Ультиматум - Алекс Орлов

– Всем средствам ПКО – огонь! – закричал полковник, забыв, что «си-джинликс» действуют с большого расстояния и дотянуться до них пока что нет никакой возможности.

– Старт произведен с торпедоносца типа «каракурт», – подвел итог командир РЛС-службы. – Перед ним идет малый артиллерийский крейсер типа «АВХ».

– Уничтожить этих ублюдков! – потребовал Твиддек.

Через несколько секунд с борта флагмана «Арзаил» ударил залп орудий главного калибра.

Половина этого залпа пришлась по крейсеру, закрывавшему торпедоносец, куски его надстроек веером полетели в разные стороны.

Вслед за этим ракета настигла один из «ламантинов». Не имея защиты и армирования, как у боевых кораблей, он развалился на две части, которые продолжали нестись навстречу конвою.

Сопровождавшие этот транспорт перехватчики шарахнулись по сторонам и, оставив разбитое судно, начали пристраиваться к уцелевшему грузовику. Однако и его через несколько мгновений разнесло поразившим его следующим «си-джинликсом».

Еще полдюжины ракет уже неслись к построениям урайских судов, а им навстречу выходили сети противоракет, растягиваясь на пути хищников непреодолимой преградой.

Ввязавшись в бой, капитаны урайских судов сразу оказались в привычной ситуации, и только полковник Твиддек бегал по оперативному залу с криками: «Что происходит? Что происходит?» События развивались столь стремительно и неожиданно, что доклады с кораблей не успевали поступать на флагман. Твиддек полностью потерял контроль над своими соединениям, капитаны сражались сейчас каждый сам за себя, и пока у них это получалось.

Очередной залп флагмана оказался не столь подготовленным, как первый, и превратил в пыль звено своих же перехватчиков. Пилоты эскадрилий поспешили убраться с линии огня, посылая по адресу артиллеристов проклятия.

Между тем поврежденный крейсер противника продолжал вести беглый и точный огонь. Однако его подводило слабое вооружение, и каждое попадание урайских лазерных орудий значительно сокращало возможности этого судна. Когда к обстрелу подключилась артиллерия рейдеров, дела его пошли еще хуже.

Несмотря на работу противокорабельной защиты, еще два «си-джинликса» все же прорвались к своим целям. Один разнес попавшийся на пути рейдер, другой настиг крейсер «Фанботт» и, пробив стартовые ворота, взорвался внутри авиационных хранилищ.

Не потерпев такого оскорбления, «Фанботт» ударил по «Цивилдорфу» залпом. Первый же лазерный заряд пробил борт торпедоносца до самых арсеналов, и на месте судна вспыхнул гигантский ярко-красный шар.

Его размеры стремительно увеличивались, а краски все больше тускнели, пока на месте «Цивилдорфа» не осталось лишь несколько голубоватых искр.

В оперативном зале флагмана «Арзаил» закричали «ура!».

Воодушевившись, урайские рейдеры храбро атаковали уже обездвиженный крейсер противника и разрушили его несколькими дружными залпами.

– Вот и отлично! – произнес довольный Твиддек и не стесняясь промокнул платочком лоб. – Однако… – Полковник спрятал платок и, посмотрев на улыбавшиеся лица своих офицеров, снова посерьезнел. – Однако где же наш конвой?

37

В огромном грузовом трюме ополоумевший Джон Саблин организовывал собственный рубеж обороны.

Дико крича и сердясь, если его команды выполнялись неправильно, сопровождающий груз стрелял в потолок и не забывал поддерживать подаренные штаны, которые оказались на два размера больше.

Шестнадцать человек матросов и специалистов судна – практически весь экипаж головного транспорта, спотыкаясь и наталкиваясь друг на друга, ползали по четырехъярусным конструкциям, в которых крепились «чифтеры» и, забираясь в каждую машину, извлекали из них боеприпасы. Небольшой комплект из пяти снарядов поставлялся прямо с заводов и предназначался для тестовых стрельб при проверке машин заказчиком.

Стопятьдесятимиллиметровые боеприпасы были очень тяжелы, а потому время от времени кто-то из матросов ронял их на пол. После гулкого жутковатого стука все с запозданием зажмуривались, один лишь только Джон продолжал кричать и подгонять работников, поскольку считал, что они выбиваются из графика.

Наконец вся работа была закончена – в арсенале темно-синего «чифтера» было ровно триста десять снарядов с боевыми частями универсального действия.

– Все, братцы, теперь вы свободны! – объявил Джон измученным людям, среди которых были Боун и Фогель.

Непосильный труд под угрозой получения пули или случайного взрыва снаряда заставил злоумышленников забыть о своих планах, и теперь они думали только об отдыхе.

– Свободны! Сво-бод-ны! – повторил Джон, видя, что до его отупевшей команды никак не доходит – работа закончена.

– Разрешите вопрос, сэр? – поднял руку боцман Душивер.

– Да-а-а… – протянул Джон. У него начинался очередной приступ тяги к морским ветрам, и потому его сознание раздваивалось.

– Скажите, это правда, что нам угрожает опасность?

– Опасность всегда рядом… Особенно на большой глубине, там, где гуляют косяки жирных сардин и изысканных анчоусов…

– Большое спасибо, сэр, – поблагодарил Душивер, заметив странное выражение глаз Саблина.

Пока Джона носило над океанскими волнами, группа быстро рассосалась, так что когда он пришел в себя, возвратившись из путешествия, вокруг уже никого не было. Только замершие на стеллажах стальные монстры да всепроникающий гул от вибрации корпуса судна.

Взяв с гусеницы загруженного «чифтера» переговорное устройство, Джон проверил связь с капитаном Кесслером.

– Кесслер слушает! – твердым и лишь слегка подрагивающим голосом ответил капитан.

– Над седой равниной моря! – произнес Джон.

– Что? – не понял Кесслер.

– Ой! Прошу извинить меня, Альберт. Я уже закончил загрузку и проверяю связь…

– И что?

– Она работает. Вы помните, о чем мы с вами договаривались?

– Если честно, то не очень.

– По моей команде вы должны открыть разгрузочные ворота с обоих бортов.

– Да. – Было слышно, как капитан вздохнул. – Я помню и открою ваши ворота…

– Это еще не все. Прежде следует откачать из трюма воздух – его здесь не менее двадцати тысяч кубов. Скачать его просто необходимо, иначе, когда откроются ворота, машину может развернуть, а мне нужна устойчивость… Почему вы молчите, Альберт?

Джон поежился. Холодный металлический пол студил его босые ноги и вызывал непроизвольное постукивание зубов.

– Что вы там затеяли, Саблин? – отозвался наконец капитан. Он уже со всем смирился и, наверное, удивился бы, встретив на корабле глупца, когорый еще не понял того, что было ясно как день.

– Я собираюсь навязать им танковый бой.

– Отлично. – Кесслер снова вздохнул. – Откачку воздуха я начну по вашей команде… За первые сорок минут мы уберем семьдесят процентов атмосферы. На остальную часть понадобятся часы.

– Мне это подходит. До связи…

– Да, да. – Капитан Кесслер покачал головой, отключая канал связи. – «Мне это подходит…» – передразнил он.

– Что, опять этот сумасшедший? – спросил, поворачиваясь к нему, лейтенант Шоу. Впрочем, ответа он не ждал, спросил просто так, чтобы скоротать время до… до известного момента.

– Он хочет провести кавалерийскую атаку или что-то в этом роде, и для этого ему нужно откачать воздух из грузового трюма.

– Нельзя этого делать, – серьезно заметил Шоу.

– Почему?

– Потому что без воздуха у него все кони передохнут.

Альберт Кесслер был лишен чувства юмора и совершенно не понимал шуток, однако в данной ситуации замечание лейтенанта Шоу показалось ему очень смешным.

Оба офицера закатились истерическим смехом, попадав на пол и суча ногами. Это продолжалось, пока на переговорное устройство Кесслера не поступил новый вызов от Джона Саблина.

– Ссы… ссы… Слушаю, – совладав наконец с собой, ответил капитан-пилот.

– Можно откачивать воздух, капитан! – послышался бодрый голос Саблина.

– Ну и ладно. Сам напросился.

С этими словами Кесслер сорвал пломбу с серебристого рычажка и с удовольствием за него дернул.

Мощные центробежные насосы в недрах технических служб судна закрутились, поглощая воздух грузового трюма и утрамбовывая его в сферические баллоны.

«Сдохнет придурок, – подумал Кесслер, глядя на загоревшуюся красную лампочку, которая дублировала выполнение команды. – И сам сдохнет, и лошадей своих погубит…»

Капитан посмотрел на Шоу и, поняв друг друга без слов, они снова зашлись в неудержимом хохоте.

А вверенный им конвой отматывал в космическом коридоре последние минуты.

Насмеявшись до икоты и боли в животе, офицеры словно по команде успокоились, как только их судно, выскочило на «правую сторону» пространства. Тряску и грохот как отрезало, и в тишине ясно послышался писк радаров, опознавших новые метки. В первую минуту Кесслер решил, что это корабли-убийцы, однако не успел он испугаться как следует, как стало ясно другое – меток было очень много. Более десятка.