Джунгли - Клайв Касслер

– Это самая слабая попытка манипуляции, какую я слышал.

– Она сработает?

– Да, черт возьми, – выпалил Макс, злясь на себя за предсказуемость. – Если какая-то группа возьмет на себя ответственность, наша миссия не отменяется.

Он скрестил руки на груди и уставился в окно будто капризный ребенок.

Кабрильо не мучила совесть из-за того, что он играл на эмоциях друга. Хенли поступал с ним точно так же множество раз. И дело не в том, чтобы заставить другого сделать то, что нужно. Им требовалось пребывать в полном согласии. Дружба их представляла собой основание, на котором держалась Корпорация, и если бы они не сходились во взглядах почти на все, ослабла бы вся команда.

Кабрильо велел таксисту высадить их за четверть мили от взлетного поля. Хотя Малыш сказал, что на борту самолета все в порядке, это не означало, что вокруг безопасно. Оба шли осторожно, прячась за стоящими вдоль подъездной дороги машинами.

Бетонное здание с зелеными стеклами окон выглядело обычно. Перед ним стоял вооруженный охранник, но он был там, и когда они прилетели.

Самолеты взлетали и садились как обычно – значит аэропорт работает. Нанятый полицейский не выглядел настороженным – значит, власти пока не подняли тревогу.

Когда они вошли в здание, на них уставились. С костюма Хуана перестало капать, но он все еще был мокрым, а Макс выглядел помятым после нападения.

– Наше такси сбило пожарный гидрант, – объяснил Хуан на ходу.

Через несколько минут хорошенькая стюардесса-малайка сопровождала обоих к «Гольфстриму» и умоляла поскорее вернуться в Сингапур.

– Что с вами случилось? – спросил Малыш, когда они поднялись по трапу.

Несмотря на высокий потолок в салоне, Гандерсону приходилось нагибаться, чтобы не задевать его летной фуражкой на белокурой голове. Плечи его, казалось, терлись об обе стороны фюзеляжа.

– Потом, – ответил Кабрильо. – Летим отсюда к чертовой матери.

Малыш нырнул в кабину и вместе со вторым пилотом занялся своим обычным делом. Хуан взял спутниковый телефон самолета и позвонил Ролану Круассару. После восьми гудков швейцарский финансист наконец ответил.

– Мистер Круассар, это Хуан Кабрильо. – Шумовой фон представлял собой симфонию сирен. – Что там происходит?

– На крыше отеля взорвалась бомба. – Голос Круассара был нервозным, почти паническим. – Всех гостей эвакуировали. И правильно сделали, потому что через десять минут после первого взрыва второй разрушил часть казино.

Хуан прикрыл микрофон ладонью и сообщил последнюю информацию Максу.

– Видишь, мы даже не приближались к казино. Это совпадение.

Постоянная угрюмость на лице Макса усилилась, но он понял, что председатель прав.

– Вы со Смитом целы?

– Oui, oui[6], мы не пострадали. Может быть, слегка потрясены. Я, во всяком случае. А Джона словно ничто не беспокоит.

– Это хорошо. Думаю, мы все оказались в неподходящем месте в неподходящее время. – Когда оба двигателя «Гольфстрима» заработали, Хуану пришлось повысить голос. – Хочу заверить, это не отразится на нашей сделке. Понимаете?

– Да, понимаю.

– Передайте мистеру Смиту, я свяжусь с ним и сообщу, где мы встретимся. Скорее всего в Читтагонге, это Бангладеш.

– Ладно, я скажу ему.

Хуан прервал связь. Порылся в шкафчике и нашел комбинезон механика. По размеру он подходил Малышу, но сухой брезент был предпочтительней хорошо сидящего, но мокрого костюма.

Через несколько минут они взлетели. Едва щелкнули убравшиеся в ниши стойки шасси, из переговорного устройства послышался голос Малыша:

– Сингапурский центр управления полетами только что отменил все вылеты. Они требуют, чтобы мы вернулись в аэропорт, но, по-моему, мы будем за пределами их территориальной зоны до того, как они смогут что-то предпринять. Вы там с Максом во что-то впутались, председатель, и это их разозлило.

Хенли и Кабрильо переглянулись. Макс подался вперед к маленькому холодильнику и достал два пива: «Перони» для Хуана и «Бад лайт» для себя. «Лайт» означало, что его личная борьба с избыточным весом продолжается.

– Кажется, – сказал он, – мы едва вырвались из сингапурской петли.

Кабрильо застонал.

Восемью часами позже, на расстоянии в пол-океана, Гомес Адамс держал вертолет Корпорации над задним из пяти грузовых люков «Орегона». При легкой килевой качке слева дул освежающий бриз. Гомес действовал осторожно, приспосабливаясь к качке, и посадил большой вертолет на палубу. Как только лыжи-шасси коснулись стали, он заглушил двигатель.

– Мы дома. И верьте или нет, в топливных баках может оставаться немного паров горючего.

Техник немедленно бросился вперед, чтобы закрепить воздушное судно.

Грузовое судно водоизмещением в одиннадцать тысяч тонн держалось на максимальном расстоянии досягаемости вертолета от восточного побережья полуострова Индостан по пути к Бангладеш. Далеко на западе заходящее солнце окрашивало облака в оттенки оранжевого, красного, пурпурного и золотило волны.

«Нигде не бывает таких красивых закатов, как в море», – подумал Кабрильо, пригибаясь под продолжающими вращение лопастями винта.

От нисходящего потока воздуха его чрезмерно большой комбинезон раздувался.

Макс усмехнулся, когда воротник хлестнул Хуана по лицу.

– С возвращением, ребята, – приветствовала их Линда Росс. На ней были джинсовые бриджи и фуфайка-безрукавка. – Умеете же вы находить проблемы.

Хенли указал большим пальцем на Хуана.

– Вини его. Он привлекает только взрывников-смертников, террористов и сумасшедших.

– Не забывай безнравственных женщин. Что нового о тех взрывах?

– Ответственность за них взяла новая группа, именующая себя «Аль-Каида Востока». Убитых нет, и всего пятеро легкораненых. Два взрыва на крыше произведены стандартными поясами смертников, начиненными семтексом и поражающими элементами. Сам знаешь, это обычная одежда убийц. Взрыв в казино был гораздо слабее. О взрывном устройстве ничего не известно – во всяком случае, не сообщается. Марк и Эрик полагают, что смогут войти в компьютер сингапурской полиции, но не очень уверены.

– Пусть не стараются, – махнул рукой Кабрильо. – По-моему, руководитель этих террористов-смертников бросил гранату в мусорный бак, чтобы создать побольше хаоса. Страшно представить, сколько оказалось бы жертв, не будь там нас с Максом.

– Аминь, – произнес Хенли и неторопливо пошел давать указания Адамсу и механикам.