Джунгли - Клайв Касслер

Он небрежно оделся в легкие брюки цвета хаки и темно-фиолетовую тенниску, обул мягкие кожаные мокасины. Надетый теперь протез в отличие от боевого был почти двойником настоящей ноги.

Каюта его находилась ближе всех к командному пункту, электронному нервному центру судна. Из этого помещения, снабженного новейшим оборудованием, как мостик космического корабля в научно-фантастических фильмах, велись управление всем оружием «Орегона», оборонительными системами, маневренностью и борьба за жизнь. В полукруглом, тускло освещенном помещении, большую часть которого занимал дисплей с плоским экраном, находились рулевой, офицер управления огнем, сидящий впереди, с постами связи, радара, сонара и других. Вахтенный офицер сидел посередине в кресле, перед персональным монитором и пультами управления, которые могли прекратить действие всех других. Макс и Эрик назвали его, едва увидев, «креслом капитана Кирка», чему Кабрильо был втайне рад, потому что его, когда он проектировал это пространство, вдохновлял сериал «Звездный путь».

Управлял судном Эдди Сенг. Когда вошел Хуан, он подскочил с места.

– Вольно, мистер Сенг.

На мультиэкране виднелись изображения, передаваемые многочисленными видеокамерами, установленными в стратегических местах судна.

– Есть что сообщать?

– Здесь мы совершенно одни, поэтому идем со скоростью сорок узлов.

– Есть сведения от юного мистера Лоулесса?

– Он все еще в Кабуле, но явится на борт в Бангладеш.

– Передай ему, что он вылетит к судну с еще одним пассажиром и что осторожность – главная часть доблести. Длинный язык может утопить это судно, и все такое.

– А кто это другой пассажир? – спросил Эдди.

– Человек команды по имени Джон Смит, – ответил Хуан. – Бывший легионер. Телохранитель Круассара. Круассар настоял, чтобы он отправился вместе с нами.

– Судя по твоему тону, тебя это не очень радует.

– Совершенно верно, но у нас не было выбора.

Кабрильо не любил случайных людей, которых не мог контролировать, и Смит определенно был одним из них.

Макд Лоулесс тоже беспокоил Кабрильо. Он не был уверен, станет ли это подходящим первой для миссии, с присутствием Смита да с неоцененными способностями Лоулесса. Нужно будет обдумать это попозже. К тому времени исследовательская группа, состоящая из Марка Мерфи и Эрика Стоуна, должна получить все сведения о его прохождении военной службы и обстоятельствах пленения в Афганистане. Он ознакомится с ними после обеда и решит, будет ли Лоулесс в миссии по спасению Солей Круассар.

Столовая «Орегона» обладала неброской изысканностью английского джентльменского клуба ушедшей эпохи. Всюду блестящая медь и темное дерево, мебельная ткань с искусным узором, роскошный неяркий ковер. Не хватало только чучел животных на стенах и старых джентльменов, курящих сигары и потчующих друг друга рассказами о сафари и имперских войнах.

Хуан пока не стал читать досье Лоулесса, потому что за одним из столов сидели Мерф и Стони.

Эрик Стоун был ветераном военного флота, но участия в сражениях не принимал. Как Марк был военным подрядчиком до вступления в Корпорацию, так Стоун был технологом. Только после того, как он взошел на борт, обнаружилось его врожденное умение управлять судном. Эрик Стоун считался лучшим рулевым на «Орегоне» – после Хуана. Застенчивый от природы, он сохранил кое-какие хорошие манеры, усвоенные на флоте. До сих пор заправлял рубашку в брюки и всегда аккуратно причесывался.

Марк культивировал нерд-шик, хотя нерд давался нелегко, а шик запросто. Темные волосы его выглядели так, словно он сушил их в аэродинамической трубе. Марк в свое время безуспешно старался отрастить бороду и давно отказался от этого, но его график бритья выглядел в лучшем случае странно.

Оба они были среднего роста, правда, Эрик более стройный. Марк жил главным образом на неполноценной пище и энергетических напитках, поэтому был вынужден проводить много времени в спортзале, чтобы не набирать вес.

В тот вечер на нем была майка с изображением щенка таксы, спящего на тарелке с картофелем и традиционными немецкими клецками. Рядом с тарелкой стояла ополовиненная кружка пива и лежали столовые приборы. Под рисунком красовалась надпись «Wienerdog schnitzel»[7].

– В самый раз, – сказал Хуан, подойдя к столу.

– Я сам перевел его на майку, – с гордостью отозвался Мерф. – И сделал еще одну с чихуа-хуа.

Хуан сел напротив него.

– Ты ешь консервированные равиоли?

– Самые лучшие – это «шеф Боярди», – ответил Марк, отправляя в рот полную ложку.

– Я иногда думаю, тебе двадцать восемь лет или всего восемь?

Кабрильо взял со стола накрахмаленную салфетку и расстелил ее на коленях. Перед ним тут же поставили овощной салат с клубничной приправой.

– Я хотел салат «Цезарь», – заявил он подавшему, не поднимая головы.

– Ешьте овощной, – произнес Морис, безупречно одетый, но раздражительный судовой стюард. И, отходя, добавил: – Еще подам мясо по-бургундски.

Через минуту он вернулся с бутылкой «Романе-Конти», бургундского вина с тонким букетом, прекрасным дополнением к еде председателя. Налил его в стакан отработанным движением, чтобы не пролить ни капли.

– Мне пришлось выпить два полных стакана, дабы удостовериться, что оно не превратилось в уксус, – спокойно известил он.

Хуан усмехнулся. Дегустационный трюк Мориса стоил Корпорации около восьмисот долларов. Времена могли быть чуть менее доходными, чем обычно, но отставному слуге из военно-морских сил Великобритании не запрещали «глоточка вина», как он это именовал.

Кабрильо повернулся к соседям по столу.

– Ребята, можете избавить меня от сидения ночью за компьютером, дав сжатую версию того, что узнали о Макде Лоулессе.

– Не вижу ничего дурного в сидении всю ночь за компьютером, – усмехнулся Мерф, ставя на стол баночку «рыжего быка».

– Ну так что Лоулесс?

– Линда связалась с контактом, оставшимся после службы в Объединенном комитете начальников штабов, и получила его послужной список. – Теперь тон Эрика был серьезным. – Марион Макдугал Лоулесс был превосходным солдатом. Получил медаль «За примерное поведение и службу», «Пурпурное сердце», «Бронзовую звезду». Две последние за один и тот же бой возле Тикрита. После Ирака был признан пригодным в рейнджеры и с отличием окончил школу в форте Беннинг. Затем был отправлен в Афганистан и участвовал в тяжелых боях у пакистанской границы. Он прослужил восемь лет и демобилизовался в звании «сержант первого класса». Служба безопасности «Фортран» предложила ему место телохранителя в Кабуле, и, насколько мы можем судить по их сведениям, в последний год он показал себя образцовым служащим.