Филе из Золотого Петушка - Дарья Донцова

Месяца три назад Томочка заметила, что до сих пор ровные зубы Кристи начали наезжать один на другой. Мы схватили девицу и отвели к ортодонту.

Кристе поставили брекеты. Для тех, кто не в курсе, поясняю: эта хитрая система железных проволочек и крючков крепится к зубам при помощи специального клея и штучек, которые и называются «брекеты». Естественно, Кристя возжедала самые дорогие – так называемые сапфировые. Другие она носить не хотела.

Но мы с Томой очень хорошо понимали, как важна для молодой девушки красивая улыбка, поэтому не стали препираться с Кристиной, а пошли у нее на поводу, выложив за эти сапфировые брекеты такую сумму, что я до сих пор вздрагиваю, вспоминая счет, выставленный стоматологом.

Брекеты оказались страшно неудобной вещью.

Во-первых, Кристине запретили есть всевозможные продукты, включая обожаемое ею мороженое, во-вторых, ей было трудно кусать и жевать пищу, в-третьих, зубы нестерпимо ломило. И еще, раз в две недели приходилось посещать стоматолога, который постоянно что-то менял. Сначала Кристя носила простую железную дугу, потом ей выдали жуткую конструкцию, которую следовало самостоятельно надевать на нижнюю челюсть и фиксировать при помощи специальных шнурочков на затылке. Слава богу, с этим агрегатом надо было только спать. Затем дугу на верхних зубах видоизменили, добавили еще какие-то штуки, а вчера и вовсе установили нечто устрашающее.

Когда Кристина пришла домой, она закатила нам истерику.

– Мне не нужны ровные зубы, – кричала она, – это сплошные мучения! Ой, какие крючки острые! Ой, они мне язык порежут!

– А ты меньше говори, – посоветовал Сеня.

– Всего-то на неделю их поставили, – попыталась успокоить ее Томочка, – хочешь, между майскими праздниками не ходи в школу! Мы тебе разрешим дома посидеть, наверное, и правда с этими крючками во рту неудобно.

– Между прочим, когда я в пятом классе сломал ногу, – заявил Семен, – то все равно ходил в школу, на костылях! Даже физкультурой занимался! Бегал и прыгал!

Я изумилась. Ну то, что все родители в детстве были сплошь отличниками, понятно! Но каким образом Сеня ухитрился ставить спортивные рекорды в гипсе? Наверное, врет!

– Вы издеваетесь!.. – закричала Кристина.

Она внезапно замолчала.

– Что случилось? – озабоченно воскликнула Томочка.

Я тоже насторожилась. Обычно, начав возмущаться, Кристина успокаивается лишь через час, а тут сразу замолкла.

– Железки колются, – протянула девочка, – с ними долго не поговоришь.

Кристя молча вышла из кухни, а Семен покачал головой.

– Похоже, от этих крючков одна польза! Наконец-то у нас воцарится тишь да гладь в квартире!

– Как тебе не стыдно, – возмутилась я, – девочка больна.

– Еще порежет язык, – покачала головой Томочка, – надо обратиться к ортодонту, пусть затупит крючки!

– Ерунда, – отмахнулся Семен, – всего на семь дней. Другие же как-то обходятся!

Я подавила негодование. Мужчины иногда проявляют редкостную черствость по отношению к собственным детям!

– Ладно, – улыбнулась Томочка, – будем надеяться, что ничего не случится! Через неделю поглядим, если опять этот врач что-нибудь такое поставит, потребуем объяснений.

Но если что-то неприятное должно произойти, оно непременно случится. Сейчас я в полной панике смотрела Кристе в рот. Ее несчастный кавалер в момент жаркого поцелуя наткнулся языком на крючок и оказался пойман на него, как карась на удочку. Ярко-красные пятна вокруг нижней губы и на подбородке Кристины – это не размазавшаяся помада, а кровь несчастного Ромео.

Глава 17

– Господи, – вырвалось у меня, – тебе, наверное, жутко больно!

– Нет, – прошепелявила Кристя, – только очень неудобно и шея затекла! Отцепи его!

Но я побоялась лезть ей в рот. Во-первых, у меня грязные руки. Ладно, эту проблему легко решить, спущусь в квартиру и помою их, но дальше что делать? Здесь нужен врач!

Внезапно меня осенило. На четвертом этаже живет милейший дядечка, Генрих Карлович, ему на вид лет восемьдесят, не меньше, но он до сих пор работает врачом в какой-то больнице. Вечером, когда я выгуливаю нашу собаку Дюшку, частенько вижу, как Генриха Карловича привозит домой служебная машина: белая «Волга» с красным крестом. Наверное, он отличный профессионал, раз начальство не только оставило его на службе в столь преклонном возрасте, но и обеспечило автомобилем.

– Подождите секундочку, – сказала я и побежала вниз.

Генрих Карлович недоуменно заморгал, услыхав мою просьбу.

– Э.., любезная…

– Виола, – подсказала я.

– Виола, вы уверены, что вам нужен я?

– Да, и побыстрее!

Старичок молча вышел на лестницу, я потащила его на чердак.

– Куда мы идем? – вновь изумился Генрих Карлович.

– Кристина там, сидит на подоконнике.

Врач покачал головой, но пошел за мной. Еще больше он удивился, увидев парочку.

– Чем они занимаются?

Я вздохнула. Учитывая почтенный возраст доктора, вопрос вполне понятен, скорей всего, он просто забыл, зачем молодые люди ищут укромные местечки.

– Целуются.

– Вы хотите, чтобы процесс протекал под моим контролем? – поинтересовался Генрих Карлович. – Так сказать, под наблюдением медицины?

Конечно, ваша позиция, как матери, мне понятна, более того, я ее одобряю, кое-какие события не следует пускать на самотек. Но отчего на подоконнике? И не сконфузятся ли молодые люди при свидетелях? Знаете, мужская потенция – дело хитрое…

Не дослушав его, я схватила фонарик.

– Смотрите сюда!

Генрих Карлович пару секунд молча разглядывал открывшуюся картину, потом пробормотал:

– Интересная конструкция! А почему у девочки во рту эти крючки?

– Некогда объяснять, пожалуйста, помогите!

– Но чем?

– Вы можете отцепить бедного мальчишку?

– Бедная тут я, – зашепелявила Кристя, – ему-то что!

Даже в такой ужасной ситуации, еле-еле ворочая языком, Кристина спорила!

– Боюсь, это не в моей компетенции, – покачал головой Генрих Карлович, – здесь нужен врач.

– Но вы тоже доктор!

– Да.

– Почему же не хотите помочь?

– Не правильно поставлен вопрос, – нудил Генрих Карлович, – неверно определены приоритеты. Я испытываю искреннее желание помочь, но не обладаю соответствующими возможностями!

В ту же секунду я с тоской поняла: он редкостный зануда. Встречаются люди, которые вместо того чтобы активно действовать, начинают вам объяснять, почему они ничего не делают. «Люди свистка» – так называет подобных индивидуумов Олег. Очень меткое замечание: сплошной свист и никакой пользы.

– Но вы же врач! – тупо повторила я.

Генрих Карлович кашлянул, вытащил из кармана идеально чистый носовой платок, вытер губы и с достоинством сообщил:

– Видите ли, многоуважаемая Виола, я по специальности акушер-гинеколог, мой профессиональный интерес касается совершенно другого органа этой девочки. Я бы с удовольствием принял у нее роды!

– Только младенцев нам не хватало, – не удержалась я, – ну сделайте же что-нибудь!

– Лучше обратиться к стоматологу или хирургу.

– Где я их возьму?

– Можно отвезти молодых людей в травмопункт, – с сомнением протянул акушер и тут же добавил:

– Хотя там вряд ли помогут. Вот что, существуют круглосуточные стоматологические клиники, там, естественно, есть хирург…

– Они же не сумеют идти, – прервала я старика, – ну попытайтесь отцепить юношу. Вы должны помочь, вспомните клятву Гиппократа.

– Хорошо, – кивнул Генрих Карлович, – вы совершенно правы! Долг велит не отказывать страждущим в помощи. Мы, врачи…

Я довольно бесцеремонно дернула его за рукав.

– Начинайте же быстрей! Дети давно тут сидят, у них уже свело челюсти и шеи!

– Это мне плохо, – не упустила своего Кристя, – а ему что?

Парень молчал. С другой стороны, как он мог разговаривать, если его язык наколот на крючок?

– Я должен помыть руки! – заявил Генрих Карлович и ушел.

– Где ты взяла этого кретина? – пробубнила Кристина. – В сумасшедшем доме?

– Лучше молчи, – посоветовала я, – у тебя во рту один крючок свободный, сейчас свой язык проткнешь, вот весело будет!

– А вот и нет, – принялась спорить Кристя, – крючки торчат наружу, перед зубами, а мой язык за ними, я его там держу.

На мой взгляд, умение держать язык за зубами очень полезно, только к Кристине это не имеет никакого отношения.

– Урод, – шипела Кристя, – долдон!

– Нехорошо употреблять подобные выражения в адрес отзывчивого старика, который сразу согласился прийти на помощь, – занялась я воспитанием Кристи.

– Я про Женьку, – просвистела она.

– Про кого?

– Этого идиота, который за крючок зацепился, зовут Женя!

– Очень приятно, – кивнула я, – будем знакомы, Виола!

Юноша пошевелил ногой, наверное, хотел таким образом выказать свою радость от встречи со мной.

– Охренеть можно! – обозлилась Кристя. – Вы еще тут приседать друг перед другом начните.