Избранная. Между любовью и долгом (СИ) - Геррер Мария

– Мне нравится. Я только недавно начала.

– На охоте ты отлично держалась в седле, – очевидно, это был комплимент.

– Спасибо, – дежурно улыбнулась я. – Но не люблю охоту. Жалко живность.

– Такова жизнь, – философски заметил Альфред.

– Я люблю читать, путешествовать и мне нравится природа, – решила я поставить в известность будущего мужа.

– Я тоже много читаю. Изучаю историю в Университете. Люблю занятия спортом на свежем воздухе, хорошо фехтую и еще я коллекционирую свои охотничьи трофеи. Их чучела украшают наш дом. Каждый мужчина в душе охотник.

Вот это мне совсем не нравится. Брр! Мумии бедных убитых животных. Мы сидим за столом, а над камином висит голова оленя и смотрит на нас стеклянными глазами. Да уж, приятного аппетита. Кошмар какой!

Но я получила исчерпывающую информацию о потенциальном женихе. Еще есть время, можно посмотреть других претендентов, которые не любят чучела. Хотя и у них могут быть пристрастия, которые мне не понравятся.

В оранжерею вошли моя тетя и родители Альфреда.

– Секретничаете? – игриво поинтересовалась княгиня.

– Нет, что вы! – заверила я ее. – Цветы посмотрели и хотели идти к вам продолжить чай пить.

– Орхидеи прекрасны, – заметил Альфред. – Мне очень понравились.

– Вот и чудно, – заулыбалась его мамаша. – У вас так много общего.

Ага, особенно любовь к охотничьим трофеям!

Все вернулись в гостиную. Княгиня предложила помузицировать. Князь играл на рояле, а она пела. И, надо отдать должное, у них получалось отлично. Им можно с гастролями выступать. Думаю, грандиозный успех обеспечен. Но решила не говорить об этом вслух. Наверняка не так поймут.

Потом на рояле играла моя тетя. Тоже неплохо, но не так виртуозно, как князь. Чуть позже Альфред спел под аккомпанемент отца трогательный романс о несчастной любви рыцаря к прекрасной даме. В конце все благополучно умерли.

Моя тетя прослезилась. Буля тихонько поскулил. Видимо из солидарности с тетей Аней. Хорошо хоть в голос не завыл. Хотя по мне, он совершенно прав. Я тоже от этой тоски заскулила бы. Но воспитание не позволяет.

– Жаль, моя племянница не играет на музыкальных инструментах, – призналась тетя.

– Это упущение, что метта Элинор не умеет музицировать, – поджала губы княгиня. – В таком возрасте уже поздно учиться подобным вещам.

По лицу Альфреда тоже пробежала тень разочарования.

Мы вернулись к столу. На этот раз дамам налили вина. Я покрутила за ножку высокий хрустальный фужер.

Вообще-то метта Элинор умеет музицировать. Я на пианино виртуозно играю собачий вальс. Но решила не демонстрировать свои музыкальные способности и пристрастия. Хотя, возможно, здесь собачий вальс не слышали. Может он произведет фурор?

Итак, княгиня еще думает, подхожу я ее сыну или нет? Нет, не подхожу. Вернее, он мне не подходит. Не хочу жить под одной крышей с охотником и его чучелами.

Я решаю, пойду замуж за ее сына или нет, если княгиня Нарбут не в курсе. Скажу Грегу, что хочу другого жениха. Шатена с красивой бородой. Вообще не помню, как его зовут. Надо у тети узнать.

Надеюсь, шатен не охотник. И не бабник. И не любит петь тоскливые романсы. И вообще, он обожает длительные путешествия за моря без жены.

Точно, я мечтаю о капитане дальнего плавания. Очень дальнего. Чтобы виделись нечасто. Пусть покоряет новые земли для Империи. А я буду верно ждать мужа в замке.

Романов заводить не буду, но и видеть супруга хотелось бы пореже. Уж лучше жить одной, чем с нелюбимым. Вон тетя, не вышла замуж, и ничего.

Но такого мне не позволят, а жаль. Мы же должны поддерживать государственные артефакты. Так что жить нам придется вместе.

– Элинор! Элинор! – голос тети вернул меня в гостиную. – Передай господину Альфреду конфет.

Ах, да, конечно же! Я быстренько взяла вазочку, протянула Альфреду и неловко опрокинула его рюмку с коньяком. Бурое пятно растеклось по белоснежной скатерти.

– Простите, – промямлила я.

– У моей племянницы сегодня был сложный день. Она очень устала, – зачем-то оправдывалась тетя.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Ничего страшного, – кисло произнес Альфред и мученически вздохнул.

– Разумеется, ничего страшного, – в тон сыну произнесла княгиня и слегка закатила глаза к потолку.

Мы посидели за столом еще немного и гости, наконец, засобирались восвояси. Прощание было долгим. Князь от себя лично и от членов своей семьи заверил, что в восторге от проведенного вечера. Что все было просто замечательно. Очевидно, ему все равно, что я не музицирую и совершенно не умею вести себя за столом. Проливаю напитки направо и налево.

Князь мне понравился. От такого свекра я бы не отказалась. А вот возможная свекровь – кошмар любой девушки. Да и жених тоже на любительницу охотничьих трофеев.

– Нет, какова княгиня?! – возмущенно воскликнула тетя, как только двери за гостями закрылись. – Что она о себе возомнила? Это мы выбираем тебе жениха, а не они присматривают партию сыну. Такого снобизма я давно не видела. Кто мы и кто она? Да я ее больше на порог не пущу. Я – маркиза Блантейн. Этот высокий титул пожаловал мне самолично покойный Император за заслуги перед отечеством. А она всего-то княгиня средней руки.

 – Да забудь ты о ней, – попросила я тетю.

– Тебе правда нравится Альфред Нарбут? Безвольный маменькин сынок!

– Нет, мне он не нравится. Но не потому, что смотрит в рот маме, а потому что любит охотиться. Да еще и трофеи собирает.

– Я об этом не знала.

– Я тоже. Иначе бы даже знакомиться с ним не стала. Только время терять.

– Кто у тебя еще на примете? – деловито осведомилась тетя.

– Шатен с бородкой. Благородно выглядит.

– Шатен? – задумалась тетя. – С бородкой? И я на него тебе указала?

– Да, ты. Но ты на многих мне указывала.

– А еще какие у него приметы?

– Повыше меня, – я напрягла память. – Да не помню я больше ничего. Одет был во фрак.

– На балу половина мужчин во фраках. И большинство шатены, – вздохнула тетя. – Могла бы немного повнимательнее присматриваться к кавалерам, на которых я обратила твое внимание.

– Не надо было на меня вываливать столько информации. «Этот очень сильный маг, но у него плохая родословная. Этот послабее, но у его семьи масса сторонников. А этот страшненький, но тебе подошел бы идеально», – передразнила я тетю. – Вспомнила, у него на лацкан был приколот золотой лев. Мне он очень понравился, в лапе держит меч и улыбочка во всю морду.

– Ну вот, уже что-то, – обрадовалась тетя. – Поняла про кого ты говоришь. Да, молодой человек из хорошей семьи. Он органично дополнит тебя, и вы составите сильную пару. И его отец ярый сторонник конституционной монархии.

– Ну да, конечно, это самое главное, – кивнула я.

– Не остри! – одернула меня тетя. – Придет время, тебе придется самой окунуться в политические интриги.

– Зачем? – поинтересовалась я.

– Чтобы приносить пользу стране, – уверенно заявила тетя.

– А без интриг никак эту пользу приносить нельзя? – не унималась я.

– Ты еще слишком молода, не понимаешь очевидных вещей.

– Так объясни мне.

– Элинор, ты удивительно упрямая девчонка. Сегодня мы обе устали. Обещаю, в ближайшее время поговорим на эту тему. А сейчас у меня жутко разболелась голова.

Вот так всегда. Тетя ловко умеет прекратить разговор, который ее раздражает.

– Ладно, я тоже устала. День был сложный. А завтра я еду на пикник с Грегом.

– Да, он сказал мне. Это очень хорошо, – заметила тетя. – Тебе надо активно вращаться в высшем обществе. То, что ты протеже Канцлера, сыграет тебе на руку.

Вот так, я протеже Канцлера. А я-то надеялась, что мы друзья… Впрочем, это только мнение моей дорогой тети. А что думает об этом Грег, я постараюсь узнать завтра.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

 Глава 21

В одиннадцать утра я уже сидела верхом на сером коне. Мне очень нравилось, как я выгляжу. Время от времени поглядывала в большое окно нашего особняка и беззастенчиво любовалась своим отражением. Гордая осанка, изящная фигура. И отлично держусь в седле. Тщеславие мне точно не чуждо.