Последний конвой. Часть 3 (СИ) - Саморский Виктор Романович Samorsky

Крупнокалиберное трио заставило бандитов надолго прижать головы к земле. Выпущенные «на волю» штурмовики резво работали саперными лопатками. Грунт каменистый, дело двигалось медленно, но иного выхода все равно нет. Окапываться придется, дело пахнет длительной позиционной войной.

Больше всего Родиона смущали джипы. Занимать круговую оборону слишком расточительно, но скорость передвижения багги по песку впечатляла. Сколько их еще спрятано в окопах? Неизвестно. Не в салочки же гонять по пустыне, если выскочат? Позиционное противостояние на руку противнику. Достать из Калаша закопавшихся в грунт боевиков непросто. Миномет тоже не панацея. Да и запас мин не так уж велик, как хотелось бы. В конце концов, мы же не на войну собирались, а всего лишь охранять экспедицию.

Родион подвел неутешительные итоги предстоящего сражения и со злостью скрипнул зубами.

Нас не просто ждали, а долго и обстоятельно готовились к достойной встрече. О чем это говорит? Наше присутствие в Африке давным-давно секрет Полишинеля. Стало быть, прокладывание маршрута с обходом городов по бездорожью не имело никакого смысла. Только время зря потеряли и людей вконец измучили длительным переходом.

Даже интересно, как давно они нас ведут? И каким, черт побери, способом у них здесь налажена дальняя связь? Костры по ночам жгут? В воздух палят? Стоя на вершинах барханов цепочкой размахивают цветными флажками?

Первым прибежал сильно запыхавшийся Шибарин, втиснулся в кабину броневика, с трудом перевел дух, вытер обшлагом рукава форменной куртки перепачканное лицо. Лучше не стало, только грязь размазал. Пауль появился только спустя несколько минут, немного прихрамывающий на левую ногу.

— Ранен? — уточнил Эмиссар.

— А-а, так, мелкая царапина, — отмахнулся, — зачем звал, командир?

— Обоз пустил красную ракету.

— Черт! — Пауль поиграл желваками, хрипло уточнил:

— Засада? Резервная группа наемников?

Родион пожал плечами:

— Скорее всего. Рация молчит. Возможно, ведут бой, некогда ответить.

— Родион Сергеевич, да не стоит переживать. Гейман грамотно организует оборону, не первый день замужем. Пару часов точно продержатся, а мы за это время здесь подчистим и придем на выручку.

— У него всего пять человек.

— Рекрутирует гражданских. Господин полковник, это же хитрожопый Гейман, выкрутится как-нибудь. Вот посмотришь, он еще на своем УАЗике к нам на подмогу прискачет, размахивая боевым наганом.

— Ясно, — Родион недовольно покачал головой.

Нарочитая патетика и бравада Пауля его раздражали.

— Потери?

— Среди моих — трое двухсотых и шестеро трехсотых. Ранения средней тяжести. Полностью потеряли два экипажа из гражданских. По технике — два грузовика восстановлению не подлежат. Ну и минус два пулемета из шести.

— Федор Михайлович?

— Морячка шальной зацепило. Перевязали. Двухсотых, слава Богу, нет.

— И чем они эту прорву наемников кормят? — риторически хмыкнул Пауль.

— Понятия не имею, — пожал плечами Родион, — нужно обдумать дальнейшую тактику.

— Предлагаю придерживаться первоначального плана. Если сейчас дать слабину и отступить, бандиты сядут нам на хвост и будут доставать, как малярийные комары. Честное слово, проще разок вломить люлей, чем всю дорогу сносить оплеухи и пощечины. Это же дикари, Родион Сергеевич. Им словами ничего объяснить не получится. Только вчера с пальм слезли…

— Хватит, — отмахнулся Родион, — твоя позиция мне вполне понятна. Федор Михайлович, а ты что думаешь?

Шибарин нахмурился, потер оцарапанный лоб и задумчиво сказал:

— В чем-то согласен с Паулем. Если попытаемся сдать назад, сядут на хвост, дождутся тактического преимущества и раздавят, как клопов.

— Предлагаешь в лоб штурмовать окопы? У нас нет значительного перевеса в численности. Ребят положим, и далеко не факт, что победим.

— Пока предлагаю уйти в глухую. Часть штурмовиков отправить на помощь Гейману. Нам важнее обезопасить людей и груз.

— И долго продержимся? Воды нет. Через пару часов припекать начнет. Африканцы к жаре привычные, а у нас половина личного состава попадает в обморок после полудня.

— Для начала выручим обоз, а уже потом будем посмотреть по ситуации.

— Понятно, — нахмурился Родион, — а что если мы с Паулем останемся, а ты, Федор Михайлович, возьмешь Тигр, шестерых бойцов посообразительнее и поскачешь галопом выручать Геймана?

— Родион Сергеевич, — чуть не завопил Пауль, — у нас и так людей мало. Штурмовать надо! Федор сейчас первый взвод ополовинит и Тигру заберет. И с чем мы останемся? Тыл прикрыть надо? Надо! Ну, допустим, Уралом перекроем, значит, минус еще один пулемет…

Он задумчиво пожевал губами и надолго замолчал.

— Что придумал? — не выдержал длительной паузы Родион.

— Надо глянуть, сколько мин в запасе осталось. Можно попробовать пробить проход. Разрезать оборону надвое и выйти в тыл.

— А если у них есть вторая линия обороны? Аккурат в петельку и залезем, останется только потянуть за кончик.

— Как говорит наш политрук, это очень сомнительно.

— Полчаса назад ты был убежден, что нам противостоят тупые дикари.

— Да дикари они и есть, — закипел от негодования Пауль, — просто главарь у них толковый. И не более того.

— Ладно, будущее покажет, кто из нас прав. Предлагаю послушать Федора Михайловича и уйти в оборону.

— Я категорически против!

— Ладно, — нахмурился Родион, — давай еще раз посмотрим.

Он расстелил карту прямо на приборной панели.

— Вот, смотрите.

Он быстро набросал поверх карты отметки карандашом.

— Пулеметные гнезда противника. Здесь и здесь проходят окопы. Тут подбитый трак. Где-то здесь прячут Хаммер. Вот отсюда выбрались шахиды.

Несколько секунд Пауль молча рассматривал карту, потом протянул руку и взял карандаш.

— А если рискнуть?

Родион озадачено поднял бровь.

— Господин полковник, давай по чесноку? Противник тоже прекрасно видел ракету, — Пауль раздраженно махнул рукой в сторону окна, — наемники ждут, когда мы на всех парах помчимся на выручку обозу. Вот и не будем им мешать так думать…

— Попытаются атаковать?

— Именно!

— Та-а-ак, — задумчиво протянул Родион, — и что ты предлагаешь?

— Воспользоваться моментом. Загружаем оба броневика под завязку штурмовиками и отгоняем подальше в пустыню. В обороне оставляем в основном морячков и «крысобоев». Перестраиваем технику вот так, так и так. Пулеметчики перекрывают вот эти три сектора, не дают бандюкам поднять головы. Уралом загораживаем тыл. Беспокоящий огонь из миномета вдоль всей линии окопов. Полчаса ребята продержатся. Но если честно, я думаю, что наемники попрут в атаку гораздо раньше. Как только броневики скроются за холмом, так сразу и полезут. Ждем, пока большая часть бандюков покинет окопы, возвращаемся, заходим вот отсюда, сбоку, высаживаем десант. Нападающие окажутся зажаты в клещи с двух сторон.

Родион задумчиво потер подбородок.

— В принципе интересный план, хотя есть и слабые места. Местность ровная, как стол. Средь бела дня техника будет видна за километр-полтора. Фактор внезапности окажется утерян. Быстро вернуться у нас тоже не получится. Придется отмахать немалый крюк по пустыне. По бездорожью! За это время наемники сомнут и раздавят наш форпост, перегруппируются и окажутся готовы к встрече с ударной группой. Тем самым мы разделим и без того невеликие собственные силы, ослабив их вдвое.

— Фактор внезапности в том, — ухмыльнулся Пауль, — что наемники подумают, будто все наши силы в обороне. Ну не поверят они, что мы отправили на выручку больше половины личного состава.

— А если они вообще атаковать не станут?

— Родион Сергеевич, а на кой ляд тогда вообще было засаду устраивать?

Родион озадаченно хмыкнул и перевел взгляд на лейтенанта.

— Что скажешь, Федор Михайлович?

Шибарин поджал губы и неопределенно качнул подбородком, отказываясь обсуждать предложенный сценарий.