Маджуро - Данияр Саматович Сугралинов

слова старшей подруги и нервно переминаясь с ноги на ногу. — Если нравится — давай деньги, и мы пошли!

— Прикуси язык, сиповка, пока я тебя этой бандурой по голове не приложил! — рявкнул Рамо.

Из коридора начали доноситься звуки приближающейся драки. Рамо резко поднялся:

— Клянусь сияющим болтом Двурогого, нужно валить отсюда, пока нам всем по рогам не настучали!

Вместе с Ирмой и дерзкой девчонкой он без приключений выбрался из опасного района, нацепив самое зверское выражение лица, какое мог. Что делать с маленькой воровкой, он уже понял.

Престижный квартал, в котором находился дом Бахрома, располагался, как ни странно, совсем недалеко. Соседство, конечно, сомнительное, но дом с видом на море считался достойным приобретением, и земля здесь дорожала с каждым днем.

Было удивительно наблюдать, как грязные, залитые помоями улицы с каждым шагом волшебным образом преображались в образцово-показательную мостовую. По бокам вырастали новые богатые дома, окруженные деревьями и цветами, а их резные высокие ограды поражали причудливостью и оригинальностью изгибов.

Девушки глазели по сторонам и вовсю крутили головами. Мелкая с долей страха — ей всюду мерещилась стража. Ирма же с немым обожанием в глазах: жизнь в роскошном доме, как она не раз признавалась Рамо, — это все, о чем она только могла мечтать.

Он же не видел окружающего великолепия, да и стражи бояться устал. Мужчина споро и уверенно шагал к единственной цели. Его сознание ликовало, рисуя картины одну радужнее другой. Если дело выгорит, и вещь в его руках действительно стоящая, то это реальный шанс зацепиться!

— Мне вы отдадите половину денег, понятно? Это мой подсвечник, я его украла! — Мелкая, похоже, волновалась, что когда дойдет до дележки, о ней и не вспомнят. Так что девчонке ничего не оставалось, кроме как напоминать о себе и капать вору на мозги.

— Ты как назойливая муха! Что за девки пошли? Сразу видно, что растешь как сорняк, и выпороть тебя некому!

Девочка сделалась пунцовой, но позиций не сдавала:

— Да мне скоро четырнадцать! И я давно себе еду сама добываю!

— Да что ты говоришь! — расхохоталась Ирма. — Ты же попрошайка и воришка! Знай свое место, мелюзга, а то допрыгаешься! Не сейчас, так потом, и скорее рано, чем поздно.

— Вы еще услышите мое имя и не раз! — рассвирепела Кора. — Когда-нибудь я приеду на дорогой карете, вся в шелках, под ручку с богатым господином! А вы мне в ножки будете кланяться!

— Ладно, ладно, успокойся! А сейчас помолчи, мне нужно подумать, как разговаривать и вести себя с главным, — закончил разговор вор. — Мы пришли.

Дом Бахрома впечатлял своими размерами. У Рамо в голове не укладывалось, зачем человеку может понадобиться столько места?

Обойдя дом через подворотню, компания приблизилась к неприметной, увитой плющом калитке, и вор постучал. После длительного ожидания с обратной стороны поинтересовались:

— Кого там Двурогий принес?

— Это Рамо, у меня для Бахрома подарок.

Глава 22. Особое поручение

Вслед за обескураженной фавориткой императора Кейринией их приватную беседу попыталась прервать Присцилла — второй номер в списке Маджуровых любовниц, — но ее, под последовавший восторженный гогот Ленца, Лука тоже отправил восвояси, стараясь не смотреть на манящий черный треугольник.

Впрочем, на наготу Присциллы — на девушке была лишь легкомысленная прозрачная шаль — кое-что у Луки отреагировало, как и положено. В конце концов, он был четырнадцатилетним подростком, да еще и в теле похотливого императора-кобеля. Маджуро все еще красовался без одежды, и реакция взбунтовавшейся части его тела вышла красноречивая. К счастью, Присцилла уже ушла и не увидела момента своего триумфа. А глава имперских лекарей тактично промолчал, не став акцентировать внимание на налившемся кровью органе.

Некоторое время Ленц продолжал вводить Луку в курс дела, пока их не прервало появление первого советника Наута с начальником дворцовой стражи Гектором. Первый на всякий случай рухнул на колени:

— Ваше поручение выполнено, повелитель! Я привел капитана Гектора!

— Еще кто кого привел… — нахмурился тот. — Что вам от меня нужно с самого с ранья? Наут вытащил меня из-за стола, когда я завтракал! А я не люблю остывшее! И если повод пустячный, клянусь Пресвятой матерью, вы пожалеете!

Седовласый мощный мужчина с орлиным носом и косой саженью в плечах огляделся. Одет он был в небрежно заправленную в штаны рубаху и начищенные сапоги с высокими голенищами. Лука понял, что это и есть капитан дворцовой стражи, и от того, сумеет ли он склонить того на свою сторону, зависело многое.

Ситуация была знакома: из наследия Эск’Онегута в памяти мальчика мгновенно всплыли и нужные образы, и шаблоны поведения. Судя по тому, что и Наут и Ленц не удивились, подобное обращение для начальника дворцовой стражи было типичным. Но Лука-Эск поразился наглости Гектора. Серьезно? Вот так говорить со своим императором? Похоже, предыдущий владелец тела уронил авторитет ниже некуда.

— Повод не пустячный, пока еще начальник дворцовой стражи. Всего-то покушение на твоего повелителя. — Маджуро пожал плечами и задорно улыбнулся. — Запри дверь, Гектор. Разговор не для посторонних ушей. Да, и не дай ему уйти!

Гектор проворно задержал внезапно поспешившего по каким-то важным делам Наута и ловко врезал тому под дых. А потом, для профилактики поддав еще и по жирной заднице, он запер дверь и заинтересованно посмотрел на императора.

Новость о покушении — банальщина, такое случалось чуть ли не каждый месяц-два. Но вот реакция Маджуро резко контрастировала с тем, что ему обычно доводилось видеть: никаких истерик, топанья ногами и требований «немедленно всех на кол до седьмого колена»! Или эта свинья просто обкурилась тассурийского дурмана?

— Насколько я понимаю, покушался Наут? Но как? Он даже ложку в руках удержать не может. — Гектор с презрением посмотрел на стонущего первого советника.

— Бывший первый советник Наут использовал свое положение, чтобы во время процедуры перелива подмешать отравляющее вещество. К сожалению, он воспользовался моим доверием. — Ленц виновато склонил голову. — Император в курсе и уже назначил мне наказание.

— Что? — завопил Наут и попытался встать, но капитан с удовольствием пнул его еще разок и прижал к полу. — Все было не так!

— Заткни его! — приказал император. — Я знаю, как было.

Гектор стянул чулок с ноги первого советника и засунул ему же в рот. Обдумав услышанное, он нахмурился еще больше и пожевал губами, прежде чем сказать:

— Повелитель… — было видно, что подобное обращение дается ему тяжело. — Как капитан дворцовой стражи, а значит, лицо, вынужденное вас охранять…

— Вынужденное? — Маджуро поднял бровь. — О, дорогой Гектор, я совсем не хочу тебя принуждать! Ценю то, как ты преодолеваешь