Наше маленькое чудо - Белла Баканнон

– Попытайся расслабиться, – сказал Итан, накрыв ее руки своими. – Все будет хорошо.

– Мы с Луизой и Леоном собирались вместе готовиться к рождению малыша. Эти девять месяцев должны были стать счастливыми для нас троих. – Ее голос сломался, но Алина закусила нижнюю губу и запретила себе плакать.

– Теперь у тебя есть только я, – заметил Итан. – Это, конечно, плохая замена, но я буду стараться.

Услышав в его голосе грусть, она почувствовала угрызения совести. Итан сейчас нуждается в поддержке не меньше, чем она.

– Мне бы очень хотелось говорить о них спокойно. О том, как просияло лицо Леона, когда он увидел две заветные полоски. Как радостно они с Луизой смеялись, когда он поднял ее и закружил. Но при мысли о том, что их счастье продлилось всего несколько недель, я всякий раз чувствую боль.

– Это счастье подарила им ты. За одно лишь это я всегда буду у тебя в долгу.

Отпустив ее руки, он так крепко прижал ее к себе, что она почувствовала, как стучит его сердце. Все-таки она правильно поступила, обратившись к нему до рождения ребенка.

Некоторое время спустя Алина лежала на кушетке в кабинете УЗИ, держа Итана за руку. Наклонившись, он коснулся губами ее щеки и тихо сказал:

– Наш малыш уникален, Алина. Он создан Луизой, Леоном и тобой.

В кабинет вошел молодой медработник. На его лице была улыбка, словно показывать родителям изображения их будущих малышей было для него самым большим удовольствием.

– Здравствуйте. Полагаю, вы Алина и Итан Джеймс? Меня зовут Гэри. – Сев на стул, он заглянул в медицинскую карту Алины. – Готовы посмотреть удивительное кино? Поднимите топ, Алина. Сейчас вам будет немного холодно. Возможно, однажды изобретут теплый гель.

Он выдавил Алине на живот немного холодного геля. Она вздрогнула и поморщилась, и Итан рассмеялся.

– Так реагируют все отцы, – улыбнулся Гэри, – но когда им предлагаешь нанести на голое тело гель, они всегда отказываются. Итак, вы хотите узнать пол вашего будущего ребенка?

– Нет! – одновременно воскликнули они, после чего Алина с благодарностью посмотрела на Итана.

– Спасибо, что спросили, – произнес Итан, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ее ладони. – Мы хотим, чтобы в октябре у нас получился сюрприз.

– Хорошо, – ответил Гэри и принялся водить специальным приспособлением по животу Алины. По ее коже пробежала дрожь, когда она посмотрела на экран и различила движущееся пятно на темном фоне. Здравый смысл приказывал ей закрыть глаза, но она не сделала этого.

Гэри сделал несколько манипуляций компьютерной мышью, и изображение стало больше и четче.

– Итак, у нас есть две ручки, две ножки. Соотношение размеров головы и тела правильное. Плод развивается так, как и положено на четырнадцати-недельном сроке. – Он навел стрелку на крошечный пульсирующий шарик. – Видите? Это бьется сердце вашего малыша. Пульс в норме.

При мысли о том, что Луиза и Леон не могут видеть это чудо, Алина с трудом сдержала слезы. Вдруг сбоку от нее раздался приглушенный вздох. Когда она повернула голову, ее сердце замерло на мгновение. Итан сидел, подавшись вперед. Его рот был приоткрыт, широко распахнутые глаза выражали изумление. Много лет назад она видела такое же изумление на лице другого мужчины.

– Наш малыш, – сказал Итан, сглотнув.

– Это тот момент, когда все становится реальным, – заметил Гэри.

– О да. – Улыбка, появившаяся на лице Итана, наверное, могла бы осветить целый город. – Спасибо тебе, Алина. – Его взгляд затуманился, и он, наклонившись, прошептал ей на ухо: – Спасибо, что позволила мне стать участником этого невероятного события.

Она погладила его по щеке.

– Это невероятно, правда? Я знаю, что внутри меня есть малыш, вижу, как он двигается, но при этом пока еще его не чувствую.

Она не собиралась привязываться к этому ребенку, считать его своим. Она планировала после его рождения вернуться к своей уединенной жизни, в которой не было места сильным эмоциям. В тот день, когда она садилась в самолет, она была уверена в том, что такой исход дела будет лучше для всех. Однако после того, как она познакомилась с Итаном, ее план начал трещать по швам. И немудрено. С того момента, как он узнал о ребенке, он стал относиться к ней как к самому ценному из всех возможных сокровищ.

Итан перевел взгляд с экрана на Алину и обратно. Ему хотелось плакать от радости. Движущееся пятно на экране – это доказательство того, что он не полностью потерял двух самых дорогих для него людей. Пять недель назад он не мог до конца в это поверить. Сейчас он все видит собственными глазами и испытывает благоговейный трепет.

Глядя на крошечное сердечко малыша, он понял, что его жизнь никогда уже не будет прежней. Что у него скоро родится ребенок. Он дал себе слово, что станет малышу таким же хорошим отцом, каким стал бы Леон. Через шесть месяцев он сможет взять на руки своего сына или дочь. Он будет любить этого ребенка. Будет заботиться о нем и нести за него ответственность. Он так сильно этого хочет, как ничего до сих пор не хотел. Как он только мог думать, что он такой же сухарь, как его родители!

Алина протянула руку и смахнула слезу с его щеки. До этого момента он не осознавал, что плачет. В ее взгляде и улыбке было что-то, чего он не видел там раньше. Алина ошибочно полагала, что после трагедии утратила способность испытывать материнские чувства. Она спрятала их глубоко внутри, но в такой волнующий момент, как этот, они вырвались наружу.

Его грудь сдавило, во рту у него пересохло, когда он сделал потрясающее открытие. Алина нужна ему не только из-за ребенка, которого ждет. Они стали одной семьей. Все инстинкты кричали, что в его жизни происходит что-то настоящее, чему он не должен сопротивляться.

– Все, мамочка и папочка. Я получил необходимую информацию, – сказал Гэри.

Когда монитор выключился, Итан почувствовал разочарование. Он хотел бы подольше полюбоваться маленьким чудом.

– Возьмите в приемной фото и диск с видеозаписью. – Гэри протянул Алине упаковку салфеток. – Желаю удачи. Увидимся, когда вы придете на УЗИ в следующий раз.

Достав из упаковки две салфетки, Итан принялся стирать гель с живота Алины. Ему нужно было чем-то себя занять, пока он не начал прыгать от эйфории. Ему пока было неловко показывать другим ту часть себя, о существовании которой он сам до сих пор не подозревал.

Выбросив салфетки в мусорную корзину, он встретился взглядом с Алиной и почувствовал такое сильное душевное волнение, что не смог сдержать дрожь.

– Итан, у тебя все хорошо? – спросила она, взяв его за руку.

Опустив ее топ, он помог ей встать с кушетки, нежно поцеловал ее в губы и сказал: