Бессердечный - Сандра Мартон

— М-м-м, — весело произнес он. — Выглядит аппетитно.

— Э-э… да, выглядит вкусно, — ответила она, улыбаясь, словно ей было безразлично, что ему принесли кулинарный шедевр, а ей обычное мороженое.

Карим в очередной раз восхитился ее скромностью.

— Просто фантастика, — сказал он, съев кусочек своего пирожного, затем вежливо спросил: — А у тебя?

— Уверена, что оно замечательное. — Взяв десертную ложку, Рейчел погрузила ее в мороженое. — Ой, — удивилась она. — Там шоколадная ракушка.

— Правда?

Она приподняла шоколад кончиком ложки:

— Кажется, тут что-то есть. Это… это… — Она осеклась.

Сердце Карима учащенно забилось. Он положил вилку.

— Бисквит? — спросил он с притворным спокойствием. — Клубника?

Рейчел покачала головой:

— Это… — Она подняла на него взгляд. — Это маленькая синяя коробочка.

Внезапно он начал сомневаться в правильности своего тщательно разработанного романтического плана. Что он вообще может знать о романтике?

— Рейчел, дорогая… Если ты хочешь уйти…

Тяжело сглотнув, она положила ложку и, достав из шоколадной ракушки синюю коробочку, открыла ее.

— Карим. О, Карим!

Внутри было кольцо из белого золота с огромным сверкающим бриллиантом, окруженным сапфирами.

Уставившись на Рейчел, Карим ждал, когда она что-нибудь скажет. Она молчала, и Карим гадал, что сделал не так. Он сам выбрал это кольцо, когда по пути из офиса домой зашел в ювелирный салон. Он знал, что она не любит вычурные украшения, и решил подарить ей что-то особенное. Хотел, чтобы весь мир узнал о его любви к ней, и несколько часов выбирал для нее это кольцо.

Неужели оно ей не понравилось? Или, может, она передумала выходить за него замуж?

«Успокойся, — приказал он себе. — Дай ей еще минуту, затем скажи что-то вроде «Надеюсь, тебе понравилось» или «Если оно тебе не нравится, мы купим другое».

— Черт возьми, Рейчел, — хрипло произнес он вместо этого, — скажи что-нибудь.

Положив кольцо себе на ладонь, она перевела взгляд с него на Карима.

— Это самое красивое кольцо на свете!

«Слава богу».

— Я люблю тебя, — сказал он.

— Карим. — Ее глаза наполнились слезами. — Я не… я не заслуживаю.

Взяв у нее кольцо, Карим надел его ей на палец. Оно пришлось впору.

— Я люблю тебя, — повторил он, встал со стула, взял ее за руку, помог ей подняться и завладел ее губами в поцелуе, который был красноречивее любых слов.

Он всю свою жизнь ждал эту женщину. Она предназначена для него судьбой, и они всегда будут вместе.

— Рейчел, — прошептал он.

Тихо застонав, она обвила руками его шею:

— Я люблю тебя всем сердцем и буду любить всегда. Помни об этом, что бы ни случилось.

— Enti hayati. Ты моя жизнь.

Кто-то в зале свистнул, еще кто-то зааплодировал, и Рейчел очаровательно покраснела.

Положив на стол несколько купюр, он вывел ее на улицу и отвез домой. Они сразу поднялись в спальню и занялись любовью.

Когда Карим проснулся следующим утром, комната была наполнена солнечным светом. Через некоторое время ресницы Рейчел дрогнули, затем поднялись.

— Доброе утро, соня.

Улыбнувшись, она погладила его по шершавой щеке и сонно пробормотала:

— Который час?

— Пора принимать душ и одеваться, habibi. — Он нежно поцеловал ее в губы. — Мой самолет ждет нас.

Ее охватил леденящий ужас. Сев в постели, она прижала к груди простыню.

— Мы летим домой, — сообщил он. — В Алькантар.

Перелет из Нью-Йорка в Алькантар казался бесконечным. Роберта полетела вместе с ними. Она заботилась об Итане в дороге.

— Почему ты не сказал мне раньше, что мы летим в Алькантар? — спросила Рейчел Карима.

— Я собирался, — ответил он. — Но потом подумал, что так ты будешь больше нервничать.

Она не просто нервничала. Она была в ужасе. Предстоящая встреча с отцом Карима пугала ее.

— Что, если я ему не понравлюсь?

Карим обнял ее и прижал ее голову к своему плечу.

— Понравишься, — улыбнулся он. — Отец уже много лет пытается найти для меня подходящую невесту.

— Я подхожу на роль твоей невесты?

Рассмеявшись, он поцеловал ее в висок.

— Любой мужчина мечтает о такой невесте, как ты. Кстати, я рассказал ему об Итане.

— И какой была его реакция?

— Он, конечно, удивился, но обрадовался, что у него есть внук.

— Но он думает… Точнее, он знает, что Рами… Что я…

— Да.

— И?..

— И он полюбит тебя как дочь, когда лучше узнает, — немного помедлив, ответил Карим.

Она кивнула:

— Но не сразу.

На щеке Карима дернулся мускул. Его разговор с отцом был трудным.

— Моральные принципы женщины, родившей ребенка вне брака, весьма сомнительны, — холодно сказал ему король во время их недавнего телефонного разговора.

— Мир изменился, папа.

— Только не в Алькантаре.

«Ты ошибаешься», — подумал Карим.

Мир изменился даже в Алькантаре, и когда он взойдет на престол, этот процесс ускорится.

— Но мой мир изменился, папа. Рейчел изменила его. Я люблю ее и горжусь тем, что она согласилась стать моей женой.

Должно быть, король услышал в его тоне стальную решимость, раз не стал продолжать спор.

Наконец колеса самолета коснулись взлетно-посадочной полосы. Из динамика донесся голос пилота:

— Мы прибыли, ваше высочество.

Расстегнув их с Рейчел ремни безопасности, Карим взял ее за руку и помог ей подняться. Она была напряжена. Несомненно, она понимает, что ее мир изменится.

Алькантар прекрасная страна, но он определенно отличается от всех тех мест, где она бывала до сих пор.

И он сам, когда выйдет из самолета, тоже будет другим. Наверное, ему следовало предупредить об этом Рейчел, но было уже слишком поздно.

— Ничего себе, — пробормотала она, увидев с верхней площадки трапа несколько белых «бентли» с флагами Алькантара. — Карим, я не знаю, смогу ли я…

Карим обнял ее рукой за талию:

— Сможешь.

Рейчел прижалась к нему, словно хотела впитать часть его силы и уверенности. Затем она выпрямилась и гордо подняла голову.

Он прав. У нее все получится.

Вдоль шоссе, которое соединяло аэропорт с городом, росли пальмы. Город выглядел современным и процветающим. Величественный белый дворец с золотыми куполами, сверкающими под безоблачным голубым небом, возвышался над остальными зданиями.

Заехав в позолоченные ворота, они проехали еще футов двести по красивой аллее, пересекли огромный двор и наконец остановились перед входом во дворец.