Магия невозможного - Антон Волк

Я усмехнулся. Ярость моего ангела-хранителя мне уже доводилось видеть у ворот Агарты. Лиловую ярость глаз шайнарской феи. Представил себе, что сержант сейчас видит. «СНЕЖНАЯ КОРОЛЕВА ПРОТИВ ГЛОБАЛЬНОГО ПОТЕПЛЕНИЯ!» Это забавное сравнение пришло мне в голову, выскочив неожиданно, заставив меня еще больше улыбнуться. Сие было великой загадкой, и не только для сержанта стражи Лангвара, почему Шани меня защищает. Я сам понимал в этом не больше него.

– Ты че лыбишься?

Усач наконец оторвал взгляд от гипнотизирующих темно-лиловых очей, опасных, словно всезатягивающая нейтронная звезда, и хмуро посмотрел мне в глаза.

– Это тут запрещено? Лыбиться? – спросил я легкомысленным тоном с примесью достаточной доли издевки. – Я думал, у вас в городе больше свободы, чем в Бриджпорте.

– Чего тебе здесь надо, чужак? – продолжил он, не меняя космическую мрачность тона. Нажимая на последнее слово: чужак. Моя откровенность запутывала его еще больше. Диверсант признается, откуда он, без малейшего нажима? Что-то новое!

– Я ищу защиты и прибежища. Ненадолго.

Сержант ухмыльнулся. И оглянулся на своих подчиненных. В типичной манере гопников, которые так издеваются над своей жертвой – мол, «гляньте, друзья, на это чудо».

– И от кого ты ищешь убежище?

– От зингару, – ответил я кратко и не ошибся в «выстреле».

Я словно уронил гирю. Килограммов под сорок. Прямо под ноги ухмыляющемуся усачу. Он продолжал улыбаться, но его улыбка стала несколько растерянной. Лангварцы не любят зингару, и по слухам, не меньше, чем ненавидят Бриджпорт.

– И что ты им сделал? – спросил он напряженно.

– Убил парочку.

Вторая гиря упала ему под ноги. Он даже не спросил, за что. Вряд ли в его представлении такое «богоугодное дело» нуждалось в таких мелочах, как оправдание. Все равно что спросить: а за что ты этого Джека-Потрошителя замочил? Такого «няшку».

– Он не врет?

Его вопрос был обращен к Шани.

– Макс никогда не врет.

Голос Шани был как камень. Как жидкий металл – всепроникающий и пожирающий жаром тысячи пятисот градусов. Ведь феи не врут. НИКОГДА И НИГДЕ. И сержант сказочного мира это прекрасно знал. Это люди – мелкие, завистливые, продажные создания – могут соврать. Ронки могут соврать. И даже зингару, если прижмет. Но никогда феи! Заподозрить фею в обмане это все равно, что заподозрить в обмане трехмесячного младенца, который просто еще не научился даже говорить, не то что врать.

Сержант был в шоке. Не зная, как поступить, он переступил с ноги на ногу, а затем отступил. Шагнул в сторону и кивнул страже. Копья поднялись, луки опустились и двое стражей сделали шаг назад. Нас пустили в Лангвар – огромный средневековый мегаполис с речным портом всего лишь в двадцати километрах от моря – устья реки, впадающей в него. С полумиллионом жителей. Самого разного чина и сословия. С золотыми куполами дворцов и строениями, построенными на останках более древних строений, построенных на фундаменте еще более древних. Так странно диссонирующих друг с другом.

– Попробуем прямо сейчас! – сказал неожиданно Парс, когда мы переступили порог врат и двинулись по мощенной плиткой широченной улице.

Вся наша компания, почти одновременно, повернулись к нему, не понимая, о чем он.

– Пойдем к наездникам! Уговорим их. Они отвезут тебя к магистру. Надеюсь.

Последнее он добавил несколько менее громким тоном и так, что только последний наивный глупец не засомневался бы в тщетности его надежды.

Реакция моих друзей на это предложение была совершенно разной. Дина покрутила пальцем у виска, схватила меня за локоть, словно подружка на прогулке, прильнула и прокомментировала:

– Не слушай его, босс. Он – дурак, хоть и умный.

«Умный дурак», – подумал я, мягко освобождаясь от ее цепких пальцев. Авторитетом я для Дины не был совсем. И вела она со мной фамильярно и дерзко, несмотря на разницу в возрасте. Что естественно, в общем-то, Дина была телепатка, читающая мысли, как чувства, эмоции, другими словами. Это я – умный дурак, а не он, подумал я. Хотя скорее всего просто дурак.

Тус – здоровенный ронки – хмыкнул и пожал плечами. Шани же наклонила свою головку и укоризненно посмотрела на Парса.

– Ты знаешь, что ничего не выйдет.

Парс оказался вторым мужиком в Ридии, с которым она разговаривала.

– Но попробовать же стоит! – горячо, даже слишком, возразил Парс. – Чего вы все?

Шани на мгновение задумалась.

– Хорошо, только идите вдвоем. Драконы не любят, когда большой толпой приходят. Как и сами наездники. Да и я их не терплю.

Разочарование на лице Дины, которую Шани лишила возможности нас сопровождать, немножко меня порадовало. Так ей и надо, подумал я. Дина меня часто раздражала. В основном чтением моих желаний. Публичным. Скрыть от нее что-то было невозможно, хотя она и не читала мысли, как слова, но язык держать за зубами не умела.

– А что мы будем делать? – спросила Дина, когда мы с Парсом уже удалялись.

– Снимем дом. Я знаю тут кое-кого, – ответила фея и взяла под локоток нашу телепатку. Похоже они ладили друг с другом неплохо.

Парс решительным шагом двигался в сторону центра города. Я знал, куда он меня вел. К наездникам драконов. Очень редкой и крайне уважаемой в магической части здешнего мира профессии. Только эти ребята могли меня доставить к магистру сенемитов, где-то катающемся на своем личном, белом как снег драконе, пытаясь переговорами предотвратить надвигающуюся войну. И по-видимому, тщетно. На крайний случай скорость драконов позволила бы им даже до самого ордена меня довезти, на другом конце континента. На это ушло бы несколько дней бешеного полета, но драконы вполне способны были сделать такое, в чем я давно убедился. Проблема была только одна. Вернее, их было две, но первая была на очереди. Наездники никогда, ни при каких условиях не согласились бы доставить человека, «пахнущего» иженерами. Это было железно. Без вопросов. И уговоры тут не могли помочь совсем. Надежда Парса, что ему удастся что-то в этом изменить, была настолько тщетной, глупой и безнадежной с точки зрения местного жителя, знакомого с обычаями этого мира, что я даже не знаю, с чем это можно было сравнить. Парс просто был в каком-то отчаянии, раз внушал себе такие мысли. Почему-то о моей персоне он пекся больше, чем о себе. А ведь мы знакомы были от силы недели две! Из которых половину времени я не помнил вообще ничего!

В несколько быстрых шагов я догнал Парса, слегка придержав его за рукав:

– Погоди. Притормози.

– У нас мало времени, – ответил Парс, но шаги замедлил.

– Тогда почему ты меня не проинформируешь.

– О чем?

– Как ты собираешься действовать. Может, меня нужно как-то проинструктировать?