Администратор Реальности - Артемис Мантикор

— Сердца срединных червей слабы, вершитель. Судя по всему, остров населяют поклонники той, чьё имя я не стану упоминать. Так что силу им дал сам бездушный бог.

— Значит, остров сектантов-пустотников, приносящих кровавые жертвы этому чудовищу. Всё ясно.

— У нас есть те, кто пересекался с этим человеком, — осторожно сказал посланник.

— Ко мне их! — рявукул Эхмея.

С этого следовало начинать, но слуги как всегда слишком опасались его гнева. Никто не мог сказать, похвалит великий за расторопность или накажет за самовольство. Вообще-то не являющиеся урождёнными высшими детьми солнца и принадлежавшим к высшей касте, находиться в солнечном дворце было не дозволено. Но в силу нужды это правило часто нарушалось.

Вскоре вошёл мужчина лет пятидесяти с лишним, одетый в мантию боевого инквизитора. Следом за ним шли две связанные девушки. Одна была мрачной, смотрела в сторону и была напряжена, словно струна.

Вторая же, похоже, не осознавала своего положения. Она надувала пузыри из слюны, глупо посмеивалась себе нос и периодически корчила бессмысленные гримасы.

— Мракобор, — уважительно кивнул вершитель.

На лице инквизитора забрезжила тень религиозного фанатизма. Чести увидеть лично живого бога этого мира удостаивались единицы. А чтобы он ещё и произнёс своими устами его имя — это и вовсе было знаком глубочайшего уважения.

Статус ветерана в глазах окружающих сразу поднялся от ранга «червя чуть выше неприкасаемого» до «достойного человека с низким происхождением».

— Великий Вершитель, — склонил голову и встал на одно колено инквизитор. — Я был в составе группы мастера Регулуса…

— Не важно, — оборвал его Эхмея. — Сразу к сути. Кто он и зачем ты привёл с собой этот мусор? Погоди… кажется, я узнаю одну из них. Ты вернул домой блудную дочь солнца, вижу. Кто вторая?

— Обе пытались охотиться на Альтаира. Безрезультатно. У них много необходимой информации по этому вопросу. И я сам, полностью к вашим услугам, Вершитель.

— Отлично. Сим приказом я создаю группу охотников на владыку гнезда сектантов запретной стихии и детей самого Днища, отступника и ренегата всего живого, Альтаира, — здесь владыка чуть запнулся — прозвища еретика он не знал. А затем закончил. — Генерал-иерарх должен быть отмщён… даже если он был идиотом, позволившим себе проиграть кучке сектантов Днища.

Глава 12

После эпического сражения за Эниранд и пробуждения внутри меня силы Пустоты, я чувствовал себя странно. Даже пробудившись от недельного сна, несколько дней прошли для меня словно в тумане. Казалось, я вновь погрузился в глубокий сон, хотя на самом деле был в сознании. Однако мое восприятие действительности сильно изменилось.

Даже находясь среди близких друзей и союзников, окруженный их заботой и поддержкой, я не мог отделаться от странного ощущения отчуждения. Эмоции, прежде такие яркие и живые, теперь казались смазанными и далекими. Словно кто-то установил между мной и остальным миром прозрачный барьер.

Хель неотлучно находилась рядом, деля со мной постель и делясь своей теплотой и состраданием. Девушка научила меня сопротивляться разъедающему влиянию Пустоты, сосредотачиваясь на положительных чувствах и любви к близким. Но даже эти уроки не приносили должного успеха — какая-то часть меня словно безвозвратно утратила способность переживать полную гамму человеческих эмоций.

На третий день после моего пробуждения, я впервые решился выйти наружу — познакомиться с тем, что осталось от Эниранда после недавней жестокой бойни. Ступив за порог, я сразу же оказался в череде развалин и руин.

Но вот что удивило и тронуло меня до глубины души: повсюду я видел жителей Эниранда, что трудились не покладая рук, восстанавливая свой дом. Наш дом.

И часть острова уже удалось восстановить, однако город все еще выглядел так, будто его переехала непоколебимая сила, разрушительная и страшная.

Повсюду люди косились в мою сторону, а заметив, склоняли головы в глубоком почтении. В их взглядах я улавливал благодарность. Многие дружески кивали, кто-то даже позволял себе негромко окликнуть меня «спаситель» или «владыка».

Несмотря на окружающие руины, это зрелище грело душу и придавало сил. Да, Эниранд пострадал от кровавой войны, но его жизненная сила осталась нерушимой. И я намеревался любой ценой уберечь это место и его обитателей.

Не привлекая особого внимания своего отряда, я направился к отдаленному углу острова, что все еще оставался нетронутым. Там и стоял мой корабль, который почти две недели назад я запустил на восстановление. Корпус судна заметно восстановился по сравнению с его состоянием до битвы. Хотя остатки коррозии и повреждений все еще виднелись на гладкой обшивке.

Взобравшись по трапу, я первым делом вошел в жилую палубу. Ничего не изменилось по сравнению с той безжизненной рухлядью, что была тут ранее. Лишь дополнительные огни указывали на то, что часть систем жизнеобеспечения пробудилась.

И все же, внезапно мне почудился отголосок воспоминаний. Будто где-то на краю сознания забрезжил образ, связанный с этими помещениями. Однако он тут же развеялся, словно дымка на ветру, оставив после себя лишь тоскливую пустоту.

Покачав головой, я напомнил себе, что грезить сейчас было крайне неуместно. С моей памятью все еще оставалась великая загадка. И возможное ее разрешение вот-вот должно было наступить.

Я направился на мостик, где располагался командный отсек с креслом пилота. И тут мое внимание привлекло одно из окон, внезапно вспыхнувшее яркими потоками данных.

[ВНИМАНИЕ! Критическое повреждение!

Утрачена связь с Нейросетью!

Возможные варианты:

— Механическое повреждение связующих протоколов

— Искажение программного кода

Запущен режим дефрагментации — попытка восстановления связи с Нейросетью неудачна. Рекомендуется восстановление вручную]

Помимо него, передо мной одно за другим развернулись сотни невероятных изображений: сияющие галактики и туманности, безграничные просторы космоса, искрящиеся энергетические потоки субатомных частиц. Каждый новый кадр походил на записи из космического телескопа, открывавшие невиданные ранее дали вселенной.

Из системных файлов на экраны вылилась целая вереница сообщений и данных, детально