Охотник встает спозаранку - Сергей Земцов

словах сам Васнецов присел на корточки, ухватился за край асфальта и спрыгнул вниз. Он присоединился к Полине и принялся стрелять по атакующим баргестам.

Одна из тварей сомкнула свои челюсти на лодыжке Андрея, отчего охотник взвыл от боли. Баргест атаковал, по его мнению, самого беззащитного, но Андрей всё же взял себя в руки и, прицелившись, нажал на спуск, пробив бок адской твари. Челюсть ослабла, но баргест был ещё жив и не хотел отпускать добычу. Тогда охотник приподнялся, крича при этом от боли, и снова выстрелил, в этот раз практически в упор в голову. Труп обмяк и упал на землю, вот только легче от этого не стало. Ещё две твари с противоположных сторон подошли к нему и приготовились к прыжку.

В этот момент сразу трое баргестов наступали на Васнецова. Они двигались очень быстро, не позволяя охотнику прицелиться, а палить наугад было очень опасно. В таком маленьком пространстве можно зацепить своих, да и рикошет никто не отменял. Поэтому он успел застрелить одну тварь, ранить вторую, а третья сбила охотника с ног.

У Полины дела шли лучше, чем у остальных. Она зарубила уже четверых баргестов и перед ней остался ещё один. Вот только он оказался самым быстрым, изворотливым и хитрым. Ловко увернувшись от удара мечом, он кинулся Полине в ноги и уронил её на пол. Она попыталась сделать ещё один рубящий удар, но лишь зацепила ухо монстра, а тот встал ей на грудь двумя большими когтистыми лапами и, извернувшись, прокусил ей запястье. Девушка взвизгнула, выронила меч, а из раны хлынула кровь. Она резко дёрнулась, пытаясь сбросить с себя баргеста, но тот махнул своей лапой и ударил Полину по лицу, оставив когтями глубокие рваные раны. Она закричала от боли и ярости, тогда как тварь примерялась в место на шее, чтобы одним махом перегрызть так сладко пульсирующую сонную артерию.

Вот только сделать это тот не успел. С боевым кличем прямо ему на спину спрыгнул Кузя и нанёс сразу несколько ударов хлыстами из арматуры. Тварь кувыркнулась, сбросив с себя невесть откуда взявшегося человека, и приготовилась к новой атаке. Кузя тоже был готов. Он встал в боевую стойку, держа в руках два длинных куска арматуры, как мечи, и как только монстр его атаковал, ловко увернулся и прошёлся по его бокам серией ударов, крошащих рёбра и приносивших невыносимую боль.

— Что, тварь, не нравится? — ехидно поинтересовался Кузя.— То ли ещё будет!

Он бросился в атаку, не давая баргесту шанса прийти в себя. Охотник молотил его градом ударов, а под конец раскроил череп твари так, что куски мозга вывалились наружу.

Остальные баргесты на миг отвлеклись от своих жертв. Просто Кузя так эпично охаживал арматурой одного из их сородичей, что монстры просто оторопели от такой человеческой наглости. Этой заминки хватило, чтобы Васнецов выпустил остаток магазина по двум тварям, что пытались его окружить.

Андрей тоже не терял времени даром. Сначала он выстрелил в того противника, что находился ближе и сразу же навёл ствол на второго, который уже прыгнул, метясь прокусить шею. Очередь из автомата настигла его в прыжке, и мёртвая туша рухнула на охотника, чем причинила ему новые приступы боли.

Остался последний баргест. Он передумал атаковать, разглядывая разъярённых и окровавленных охотников. Полина с изуродованным лицом рычала, как тигрица, и сжимала в левой руке меч не менее уверенно, чем в правой. Кузя продолжал грозно рассекать арматурой воздух, при этом он был весь заляпан кровью, но не своей, а сородичей выжившего монстра. Андрей, несмотря на всю свою боль, вновь стоял, опираясь на здоровую ногу и сжимая в руках автомат; ему помог подняться Васнецов. Сам же командир отряда перехватил за ствол свой автомат с опустевшим магазином и приготовился им бить, если вдруг тварь решит броситься в атаку.

Прикинув в своём не очень большом мозгу шансы на выживание, баргест решил не искушать судьбу, отступил и поспешно скрылся в небольшой норе, вероятно, ведущей в основную пещеру.

Ещё с минуту охотники стояли, смотря на чёрную дыру, а затем все разом сели на пол и выдохнули.

— Похоже, на сегодня мы отвоевались,— морщась от боли, произнёс Андрей.

— Я — так уж точно,— горестно произнесла Полина, ощупывая своё лицо кончиками пальцев и вздрагивая от боли. Находящийся рядом с ней Кузя всеми силами пытался не выдавать свои эмоции при виде ран на лице девушки.

Вот только это удавалось ему с трудом. Полина заметила выражение его лица и задала вопрос:

— Что, так плохо?

— Ну что ты… Нормально всё. Зашьём — и будешь как новенькая!

— Ага, как монстр Франкенштейна.

Пока Кузя утешал Полину, Васнецов присел рядом с Андреем и принялся осматривать его раны.

— Андрей, где Леший, Семён и Макс? — задал он вопрос раненому охотнику.

— Семён и Макс — двухсотые, Леший мне в спину выстрелил, так что он для нас тоже считай покойник. Где Костя?

— Нет Кости,— покачал головой Васнецов.

— Это всё Седой нас в расход пустил. Он как узнал, что вы внизу, то даже разбираться не стал. Отдал приказ всё минировать и взрывать. Его люди почти сразу были готовы нас пристрелить. Видимо, их заранее проинструктировали.

— Но почему? Нормальный же мужик был. Я не в одной совместной вылазке с ним бывал. Даже поначалу служил в его команде.

— Помню. Потому и удивлён не меньше твоего. Похоже, незабвенное «своих не бросаем» не про него. Ребят жалко. Я хотел их к нам в команду агитировать, ну кроме той падали, что продал нас.

— Ладно. Разберёмся. Ты как в целом?

— Херово. И в целом, и по частям. Что это за место такое, кстати?

Васнецов перевязывал новые раны Андрея, а тот в это время решил немного осмотреть помещение, в котором они оказались. Это была комната с пятью углами. Стены покрыты толстым слоем грязи, из-под которой проступала облупившаяся краска, некогда зелёная. Одна из пяти стен была заложена кирпичом. Посмотрев на свежую кладку, Васнецов высказал догадку:

— Что-то мне подсказывает: с той стороны этой стены мы уже были. Там под нами рухнула плита. Получается, кто-то замуровал эту комнату, но зачем?..

Он подошёл к одной из стен и внимательно присмотрелся, а затем, повернувшись к Андрею, прокомментировал.

— Это не грязь. Это та самая чёрная слизь, в которую я вляпался внизу.

— Что-то типа эктоплазмы?

— Нет, что-то другое.

—