кухню, а затем наполнила варившимся зельем. Лучше использовать голос, пока его у меня не забрали.

– Нужна великая магия, чтобы полностью разрушить ее заклятие. Как я и сказала, это способно сделать божество, но если нет, то, может, демон? – Она пожала плечами. – Тогда твою душу точно заберут. Тебе же не хотелось бы такого? Да?

Пока я отрицательно качала головой, она поставила передо мной миску.

– Оно начнет действовать только сегодня вечером. После заката, – проговорила ведьма.

– У меня есть подруга. Она тоже под заклятием Петуньи… – Я кивнула и остановилась, думая о Бэбе. Она заслуживала шанс вернуть свое тело. И, так как она давно не появлялась, полагаю, ей не удалось отыскать еще одну ведьму.

– С Бэбе все иначе, – твердо, но по-доброму проговорила Джорджия. – Ее выход из нынешней ситуации не будет таким простым, как у тебя.

– Ты не можешь ей помочь? – спросила я. Откуда она знала Бэбе? Может, подруга уже говорила с ней? Может, пока я шла сюда, Бэбе как раз бежала домой с новостями о ведьме?

Джорджия молча села в свое кресло, поправляя подол юбки.

– Не буду. Она заплатила за то, что сделала сама, тебя же втянули в это со стороны. Как я поняла, ты ни в чем не виновата. Только если это не ты уговорила Джунипер совратить мага? – ответила она.

Вот дерьмо.

– Нет, до всего случившегося я не виделась с семьей годами, – призналась я.

– Тогда почему ты вернулась? – Джорджия оглядела меня.

– Думала, у моей сестры проблемы, – тише сказала я. – Оказалось, она такая же, как остальные.

– Не будь так уверена. Иногда мы поступаем так, как нам диктует инстинкт выживания, – подвела итог ведьма.

Я глубоко вздохнула, понимая, что в ее словах есть правда. Ко всему прочему она уж слишком много знала о