Большая книга ужасов – 15 - Александр Белогоров

Глава 14

Сережкино приключение

Эта ночь полнолуния была очень похожа на предыдущую, только значительно теплей. С одной стороны, такое сходство наводило Антона на очень невеселые размышления, но с другой – благодаря ясной погоде можно было разглядеть хоть что-то. Хотя, в общем-то, предстоящее зрелище мальчик предпочел бы вовсе не видеть, даже во сне.

Еще вечером он методично перебрал все сорванные растения, сверяясь со своими записями, чтобы убедиться, что ничего не забыл. Потом Антон достал чашу, которую прятал внутри раскладного дивана, прикрыв старыми газетами, и долго на нее любовался. Казалось, с приближением полнолуния это произведение искусства приобретало новые свойства. Камни словно светились ярче, но свет этот был каким-то недобрым, беспокойным, даже кровавым. А иероглифы так подрагивали в полумраке, что мальчику казалось, будто они сейчас изменят очертания и превратятся в более понятные символы… Неизвестно, сколько еще Антон любовался бы этой красотой, но покалывание в груди вырвало его из оцепенения. Пора было отправляться в путь.

Уже в дороге Антон подумал о том, какой легкой и лакомой добычей мог бы он сейчас стать для какого-нибудь грабителя. Подумать только: одинокий мальчишка поздно вечером тащит в обыкновенном пакете бесценное произведение искусства! Пожалуй, ограбление было его последним шансом увильнуть от неприятного поручения. Но, увы, у преступников в эту ночь были, как видно, дела поважнее, чем проявлять интерес к какому-то пацану.

Только на подходе к кладбищу Антон вспомнил, что собирался записать произошедшее с ним и хотя бы оставить координаты того места, куда отправлялся. Как эти планы умудрились вылететь у него из головы, он не представлял. Неужели его так загипнотизировало созерцание чаши?! Более того, он умудрился забыть даже фонарик. Мальчик посмотрел на часы. Стрелки уже приближались к половине двенадцатого, и вернуться домой он никак не успевал. Что ж, оставалось обходиться тем, что есть, как в прошлый раз. Если же с ним что-то случится… Об этом лучше было не думать. Где его в случае чего искать, мог догадаться только сторож. Но пока он в своей больнице узнает, что к чему, пройдет столько времени!.. Так что рассчитывать можно было только на собственные силы.

Сергею в этот вечер не спалось. На него вообще плохо действовало полнолуние. В раннем детстве у него случались даже проявления сомнамбулизма, но с ними удалось справиться с помощью врачей, и лунатиком он себя больше не ощущал. А вот плохой сон в эти дни так и остался. Вот и сейчас, посмотрев телевизор и понимая, что быстро уснуть сегодня не удастся, он не знал, чем себя занять, изредка от скуки поглядывая в окно.

Каково же было его удивление, когда он увидел Антона, который медленно шел в сторону кладбища с каким-то довольно объемистым пакетом, озираясь по сторонам и явно не желая быть замеченным. Сначала Сергей решил, что ему это просто кажется. Он протер глаза и даже ущипнул себя, чтобы убедиться, что это не сон. Но Антон никуда не исчез и продолжал свой путь. Он едва не окликнул приятеля, но в последний момент передумал и сдержался. Если Антон хочет, чтобы его не видели, то не стоит разубеждать его, что это не так. Еще обидится и повернет назад, до более удобного случая.

Тогда-то Сережка и припомнил все странности его поведения в последнее время, начавшиеся с дурацкого спора на дне рождения. Значит, он не ограничивается дневными визитами, а заходит на кладбище еще и по ночам? Сережкина фантазия разыгралась, и в голове у него зарождались самые разнообразные предположения: от участия Антона в какой-нибудь сатанинской секте до своеобразного воспитания силы воли. А может, у него что-то случилось с головой и ночь на кладбище не прошла даром? В любом случае за всем этим скрывалась какая-то тайна. И сейчас появлялся прекрасный шанс для того, чтобы ее раскрыть.

Сережка задумался. Конечно, велико было искушение проследить за Антоном и узнать, что же все-таки он делает в таком месте в такой час. Но, с другой стороны, как объяснить свой уход? Он на цыпочках подошел к двери родительской спальни. Оттуда не доносилось ни звука. Значит, мама с папой спят. Решение нужно было принимать быстро; иначе Антон, как бы медленно он ни шел, мог уйти далеко. И Сергей решился. Быстро одевшись и взбив свою постель так, чтобы можно было подумать, что там кто-то лежит, закутавшись в одеяло, он выскользнул из квартиры.

На улице стояла тишина. В этом районе предпочитали по вечерам не гулять, даже летом. Действительно, мало ли других мест! Здесь же любой нормальный человек будет чувствовать себя неуютно и потеряет всякое желание веселиться. Антон маячил где-то впереди. Луна светила ярко, и он был прекрасно виден. Сергей же старался передвигаться в тени деревьев и домов. Это было отнюдь не лишней предосторожностью, особенно если учесть, как часто объект его слежки оглядывался. Все это напоминало игру в шпионов или сыщиков, но напряжение при этом было отнюдь не шуточное.

Когда Антон отворил кладбищенскую калитку и, нервно оглянувшись, проскользнул в нее, Сергей на какое-то время замер. Он прекрасно помнил свое последнее посещение кладбища, закончившееся позорным бегством, и совсем не горел желанием повторять этот опыт. Тем более ночью. Но тогда он так и не узнает, что там за тайна. К тому же Сережка чувствовал, что если сейчас отступит, то будет потом всю жизнь корить себя за трусость. Выходит, Антон может, а он нет?! Да и, помимо прочего, он ощущал за него некоторую ответственность. Что, если из-за того дурацкого спора, на который он его спровоцировал, Антон все-таки попал в какую-то беду? Каждая из этих причин по отдельности, наверное, не смогла бы побороть естественный страх, но все вместе они побуждали к действиям. И Сергей решился.

С колотящимся сердцем он подошел к калитке и открыл ее. Калитка предательски скрипнула, и мальчишка замер. Но Антон уже ушел довольно далеко и не услышал этого звука. Войдя на кладбищенскую территорию, Сережка ощутил почти физическое желание как можно скорее бежать отсюда, но все-таки пересилил себя. Он и подумать не мог, что ночные ощущения могут до такой степени отличаться от дневных. Все казалось гораздо страшнее и загадочнее, а в памяти невольно всплывали всевозможные просмотренные и прочитанные ужасы.

Оглядевшись по сторонам, Сергей понял, что успел вовремя. Голова Антона уже едва маячила вдали за памятниками, крестами и кустарником. Если бы ночь не была такой лунной, его бы уже вряд ли удалось разглядеть. Сережке стало ясно, что Антон прекрасно знает путь. Здесь он передвигался даже увереннее, чем по улице, по-видимому, нисколько не опасаясь случайных взглядов. Сергей еле поспевал за ним, постоянно натыкаясь на препятствия. Передвижение осложнялось тем, что ему, не в пример Антону, нужно было ступать бесшумно. Сережка так увлекся процессом слежки и преодолением связанных с ней сложностей, что, к счастью, это почти вытеснило страхи и тревоги. Они уступили место почти что охотничьему азарту.