Мурчащее (не) счастье для Дракона (СИ) - Анастасия Королева

как Стелла обрадуется! И Наора, — продолжал мужчина, явно не слыша слов Адриана.

Странное дело, имя сводной сестрицы отозвалось неприятной тянущей болью где-то под сердцем. А ещё появилось чувство, словно меня макнули головой в помои — вокруг разлился тухлый запах.

— Отец, — с нажимом повторил Адриан, привлекая внимание родителя. Тот запнулся, посмотрел на сына несколько растерянно, потом перевёл взгляд на меня и вновь улыбнулся.

— Да, кстати, что нужно приобрести для нашей гостьи? Я всё организую!

— Мы. Никуда. Не поедем, — чеканя каждое слово, произнёс Адриан и только сейчас Грэгори, наконец-то, услышал его. Мужчина нахмурился и сжал губы в тонкую линию.

— Почему? — спустя несколько мгновений напряжённой тишины, уточнил он.

— Потому что я так решил, — Адриан даже не думал вводить отца в курс дел. Уж не знаю, правильно это или нет.

Грэгори хотел продолжить спор, определённо хотел, и продолжил бы, если бы сын не добавил:

— Прошу, отец, так нужно.

Мужчина шумно выдохнул, его могучие плечи поникли и он медленно опустился в кресло, откуда посмотрел на меня несколько иначе. Даже прищурился, будто бы пытаясь разглядеть что-то невидимое. Но ничего не найдя, он обратил свой взор на сына:

— Адриан, но мы хоть можем надеяться на то, что ты приедешь к нам? Ты же знаешь, как матушка скучает по тебе.

В первый раз, когда подслушала разговор Адриана с отцом по странному аппарату, то подумала, что родитель манипулирует сыном, упоминая о матери, сейчас же в его словах было что-то такое… Чего я никак разобрать не могла. Нежность, помноженная на горечь, и что-то ещё.

Рука Адриана, которая так и покоилась на моей талии, напряглась и мужчина нехотя выдавил:

— Хорошо, я постараюсь.

Они, кажется, целую минуту сверлили друг друга нечитаемыми взглядами, а потом Грэгори неожиданно улыбнулся и обратился ко мне:

— Марго, может быть, вы расскажете что-то о себе? — я вздрогнула, а он, заметив это, тут же попытался сгладить ситуацию: — Вы мне простите мою дерзость, просто я так рад, что мой сын теперь здесь не один.

Я беспомощно оглянулась на Адриана, при этом лихорадочно перебирая в голове, что именно могу рассказать о себе и не вызвать ещё больше вопросов, но выходило так, что сказать мне было нечего. Пришлось выкручиваться из щекотливой ситуации:

— Знаете, я умираю с голода, пойдёмте обедать?

Мой голос сорвался, выдавая волнение, что не укрылось от Грэгори. Мужчина прищурился, но настаивать не стал, так же наигранно поддержал мою идею:

— Не откажусь!

Первым из библиотеки вышел Грэгори, а вот Адриан придержал меня за локоть и тихо прошептал, обжигая дыханием кожу:

— А ты мастер переводить разговоры, — отвечать я ему не стала, только одарила недовольным взглядом. Мастер, скажет тоже! Между прочим, мог бы и предупредить, что к нему в гости решил наведаться отец, или у них это семейное — заявляться без приглашения? А если бы Эйдж не успел прислать одежду? В чём бы я предстала перед его родителем? В халате? Оригинальная вышла бы встреча, ничего не скажешь!

На кухне, когда все расселись по своим местам, я принялась хлопотать. И если до этого меня смущал пристальный взгляд Адриана, то теперь уже двое мужчин рассматривали меня так, словно я диковинный зверёк, а не обычная девушка. Впрочем, так оно и была, я была неизвестным зверьком, вот только знал об этом только один из них.

Я аккуратно порезала хлеб, а когда принялась за копчёное мясо, рядом оказался Адриан. Он лукаво ухмыльнулся и спросил:

— Помочь?

Нет, будь мы одни, я бы, может быть, и не удивилась его просьбе, но сейчас… Сейчас я заметила, с каким маниакальным блеском в глазах нас рассматривает его отец и стушевалась.

— Может, не нужно? — прозвучало крайне неуверенно, отчего мужчина ухмыльнулся шире и без спроса выхватил нож из моих рук. Мне ничего не осталось, как только подчиниться ему.

Когда тарелки были расставлены напротив каждого, хлеб и мясо разложены по тарелкам и мы заняли свои места, Грэгори не сдержался:

— Адриан, Марго замечательная девушка!

Почему он вдруг сделал такой вывод? Только из-за того, что я приготовила обед и смогла сама накрыть на стол?

Но что куда поразительнее, Адриан его поддержал:

— Согласен.

На этих словах мужчины переглянулись понимающе и одновременно широко улыбнулись. Что значили их улыбки, я не имела понятия и разбираться мне в этом не хотелось. И так кусок в горло не лез, несмотря на то, что я была очень голодна.

Грэгори ел с завидным аппетитом, сын от него не отставал, а вот я… Я пыталась расслабиться, но у меня не получалось. В итоге тарелка осталась почти полной.

Когда мужчины наелись, я отговорилась тем, что мне нужно прибрать на кухне и смогла, наконец-то, насладиться одиночеством.

С одной стороны, отец Адриана произвёл на меня положительное впечатление, а с другой… Все эти поспешные выводы и недомолвки, меня раздражали и обостряли подозрительность. То, что он обрадовался моему появлению, было понятно, но все остальные намёки так и остались для меня загадкой.

За волнительными мыслями, я успела убрать со стола, перемыть посуду и даже сесть на стул, чтобы немного перевести дух. Надо же было именно в этот момент в комнату заглянуть Грэгори. Одному. Адриана с ним не было.

— Марго, не помешаю? — мужчина улыбался, но взгляд его оставался серьёзным.

— Нет, конечно, — спустя мгновения тишины, я вдруг вспомнила о правилах приличия и подскочила на ноги. — Проходите.

Грэгори махнул рукой:

— Нет-нет, я на всего лишь хотел сказать тебе, — тут мужчина замялся, будто размышляя, стоит ли мне говорить, или нет. В итоге сдался: — Марго, я хотел бы попросить вас кое о чём.

Последние слова мне не понравились и я напряглась.

— О чём? — спросила довольно холодно.

Грэгори одарил меня внимательным взглядом, в его глубине вспыхнуло пламя и тут же погасло:

— Марго, я хочу, чтобы вы уговорили моего сына позволить мне возобновить расследование.

Я промолчала. Склонила голову, изучая мужчину. Он что-то утаивал, недоговаривал, я чувствовала приторный вкус этой лжи, но понять её природу никак не могла.

— Зачем вам это? — вопрос о том, почему он решил, будто я могу подействовать на решения Адриана, приберегла на потом.

Грэгори отвечать не торопился. Он оглянулся, будто опасаясь, что сын явится не вовремя, и только после признался:

— Потому что его «покойную», — он особо выделил это слово, — невесту видели на прошлой неделе в городке у южной границы.

Сказать, что эта новость меня огорошила, значит ничего не сказать.

— То есть, как? — выдавила, вмиг