Маламут - Ардо вин Акисс

твердо уверен в том, что хозяин дома определенно использовал для свободного доступа к ящику какое-то находившееся на чердаке подручное средство.

И он нашел его, догадавшись заглянуть за спинку дивана.

– Ты точно ничего не видишь под крышей? – еще раз спросил у Насти Антон, устанавливая под висящим ящиком стремянку.

– Я не уверена, – растеряно ответила она. – Там тени слишком глубокие.

«Но я-то ящик прекрасно вижу,» – подумал Антон, и взобравшись на раскладную лестницу, легко снял ящик с крюка.

Не просто деревянный ящик, а покрытый лаком сундучок, он открывался с помощью находившейся сбоку бронзовой ручки, потянув за которую, можно было вытащить все четыре внутренних отсека с их содержимым.

Антон по очереди извлек из сундучка колоду гадальных карт, завернутых в шелковую ткань, круглую медную чашу, местами позеленевшую, увесистую трубку для табака, покрытую замысловатой резьбой, и, наконец, большой нож с рукоятью из белой кости, лезвие которого было скрыто в темных кожаных ножнах.

– Это он, – сказала Настя, не решаясь прикоснуться к инструменту. Она была и обрадована, и растеряна, хотя сама утверждала, что только с помощью Антона сможет найти желаемое.

– Ну вот и славно! А теперь скажи, как с его помощью ты собираешься разобраться с проблемами своей семьи?

Ответить девушка не успела: за окном раздался рев автомобильного двигателя, который внезапно стих как раз рядом с домом. Антон и Настя, осторожно приблизившись к окну, увидели, как большой черный джип остановился напротив ворот двора и из него выходят четверо мужчин крепкого телосложения. Одинаковые стрижки, дорогие пиджаки и черные кожаные куртки парочке вторженцев категорически не понравились.

Один из них, не самый здоровый, но в чистом черном костюме с галстуком, с руганью протаранил густые заросли кустарника во дворе и добрался до порога дома, извлек из внутреннего кармана пиджака ключ и открыл входную дверь.

– Ну чего стоите, рты открыли! – крикнул он своим спутниками и первым зашел в дом.

– Что будем делать? – спросил Антон у Насти, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Надеяться, что они сюда не полезут, – ответила она с напускным весельем: глаза у нее были словно у загнанного в угол кошки.

Антон с тоской подумал о следах, которые они вдвоем оставили в толстом слое пыли на нижних этажах.

Глава 12

Оставив машину у ворот, трое неизвестных мужчин зашли в дом следом за человеком в костюме. Антон и Настя слышали, как хлопнула входная дверь, а потом десятилетнее безмолвие здания самым грубым образом нарушил разноголосый квартет, который чем-то возмущался, что-то требовал, кого-то обвинял и кому-то угрожал, но детали и подробности до гостей мансарды с первого этажа не долетали.

– Стой, у тебя же есть ключ от двери! – осенило Антона.

Настя, хлопнув себя по лбу и выругав за рассеянность, на цыпочках прокралась к двери на мансарду и вставила ключ в замок.

– Не поворачивается! – в отчаянии, громким шепотом сообщила она парню.

Пока Антон осторожно шагал ей на помощь, девушка совершила еще одну отчаянную попытку провернуть ключ и он, не выдержав подобного обращения, сломался.

Нецензурные выражения не смогли сдержать оба. И на двери, как назло, не было предусмотрено ни крючка, ни засова, ни даже символической цепочки. Правда, она открывалась вовнутрь и ее можно было подпереть чем-то тяжелым, но в этот момент кто-то из нежданных гостей поднялся на второй этаж, и Настя с Антоном, услышав шаги на лестнице, не рискнули возиться с тяжелыми предметами мебели, чтобы не привлечь к себе ненужного внимания.

– Только не сюда... – взмолилась девушка.

Антон тем временем искал место, в котором можно укрыться от того, кто поднимется на мансарду и пробежится по ней беглым (он на это надеялся) взглядом.

– Прячемся за диван, – предложил он, понимая, что данная мера вряд ли поможет, если обратят внимание на тот беспорядок, который они уже успели устроить: стремянка стояла почти в центре мансарды; из внутреннего отсека дивана выложено все его содержимое; открытый сундук на полу. И следы, следы их обуви в многолетнем слое пыли!

Места между стеной и диваном оказалось достаточно, чтобы не отличающиеся выдающимися габаритами Антон и Настя смогли втиснуться, сев спина к спине. Антон, держа в руках злополучный нож, мрачно размышлял о том, что они будут делать, если их найдут и дальнейший ход развития событий пойдет по самому неблагоприятному для них сценарию. То есть, их не отпустят с миром.

К счастью, никто на чердак подниматься не стал, и молодые люди почувствовали себя во временной и относительной безопасности.

– Ты знаешь, кто это может быть? – спросил Антон у Насти.

– Без понятия. Я их ни разу в городе не видела. Приезжие, наверное.

– Ты говорила, что этот дом перешел по наследству сыну... мага. Может быть, это он?

– Я не знаю. Может, и сын, раз у него ключ от дома есть.

Антон надеялся, что долетавшие до них с нижних этажей обрывки диалогов смогут пролить свет на данный вопрос, но смог понять только то, что главный в четверке раздает указания остальным, а те в свою очередь в сердцах высказывали ему свое отношение к состоянию «схрона».

– Деятельность данных лиц связана с нелегальной стороной общественных отношений, – высказал он свое предположение.

– Нам же хуже, – ответила Настя. – Если они вооружены, я не смогу нам помочь. У меня синяк от кирпича только недавно сошел...

Антон почувствовал ощутимый укол вины. Ведьма ведьмой, но девушка ему нравилась.

– Извини, – сказал он, и тепло, исходящее от тела Насти, перестало казаться ему таким уже успокаивающим.

– Да ничего. Ты ведь беззащитную девушку от бешеной собаки защищал.

Произнесено было достаточно искренне, но нотки сарказма и раздражения от внимания Антона не ускользнули. И он промолчал, так как не мог одобрять поступков Насти, и не видел обстоятельств, которые могли бы смягчить ее вину.

– Лена тебе нравится? – спросила девушка внезапно.

Антон грустно улыбнулся.

– Если скажу «Да», ты снова на нее нападешь?

– Не знаю...

Едва не стукнувшись лбом о собственное колено – Настя неожиданно решила, что на его спину можно лечь – он вдруг почувствовал себя необычно счастливым. Забившийся в щель на пыльном чердаке заброшенного дома, под угрозой столкновения с агрессивно