Сердце воина - Джоанна Линдсей

Далден с улыбкой смотрел вслед девушке. Кажется, она не сомневается, что он послушает ее и подождет на скамейке. Она пока не понимает, что не в природе воина повиноваться приказам женщины. Им следует потакать и всячески ублажать. И быть снисходительным, особенно к тем, кто живет на другой планете. И с ними приходилось считаться. Пусть ему это не нравится, но считаться приходилось.

Он невольно следил глазами, как она передвигается по крытой галерее, время от времени останавливаясь, чтобы поговорить со знакомыми. Честно говоря, очень трудно заниматься чем-то еще, когда она находится в поле зрения! Интересно, это кистранская кровь матери бурлит в его жилах, заставляя забыть о долге воина, или сама Бриттани во многом напоминает Тедру? А может, некий инстинкт подсказывает ему, что он нашел истинную спутницу жизни?

Но что бы это ни было, он не в силах совладать с собой. Взять себя в руки. Зажать в тиски. Жаль, что на корабле нет сока дхайя. Только он один способен погасить постоянное желание, пылающее в Далдене, Желание унести ее в какое-нибудь уединенное место и сделать своей. Но постоянный запас, который Далден возил с собой, истощился во время долгого путешествия, и вот уже месяц, как он и его люди обходились без этого столь необходимого зелья. Однако сомнительно, чтобы даже сок подействовал, ибо то, что сейчас испытывал Далден, было несравнимо ни с какими самыми сильными эмоциями.

Она не похожа на других женщин. Чарует и восхищает его. И мыслит, подобно древним кистранкам. Совсем как мать, командует и отдает приказы. Дерзкое, упрямое, изобретательное создание. Гордится ремеслом, которым в Ша-Каане занимаются исключительно рабы. Независима. Считает, что не нуждается ни в каком ином покровительстве, кроме законов своей страны. Готовит и убирает, словно слуга из племени дараши, и считает, что так и надо. Играет роли как женщины, так и мужчины и ничуть этим не тяготится. Их культуры так различны, что, кажется, нет точки, где они могут встретиться и сосуществовать.

Далден сильно подозревал, что все эти доводы еще раз перечислит Марта. Но он приготовил простой ответ на все возражения. Ответ, который даже компьютер не сможет оспорить.

— Тедра наверняка пожалеет, что не отправилась с тобой, — донеслось из комбо-блока на ша-каанском языке, так, чтобы случайный прохожий не смог подслушать.

— Почему? — удивился Далден.

— Эти люди так напоминают ее Древний Народ, что, как можно предположить, прилетели сюда с одним из первых кистранских кораблей.

— Но в таком случае эти люди достигли бы куда больших высот в развитии, — удивился Далден. — Где же их знания?

— Возможно, все данные были утеряны и им пришлось начать с нуля. Хотя это маловероятно. Две планеты могут пойти по одному пути развития, что и объясняет сходство.

— Тебе нравится Бриттани, — заметил Далден. — Я это почувствовал.

Очередной смешок.

— Хочешь сказать, она понравилась бы Тедре? Не стоит преуменьшать: Тедра полюбила бы ее с первого взгляда. Для нее она неисчерпаемый источник сведений об обычаях Древних. По теории вероятностей выходит, что они могли бы стать хорошими друзьями.

— Но если ты прилагаешь все старания к тому, чтобы мать была счастлива, почему же отговариваешь меня взять с собой Бриттани?

— Потому что в отличие от тебя я вижу на два хода вперед, и Тедра вряд ли будет счастлива, если люди, которых она любит, испортят себе жизнь.

— Такого не будет.

Вздох. Долгий, протяжный, раздраженный.

— Придется попробовать открыть тебе глаза. Сам ты этого упорно делать не хочешь. Ты и эта женщина с ума сходите от желания, что естественно и совсем неплохо. Никто не лишает тебя твоей доли удовольствий, пока ты здесь и время позволяет. Но пора бы реально взглянуть на вещи.

— Почему ты считаешь, что я витаю в облаках?

— Уже потому, что мы ведем эту беседу, — саркастически фыркнула Марта. — Чувственные порывы часто ослепляют мужчин, в том числе и воинов. Убери эти порывы, и перед ними откроется совершенно иная перспектива. Если мужчина и после этого испытывает те же эмоции, значит, женщине удалось поймать его на крючок. Но многие все же понимают, что всего лишь поддались примитивным ощущениям, и когда они остывают, не остается ничего, кроме пустоты. А этого, сам понимаешь, недостаточно для взаимного владения.

Взаимным владением кистранцы называли стремление мужчины и женщины соединиться и вести совместную жизнь, то, что здесь обозначали словом «брак». У шакаанцев не имелось специального термина для этого понятия, и в каждой стране он был своим. В Кан-ис-Тра, когда воин избирал женщину, достойную стать матерью его детей, именно так к ней обращались окружающие всю ее последующую жизнь. Сами же муж и жена называли друг друга спутниками жизни.

— Неужели за все годы, проведенные на Ша-Каане, ты, Марта, так и не узнала о том особом, присущем воину инстинкте, который безошибочно подсказывает, что именно эта, и никакая иная, женщина предназначена ему в спутницы жизни самой судьбой? Многие, так и не дождавшись заветного знака, делят кров и ложе с женщиной, к которой не испытывают ничего, кроме равнодушия. Но со мной этого не произойдет.

— Осторожнее, малыш, — хмыкнула Марта, — иначе я могу подумать, что речь идет о любви, знаешь, том дурацком чувстве, которое, как утверждают воины, никогда их не посещает.

— По-моему, нет ни малейшего сходства между инстинктом и этими женскими вывертами!

— Считай, что я закатила глаза. И на каждом мониторе аппаратной появилось изображение этих самых глаз. Видел бы ты…

— Ты не можешь изменить воина. Подействовать на его дух и силу воли!

— Неужели я кажусь настолько глупой, чтобы отважиться на что-то подобное? Но ты сам себе вырыл яму, малыш. Именно из-за этого у тебя и твоего плотника всегда будут разные взгляды на одни и те же вещи. А без взаимопонимания и общности взглядов вы просто не сможете сосуществовать.

— Сможем.

— Одним упрямством ничего не добьешься. Но я вижу, тебя словами не убедить. Хорошо, давай рассмотрим варианты, предлагаемые теорией вероятностей. Женщина может принять заботу мужчины. Тут проблем не возникнет, потому что таков вековой обычай. Может быть, несколько устаревший, но не настолько, чтобы она о нем забыла. Однако, сидя дома, без работы, она на стену полезет от безделья и скуки. Правда, подобно Тедре, она способна найти себе занятие, чтобы скоротать время.

— Я рад, что ты так мыслишь.

— Погоди радоваться, сначала выслушай. Она никогда не привыкнет к праву воина властвовать над всеми аспектами жизни шакаанцев, в то время как на долю женщины остается покорное молчание. Так ведется у нас, но здесь женщины, раз и навсегда выйдя из этой роли, не спешат вернуться обратно. Надеюсь, ты понял, к чему я клоню? Эта женщина никогда не смирится с тем, что ты будешь принимать за нее все решения. А раз так, она попытается изменить столь невыгодную для себя ситуацию. Правила, созданные воинами в отношении защиты своих женщин, настолько противоречат тому образу жизни, который она ведет, что та же самая Бриттани рассмеется тебе в лицо, попробуй ты их изложить, а еще хуже, заставить ее им следовать. А это приведет к нескончаемой войне. Скандал будет следовать за скандалом. Уж очень вы несовместимы.