Наследник огня и пепла. Том V. Кровь и дороги - Владислав Добрый

преданных последователей и одарил этой силой. Детали разнились — в Королевстве рассказывали про Исток Магии, в который Император окунул людей, подразумевая что-то вроде фонтана или озера. На севере упоминали Корни Мира, оставившие след в душах первых воинов Императора, и где и сам Император получил свои силы и мудрость. В Регентстве, не иначе под влиянием Имперского Культа, все сводилось к личному «благословению» Императора. За морем выдвигали куда более интересные идеи. Например, что Император вживил в своих воинов кусочки стихийных духов, «называемых элементалями». Эта теория показалась мне наиболее интересной, хотя Магн никогда не о каких элементалях не слышал. Зато я в играх постоянно на них натыкался.

Из контекста я осознал, что сама история появления аристократов с талантами стихиям не такая уж большая тайна — для образованного человека. То есть, примерно для пары тысяч человек по всему известному миру. В общих чертах все понятно, неясны только детали.

Я дочитал свиток до конца и задумался. Что было бы, если против армии нежити на древнем тракте выступили отец Магна и Гонорат, плечом к плечу? Прикрыть этих двух телохранителями, усилить свитой из магов послабже… Нет, выстоять они бы не смогли. Но сжечь сотни, если не тысячи врагов, эти два самоходных огнемета вполне способны. А если бы таких как они в Караэне было штук десять? Или двадцать?

У меня волосы на голове зашевелились. Это был испуг, как на экзамене, когда вдруг понимаешь, что ответил неправильно. Мои две сотни пехотинцев просто бессмысленная трата времени. Выступи против них Гонорат с десятком всадников, то он сжег десятка два, а остальные бы разбежались. Впрочем, я быстро успокоился. И отец и Гонорат были поистине выдающимися огневиками. Возможно, сильнейшими в Регентстве. То есть это уникальный, штучный товар.

Только сейчас до меня дошло, что в конечном итоге власть отца держалась не на деньгах, владениях и стражниках. А на том простом факте, что если его кто-то разозлит, то Старый Змей мог прийти и сжечь этого дурака вместе со всеми, кто окажется рядом. И это до сих пор, во многом, поддерживает мою власть. Гонорат, которого я не смог тихо придушить по доброте душевной, даже сидя в подвале остается невидимой, но ощутимой проекцией моей власти. Весьма вольно чувствующие себя Серебрянные так ни разу в полный голос и не потребовали суда над ним. А ведь Гонорат буквально поставил город на край если не гибели, то захвата чужеземцами.

Люди довольны тем, что я загнал чудовище под землю и даже не просят большего. Подозревая, что в случае необходимости я его вытащу.

Любой аристократ с талантами среднего уровня или проведший достаточно времени в Университете имеет преимущество над любым человеком, как если бы у него всегда с собой был револьвер.

Дйев, подлец, был прав в своей традиционной косности. Мне надо было собирать вокруг себя аристократов. Младших сыновей, просто разорившихся. Я бы получил сотню или две «ковбоев». Дарить им подарки, земли, лошадей. Это бы было дороже, но я бы получил куда большую силу, чем две сотни пехотинцев. Мои «чушпаны» просто мишени для всадников Дйева. Ну, почти — все же там далеко не каждый способен ударить магией достаточно сильно, чтобы убить. Да и доспехи со шитами могут помочь. Тем не менее, надо подумать о привлечении в свою пехоту аристократов. Насколько я знаю, тот же Матль что-то может. Просто он не ходил в Университет, поэтому не умеет использовать свою магию максимально эффективно.

Нет, слишком много возни с аристократами. Слишком дорого обойдутся. А главное, они никогда не будут преданы. В какой-то степени мы с ними равны. То, что я более знатен вызывает у них скорее желание бросить мне вызов — ведь в боевой магии то я, как раз, не могу с ними соперничать в принципе. А это чистый показатель и силы, и знатности.

— Простите меня, сеньор Магн, — я слишком долго сидел и думал. Бруно не выдержал и начал оправдываться. Только я пока не понял, за что. — Я перепишу эту часть. Разрешите я немедленно сожгу этот свиток. Просто когда писал эту глупость… К тому времени я устал… И я не подумал…

— Почему, — искренне удивился я. — Это хороший труд.

— Но ведь, — Бруно вскочил, поклонился. И тихо забормотал, не поднимая головы, стараясь чтобы слышал только я. — Некоторые глупцы могут подумать, будто я намекаю… Сделать нелепые выводы… Будто магия в благородных семьях… Может быть… Кто-то может стать аристократом не имея благородных предков… А еще кровь слабеет…

Я откинулся на спинку кушетки. Действительно. Это очевидный вывод для того, кто в теме, но я мыслю иначе, ведь я не из этого мира. Хотя, в моем мире часто можно встретить похожее. Раздражение некой условной «элиты» выскочками. Каждый дурак может взять кредит и купить дорогой телефон. Или даже машину. Ну и как, спрашивается, показывать свою исключительность? Люди крайне болезненно воспринимали «выскочек», в любой сфере.

Трудно смириться, например, профессиональному музыканту, что некий полубомж и алкоголик может вдруг взять и выдать текст и мелодию, от которой в восторге миллионы. А ты, такой уникальный, из музыкальной семьи, с музыкальной школой за плечами, пишешь правильную и красивую музыку, которая никому не нужна. Но это и в сотую часть не так болезненно, как если знать, что ты от природы лучше других, а потом приходит Бруно и говорит что твоего далекого предка просто заколдовали. Чтобы он мог людей на расстоянии убивать. Или прокляли. И следующий шаг в этом осознании в том, что так с любым можно сделать. Взять вон ту девку, которая сейчас тарелки на столе расставляет, и превратить в ходячий огнемёт. К тому же, раз это передается по наследству, то неизбежно будет слабеть — все равно ведь измененные люди будут смешиваться с нормальными. А этот наследственный признак, похоже, рецессивный. Пройдет еще пять, или даже пятьдесят поколений — и твои потомки максимум с зажигалкой смогут посоревноваться. Уже сейчас я бы не колеблясь предпочел иметь под рукой