Шоу смерти(Вызов смерти) - Дин Кунц

Пламя внизу отливало алым...

Желтым и оранжевым...

Жар поднимался зримыми волнами, омывал его тело, потом налетал сквозняк, заставляя пламя отступать. Где-то наверху было прохладно – и там был выход.

Багровые вспышки...

Желтые...

Майк отпустил одну скобу, поднял руку и нашарил следующую ступеньку. Она была теплой на ощупь. Казалось, жизненные силы капля по капле сочатся из его тела через поры кожи. Но, собрав всю свою волю, он нашел в душе источник утоления жажды – воду надежды и отмщения. Она придала ему новые силы. Он поднимался от обжигающего жара к благословенной прохладе.

Скоба за скобой... Перед его внутренним взором вставали видения. Иногда – смеющаяся девушка, иногда – древний старец. Но у старца было фальшивое лицо. Потом старец превратился в волка; фальшивое лицо стало овечьей маской. И девушка с небесными глазами и солнечными волосами... Временами оба эти призрака гротескно искажались, наслаивались друг на друга, словно на плохой фотографии.

Майк продолжал лезть вверх. Ступенька за ступенькой – от жара к прохладе. Наверху он остановился и победно засмеялся. В глухом шершавом бетонном потолке было небольшое отверстие для воздуха шириной в два пальца. Среди мешанины теней и темноты Майк заметил проблеск света – там, где заканчивались скобы. В противоположной стене шахты находился люк, ведущий в офис Кокли. Ниша люка была довольно глубокой. Устроившись в ней и уперевшись ногами в скобы на другой стороне, Майк решил посидеть тут наедине с ревом пламени и подождать, пока офис опустеет. Он мог позволить себе ждать. Несколько минут назад ему оставались лишь считанные секунды. Теперь у него, возможно, впереди были годы. Можно считать, что он получил их в подарок. Два или три часа ничего не значат для него.

Между тем мир не стоит на месте...

"Здесь была обычная для таких случаев публика. Врачи в белом и пожарники в красном. У крыльца стояли пожарная машина и машина “Скорой помощи”. И не было никакой нужды в них. Не было пациента для врачей, не было пожара для борцов с возгоранием. Из пожарных шлангов не прольется ни капли воды. А машина “Скорой помощи” поедет назад медленно, не включая сирену.

Но здесь нужен был распорядитель похоронного бюро и доктор, который засвидетельствовал бы факт смерти.

Он вздохнул. Он не будет тосковать по ней. Их брак был ошибочным. Она была всего лишь кем-то сидящим рядом во время программ Шоу, с аппетитом поглощающим пищу.

Разлагающееся тело подняли с кресла. Лохмотья коричневой, вздувшейся плоти тщательно смыли спиртом с подлокотников и сиденья. Кресло было стерилизовано. И кондиционер уже справился с запахом смерти и тления.

Он отсутствовал дома две недели.

Он надеялся, что она станет Эмпатистом, и его надежда оправдалась.

Он смотрел, уныло кивая, как они накрывают ее и выносят наружу.

Снова шел снег.

Пожарная машина уехала. Машина “Скорой помощи” помчалась прочь, унося свой бесполезный груз. В доме никого не было, кроме него – и ауры. На миг ему показалось, будто его и ее аура соприкасаются друг с другом. Но, учитывая расстояние между двумя установками, это было физически невозможно. Сейчас он погрузится в одну из них.

В комнатах было темно.

Аура откликнулась на его прикосновение – масляные разводы на воде. Радуга ускользающих, кружащихся красок.

В тот момент, когда Шоу вобрало в себя его ощущения, ему показалось, что он слышит крик. Но это было невозможно, она была мертва. Он видел ее истлевшую плоть.

И все-таки издалека доносился крик.

На самом деле это было огромное множество криков..."

Ожидая своего часа, Майк думал о Лизе. Сейчас она стала единственной его целью. Даже Революция, ради которой проводилось его обучение, казалась ему сейчас сновидением, нереальной грезой. Уроки у Пьера были частью жизни кого-то другого. Разговоры с Роджером Нимроном тоже были сном. Все эти разговоры о средствах массовой информации, выражении, измененном СПОСОБОМ выражения, – все это казалось ему небылью. Одно только горело в его сознании: Лиза.

Наконец Майк понял, что не может больше ждать. Слишком многое надо было сделать. Часть его силы – если не энергии – вернулась к нему и толкала его к действию. Он осторожно нажал на крышку люка. Она удерживалась магнитами и легко открывалась с любой стороны. Крышка откинулась наружу, в темноту комнаты. Майк глубоко вздохнул с облегчением и выполз из мусоропровода. Он подошел к столу Кокли, опустился в кресло. Заказал по линии автодоставки небольшой, но питательный ужин и, до того как еда возникла в доставочной нише, успел перенести большую часть смеси из пота и сажи с рук на штаны. Еда состояла в основном из белковых капсул, но там еще был сандвич с синте-мясом и чашка настоящего кофе. К этой скромной трапезе Майк добавил глоток виски из бара. Обжигающее ощущение в горле было приятным. Майк почти почувствовал себя новым человеком.

Часы сказали ему, что сейчас семь вечера. Оставалось еще пять часов до того, когда он должен будет явиться в “Башни Кокли” и забрать Лизу. И еще – убить Кокли. Он запрограммировал часы подать ему сигнал в нужное время и улегся на дерматиновую кушетку. Ему необходимо восстановить силы настолько, насколько это возможно. Анаксемандр Кокли не был человеком, которого легко можно было одолеть, а тем более – убить.

Когда Майк проснулся по сигналу, он ощутил себя бодрым и сильным. До полуночи оставался час – этого хватит, чтобы добраться до “Башен”, убить Кокли и спасти Лизу. Да еще оставался приличный запас времени. Майк встал, потянулся, проверил свою готовность к действиям. Он был весь в грязи, но принять ванну не мог. Одежда была изорвана, но ему не во что было переодеться. Зачесывая одной рукой волосы назад, второй он проверил, на месте ли газовый пистолет. Вибропистолет отняли, но Кокли все-таки проглядел другое оружие – куда более компактное, но не менее убийственное. Майк резко взмахнул рукой и улыбнулся, когда газовый пистолет оказался у него в ладони. Он работал. Вернув пистолет в потайную кобуру, Майк подошел к столу. Он помнил, что компьютер настроен на поиск Аппалачского убежища, и думал, что может уничтожить данные. Однако он смог только остановить поиск там, куда добрался компьютер. Кокли ввел блок, предупреждающий уничтожение уже полученных сведений. Майку пришлось удовольствоваться отсрочкой на несколько часов. Кроме того, не время было возиться с механическими игрушками – пора идти.

Коридор был безлюден и освещен дежурными лампочками в каждом его конце. Майк свернул налево, где была лестница. Вестибюль оказался пуст, впрочем, как и улица.