Аномальщик - Андрей Розальев

этом сказать, думала это из-за того, что долго просидела в темноте, в сундуке.

— Это и есть последствия симбиоза, — кивнул Завельев. — И, предупреждая ваш вопрос, чем вы так особенны, отвечу. Ничем. Мою теорию не все рассматривают всерьёз… да что там, мало кто. Но я думаю, что всё дело в том, что эту судьбоносную встречу вы пережили в ещё детском возрасте, до начала полового созревания. И кстати, если бы тогда вы кому-то рассказали об улучшении зрения, никто бы не связал это с тварями. Эти данные появились позднее.

— Профессор, а разве это всё не секретные данные? — нахмурилась Майя.

— Конечно секретные, — легко согласился Завельев. — Но это всё общие слова. Как именно происходит перенос специфических свойств, я вам не расскажу. Во-первых, не поймёте, а во-вторых вот это действительно секретные данные. А то, что это в принципе возможно — секрет Полишинеля, все, кому надо, давно это знают.

От профессора мы вышли уже ближе к отбою. За нами также зашёл младший сержант и проводил до казармы. Не положено курсантам по территории базы одним шляться.

Обсудить услышанное снова не удалось. Вскоре после нашего прихода объявили отбой, и все разошлись по кроваткам.

Вспомнив о подгоне от Маратыча, я достал из укромного тайничка свёрток с телефоном. Тайничок я нашёл давно, но что-то складывать в него не было необходимости. Кто-то из курсантов, кто спал на моём месте, прорезал в поролоне матраса аккуратную прорезь, добраться до которой можно было, расстегнув чехол матраса. Яркость отрегулировал под одеялом, выставил самый минимум, и всё равно из-под одеяла телефон не вынимал.

Включил наушники. Слабенькие проводные капсульные наушники, качество звучания в таких не очень, но зато и другим не слышно, что там у меня. Включил тихонько музыку и расслабился.

Минут через пять я почувствовал лёгкое касание. Открыл глаза и увидел склонившуюся надо мной Майю. Похоже, я задремал под музыку, раз не услышал, как она спускалась.

— Музыку слушаешь? — спросила она едва слышно, наклонившись к самому моему уху.

Я молча достал один наушник, протянул ей.

Немного подумав, Майя кивнула, и жестом попросила подвинуться.

Хм! Ну ладно, мне не жалко, кровать хоть и не слишком широкая, но места хватит.

Подвинулся вместе с одеялом так, чтобы девушке хватило места.

В темноте казармы я успел разглядеть, что из одежды на ней только нижнее бельё. Собственно, новостью это не было — одевалась и раздевалась Майя здесь же с нами. Это было, конечно, увлекательно, но не более — спортивный топик и трусики-шортики смотрелись на девушке отпадно, но ничуть не вульгарно. Спортсменки в таком виде выступают, и ничего.

Воткнув наушник, Майя просто блаженно потянулась. Повернув голову, прошептала мне в свободное ухо:

— Спасибо!

— Не за что, — ответил я, зеркально повторив манёвр.

— Что это звучит? — новый шепоток.

— Эннио Морриконе, — хм, можно подумать, это ей о чём-то скажет!

Ещё какое-то время мы слушали музыку молча, потом я сообразил, что Майе, должно быть, холодно в одном белье, и накинул на неё край одеяла.

Девушка поворочалась, устраиваясь поудобнее, но тесная кровать большого пространства для манёвра не давала. Тогда я подсунул свою руку ей под голову. Она догадалась повернуться на бок, и стало гораздо удобнее.

— Что думаешь по профессору? — спросила Майя через пару минут.

Я в этот момент думал совсем не о профессоре, а о том, какая у неё упругая грудь, и как приятно, что она ею ко мне прижалась. Месяц назад, если бы ко мне забралась под одеяло девушка, я бы воспринял это как минимум как приглашение, а то и разрешение делать всё, что мне захочется. Здесь же… Майя легла рядом со мной без всякой задней мысли, похоже. Я ей настолько не интересен, как мужчина? Или здесь настолько иные нравы? Или Майя настолько хорошо себя контролирует?

Эх, мне бы чуть-чуть этого самого контроля!

Лёгкий толчок в бедро ногой вывел из раздумья. Блин, о чём она там вообще спрашивала? Ах да, профессор.

— Насколько я понял Завельева, — ответил я, стараясь не выдавать волнения, — ты подходишь. Осталось выяснить, подхожу ли я.

— Он для этого взял кровь? — Майя обдала меня горячим дыханием.

— Может быть, — согласился я. — Когда уходили, он сказал, что ждёт нас завтра в это же время, сообщит результаты. Не знаю уж, что он там за анализы делает.

— Значит, подождём до завтра, — шепнула Майя.

Я молча кивнул. Заиграла Энигма, и от речитатива на латыни мурашки побежали по всему телу. Неправильная музыка, неправильная! Слушать Sadeness в обнимку с полуголой девушкой — это пытка!

Майя слушала, затаив дыхание. Я почувствовал, как она стала чаще и глубже дышать, а дыхание стало просто обжигающим. Видимо, непроизвольно, она прижалась ко мне сильнее, и даже её нога скользнула по моей…

Её рука, до этого прижатая вдоль тела, легла под одеялом мне на грудь. Я не смел даже шевельнуться, чтобы не спугнуть этот момент близости. Глубокий вдох, выдох щекочет мне шею, Майя чуть тянется…

— РОТА, ПОДЪЁМ!!! — оглоблей по голове разносится по казарме. — ПРИГОТОВИТЬСЯ К ПРОВЕРКЕ ЛИЧНЫХ ВЕЩЕЙ!

Вспыхивает яркий свет, и я вижу прямо напротив изголовья кровати ухмыляющуюся морду нашего ротного.

Пи**ец! Приехали!

Глава 12

Перспективы

После общения с профессором Майе не терпелось обсудить с Алексеем то, что она узнала про себя. Вот только возможности для этого никакой не было.

Девушка попыталась уснуть, но не тут то было. Услышав внизу возню, она выглянула посмотреть. Алексей в темноте её не заметил, а вот она прекрасно разглядела его тайничок. И то, что он телефон под одеялом включил, и как наушники в уши воткнул… Ага, музыку решил послушать!

Пойти, что ли, компанию составить? Блин, неудобно… Да и что он подумает? Вот с какой целью она может к нему среди ночи… ой, всё! Это будет выглядеть, как предлог!

А с другой стороны, у неё ведь задание — сблизиться с ним. Она и сама вроде не против, а задание и вовсе обязывает. Войти в доверие, завоевать расположение. Он должен начать ей доверять, несмотря на то, что она из КГБ. Она даже эту музыку заграничную слушала вместе с ним, хотя за такое можно и выговор получить. Должен же он это оценить! Признать в ней бунтарку, которая не боится выговоров!

Майе невдомёк было, что для Лёхи в прослушивании музыки не было и намёка на бунт. Ну слушаешь и слушаешь, кого это волнует? Ему просто было приятно, что девушка его