Золотой мальчик - Виктор Меньшов

И пока я рассматривал оружие, обдумывая ситуацию, он налил наши фужеры ещё на половину и аккуратно закрыл пробку на бутылке.

— Ну так как, поможешь мне? — спросил он, поднимая бокал.

И выпил содержимое, не ожидая ответа.

Я последовал его примеру, и пока медленно жевал лимон и обдумывал свой категорический отказ, зазвонил телефон. Я вопросительно взглянул на хозяина.

— Это в коридоре, — пояснил он. — Общий, квартира-то коммунальная, а сотовый это, брат, служебный, для деловых бесед. Ты посиди, я послушаю.

Он пошёл в коридор, но открыв двери вернулся, звонок оборвался.

— Сосед взял. Раз не зовёт, значит его. Ну что — пошли? — даже не спрашивая больше о согласии, считая вопрос исчерпанным, пригласил он.

Подошёл к креслу и стал натягивать пальто. Я встал, не зная что сказать, повертел в руках ремень с кобурой, попытался его приладить, но конструкция ремней была слишком хитрой для меня. Подполковник подошёл и молча приладил кобуру под левое плечо. Я помахал руками, ничего мне не мешало. Он взял со стола пистолет, оттянул ствол, загоняя патрон в патронник, поставил оружие на предохранитель и протянул рукоятью в мою сторону.

— Владей. Обращаться умеешь?

— Я оружие хорошо знаю, — обиделся я.

— Откуда? — с интересом посмотрел он. — Ты же в армии не служил.

— У меня отец — кадровый военный. Я в военных городках вырос. И стрелял неплохо, пока зрение не испортилось.

— Ну, метко стрелять можно и с закрытыми глазами.

— Это как это?

— Покажу потом как. А пока пошли.

Он протянул мне две обоймы, я засунул их в сумку с видеокамерой, мы вышли в коридор, где столкнулись с круглым, как глобус, Ариком. Он стоял у телефонного аппарата, стоявшего на прибитой к стене полочке о чём-то задумавшись.

— Ты чего, Арик? — спросил подполковник. — Случилось что?

Арик поднял голову, его благодушное лицо исказила гримаса злобы, от напускного радушия не осталось и следа.

— Случилось! — со злостью огрызнулся он. — Дочку мою утром убили какие-то мазурики. А ты вместо того, чтобы ловить кого следует, дома водку пьёшь, молодёжь спаиваешь. Напишу вот про тебя…

— Да у него самого… — начал я, но подполковник сжал мне плечо так, что я едва в штаны не написал, и я прикусил язык.

— Может быть, помочь чем надо? — спросил осторожно подполковник.

— Надо! — почти прокричал Арик. — Только ты знаешь, сколько похороны нынче стоят?!

Лицо его пошло лиловыми пятнами, он астматически задыхался, в самых уголках рта, едва заметно, выступила пена. Подполковник посмотрел на него сверху вниз, и как-то мимо, слегка отодвинул плечом и пошёл к выходу. Я последовал за ним, и едва не разбился вдребезги о неожиданно остановившуюся и окаменевшую спину.

— Где и когда убили твою дочку? — не оборачиваясь спросил он у Арика.

— Какое твоё собачье дело?! — по инерции огрызнулся тот.

— Ты не собачься, дружок, я этого не люблю, ты же знаешь. Зять твой на Ярославском шоссе живёт?

— Ну?

— Да не нукай ты! Отвечай толком.

— На Ярославском. А ты что, опять в милицию подался?

— Эх, ты, милиционерами рождаются, а человек, как известно — только один раз может родиться. Дай мне телефоны твоего зятя.

Арик заколебался.

— А за какой такой надобностью? — подозрительно сощурился он. — Ты же пенсионер, какое ты имеешь отношение к этому делу?

— Прямое! — громыхнул, словно кулаком по столу, подполковник. — Там моего племянника убили, между прочим. И если ты не будешь мне помогать — я следствию доложу о том, как ты тут о стоимости похорон рассуждал.

— Я теперь могу о чём угодно рассуждать. У нас свобода слова. И потом, я разве виноват, что нас нонешняя власть довела до того, что мы живём, как нищие?

— Это до чего же тебя власть довела? До свободы слова? Для тебя никогда хорошоей власти не будет, потому что тебе и старая власть воровать мешала, и новая это дело не очень поощряет. Ты давай, содействуй, а не то я много тебе неприятностей могу доставить.

— Это каких таких неприятностей?

— Ну, например, могу рассказать, как ты деньги вымогал у дочки, пока тебя зять на место не поставил. Я же слышал, как ты её по телефону шантажировал мерзко, грозил родной дочке, что если она тебе денег давать не будет, ты мужу её небылиц наплетёшь, мол, отцу он не сможет не поверить. Было это?

— А ты докажи!

— Это ты доказывать будешь. Зять при мне приезжал с охраной, с тобой разговор имел крутой. Я, кстати, всё спросить хотел, ты почему потом почти час в туалете сидел?

— А ты не мог остановить безобразие, купили тебя, наверное, зять мой с его бандитами.

— Так ты даёшь мне телефоны зятя? Или…

— Да на, подавись, — он схватил с полочки возле телефона ручку, листок и стал быстро писать.

— Кстати, как зять с дочкой твоей жили, ты не в курсе? — глядя в сторону, спросил подполковник.

— А, вот что тебе интересно! — обрадовался Арик. — Я к ним в спальню не заглядывал. А дочка моя часто на него жаловалась. Особенно в последнее время…

— И на что же она жаловалась тебе? — подполковник спрашивал как бы нехотя, но я чувствовал, как он весь напрягся.

— На что жаловалась? Угрожал он ей, вот на что.

— А чего он ей угрожал? Просто так, что ли? Может, были причины?

— Причины-то? Как не быть! Были у него причины. Страховаться она не хотела. — Это почему же? — полковник так и стоял спиной к Арику, не отпуская дверной ручки.

— Ты чего, Мишка? Совсем глупый стал? Для чего страхуются не знаешь?

— Знаю, почему не знаю. Только что в этом такого?

— Ты брось придуриваться, — разозлился Арик. — Он хотел, чтобы она застраховалась на большую сумму денег. На очень большую.

— Так он и сам мог её застраховать.

— Сам не мог. Он хотел, чтобы она сама застраховалась. И даже сам на большую сумму застраховался, чтобы её убедить…

— Ты когда дочку видел в последний раз? — неожиданно резко обернулся подполковник всем корпусом к растерявшемуся Арику.

— Давно я её не видел, — засуетился Арик.

— Когда же она тебе про страховку рассказала?

— Да пошёл ты, Мишка! Не буду я с тобой разговаривать…

— Будешь, Арик! Как миленький будешь. Тебе лучше со мной поговорить, чем со следователем. Давай быстро колись, некогда мне. Только чтоб без вранья! Я знаю, что зятя ты ненавидишь за то, что он тебя к порядку призвал и пообещал за шантаж голову отвернуть. Говори.

— Так чего говорить, если ты мне не веришь?

— Это у меня служба такая — доверять, но проверять. Давай, пой.

— Да нечего особо рассказывать. Встретил я её на улице, в кафешке тут недалеко, она домой ко мне не хотела заходить, а я к ним не хожу.

— Небось, опять денег у неё выцыганил?

— Она сама мне дала немного. Я ей только и сказал по телефону, что нельзя отца родного забывать, родителю помогать надо, если уж заделалась миллионершей.

— Так уж и миллионершей!

— А то! Так вот, она мне и рассказала, что муж её застраховался на большую сумму денег, на какую не сказала, и спросила меня, стоит ли ей страховаться, что муж предлагал.

— Ну и что ты ей присоветовал?

— Я ей и сказал, что как только она застрахуется, муж её сразу же утопит, или чего ещё с ней сделает. У него вон какие головорезы служат.

— А она что ответила?

Арик сердито посопел, покосился в сторону, но ответил честно:

— Она сказала, что я всех под свой росточек меряю.

— Правильно она сказала, Аристарх. Давай телефоны. Это он тебе позвонил?

— Кто же ещё? — протянул мне Аристарх бумажку с телефонами.

Я взял её и передал подполковнику. Тот сунул бумажку в карман и вышел на лестницу, я проследовал тем же путём, как кораблик за ледоколом.

Во дворе подполковник сразу же затащил меня за угол и стал набирать номер по бумажке на сотовом телефоне. Ему пришлось повозиться, пока его соединили, искомого человека не было на месте, и подполковника отсылали от телефона к телефону, которые он старательно записывал на листочек, отчего тот вскоре стал похож на маленькую телефонную книгу. Наконец его соединили.

— Господин Кораблёв? — вкрадчиво промурлыкал подполковник. — Вас беспокоит подполковник Капранов. У меня к вам несколько вопросов. Что? Только в присутствии адвоката? Помилуйте, мне не хотелось бы утруждать вас и приглашать к нам… Ах, вас это не затруднит. Тогда попробуем по-другому. Нас никто не слышит? Это точно? Я спрашиваю так потому, что это в первую очередь в ваших же интересах. Хорошо. Я веду расследование убийства вашей жены и похищения сына, так сказать, частным образом. Нет, я не прошу оплатить мне расходы. Дело в том, что в перестрелке погиб мой племянник, он нёс охрану в вашем доме. Не стоит, не извиняйтесь. У меня всего несколько вопросов. Почему вы так поздно позвонили отцу вашей жены? Что?!