Послание из прошлого. Петля времени - Сергей Александрович Милушкин

— подумал он. — Чтобы он не дай бог не пошел и не рассказал все отцу или директору… тогда все сходится…»

— Может быть… он видел еще что-нибудь… кроме кошек…

Почти вся школа в прошлом году говорила о зверски замученных животных, найденных дворником на школьной мусорке. Приехала милиция и даже видавшие виды опера качали головами. Однако найти виновного не удалось, а потом на районе начались и вовсе ужасающие события и кошки как-то забылись.

— Может быть, это просто похожий на него подросток? — покачала головой Лена. — Бывают же совпадения, даже близнецы на разных сторонах планеты обнаруживаются…

— Это он, — твердо ответила Катя. — Видите, левый глаз будто бы слегка прикрыт и там небольшой шрам, — она показала на портрет. — У вашего точно такой же глаз, будто бы подбитый.

— Точно, — ахнул Петя. — Я сразу-то и не заметил. Он хвастался, что получил ранение в драке. Но мы то все знали, что его цапнула та кошка с мусорки. Оставила отметину.

В подвале повисла тишина.

— Как это может быть? — первым спросил Витя.

— Но ведь мы здесь… — ответил ему Давид. — Значит, все-таки может.

— Если все что ты рассказал — правда, нам нельзя тут оставаться. Они могут нагрянуть уже сегодня ночью, — сказала Катя.

— И какие будут предложения? — Петя с сомнением посмотрел на крышку люка, отрезавшую их от внешнего мира.

— Вариантов немного. Точнее — один единственный. Мы идем в Москву.

Глава 13

1984 год

— Школу атакуют родители, по крайней мере, человек пятнадцать взломали калитку, проникли внутрь и пытаются выяснить, почему их дети до сих пор не вернулись домой, — прошелестел бесцветным голосом водитель черной Волги. — Они вызывали милицию, но с этим мы и сами справимся. А вот с родителями… вряд ли.

Белов посмотрел на шофера, будто бы тот подсунул ему гадюку на сиденье.

— На что вы намекаете?

— Я ни на что не намекаю, но на данный момент в операцию посвящен строго ограниченный круг людей. Вы среди них и на данный момент именно вы ближе всех находитесь. К тому же обладаете всей полнотой информации.

«Ой ли, — подумал Белов. — Хоть мне ты мог бы не свистеть про полноту…»

— Поэтому оперштаб принял решение направить вас в школу, чтобы урегулировать ситуацию. Родителей нужно успокоить и отправить по домам.

Иван Белов почувствовал, как в глубине души разгорается если не пламя, то уж приличный огонь возмущения — точно.

— Успокоить? И что я им скажу, по-вашему? — он покачал головой, когда черная «Волга», взвизгнув новенькой резиной, отъехала от комиссионки, директора которого опрашивал Белов.

«Магнитофон… — пронеслось в голове. — Как его найти?»

— Что вы сказали? — спросил водитель, вглядываясь в пустынную, покрытую туманной изморосью улицу.

— Я ничего не сказал. Я спросил, что по мнению оперштаба я должен сообщить родителям? Дети задерживаются? Сломался автобус? Или им так понравилась игра, что они решили остаться еще на пару дней? — злорадным тоном спросил Белов.

— Вы опытный оперативный работник. Иначе бы вас тут не было. Сейчас сложная ситуация, в которой главное — не допустить паники. Руководство всецело полагается на вас, Иван Алексеевич. Дело… — шофер резко вывернул руль, чтобы объехать яму, вырытую дорожными рабочими, — … дело государственной важности, — закончил он плотно сжатыми губами. — Надеюсь, вы меня понимаете.

Белов крепко сжал зубы.

«Они решили скрывать до-последнего… — подумал он. — Что ж…» Он вновь подумал о той видеозаписи, которую отправил самому себе с Главпочтамта. Рано или поздно, они до нее доберутся. Если, конечно, не забудут в суматохе и не произойдет чего-то экстраординарного. Например, школьники все-таки найдутся, во что лично Белов с каждой секундой верил все меньше, и дело будет закрыто и, разумеется, строго засекречено.

Однако, как человек, не первый год работавший в органах, он прекрасно понимал, что успокоить родителей нужно. Иначе паника, как снежный ком, как тротиловый заряд — быстрее света распространится по всей столице и если не принять мер, то и по всему Союзу. Дело трех-четырех дней. Разумеется, таким событием воспользуются многочисленные недруги СССР, с тем чтобы побольнее уколоть страну, извратив суть события до неузнаваемости — это, во-первых, а во-вторых, что еще более важно, попытаться отыскать истинные причины исчезновения большой группы школьников буквально в черте столицы. Научные эксперименты, проводимые Советами? Взрыв? Не дай бог, захват заложников? Версии начнут множиться одна другой краше и опаснее. Допустить этого было никак нельзя.

— Мне понадобится прямая линия с воинской частью, командованием и оперштабом. Пока я буду говорить с родителями, пусть срочно организуют несколько школьников, которые без паники, твердо и четко скажут, что с ними все хорошо, они накормлены, напоены и сами попросили продлить им игру, а в данный момент опробуют солдатский быт в новых казармах. Руководство части пошло им навстречу. Генерал Артемьев лично должен будет сказать кому-нибудь из родителей, что в качестве исключения он приказал продлить «Зарницу» до утра. Городской отдел народного образования пошел навстречу и ввиду важности события сделал понедельник для принимающих участие в игре школьников выходным днем, официально освободив их от занятий.

Шофер повернул к школе, посмотрел на Белова и молча кивнул.

— Будет сделано.

В темноте Белов заметил, как к школе идут люди — по одному, по двое — а на ступенях центрального входа, освещаемого слабой лампочкой, столпилось человек пятнадцать. При виде этой картины у него засосало под ложечкой. Он привык иметь дело с преступниками, рецидивистами, ворами и хулиганами, но… чтобы убеждать толпу родителей, которые ни живы, ни мертвы от страха за своих детей — такое было впервые.

У школьных ворот «Волга» резко затормозила.

— Справитесь? — сухо спросил комитетчик.

Белов ничего не ответил и кивнул на трубку радиотелефона.

— Главное, чтобы вы справились. И постарайтесь побыстрее. Долго я их удерживать не смогу.

Белов похлопал себя по карману, пачка сигарет была на месте. Несмотря на то, что ему предстояла встреча далеко не с опасными преступниками, он заметно нервничал. Выудив двумя пальцами сигарету, он сунул ее в уголок рта и распахнул дверь автомобиля.

Несмотря на то, что он был здесь всего несколько часов назад, у него возникло странное и не самое приятное ощущение, что с тех прошло много-много лет. Белов поспешил закурить. Втянув терпкий