Легендарное дело - Николай Иванович Леонов

встрече на старом причале, иначе зачем ей встречаться с врачом. Как бы встретиться снова с рыжеволосой женщиной и раскрутить ее на более откровенный разговор? Как-никак она была заинтересована и сама принесла Гурову информацию, чтобы проверить свои догадки. Даже не побоялась озвучить их в прокуратуре, но получила, скорее всего, в ответ лишь насмешку. Если даже полковника полиции местные прокурорские работники не стали слушать, то что уже говорить об обычном человеке. А теперь она еще потеряла работу из-за странной старушки. Женщина, должно быть, теперь очень заинтересована в том, чтобы докопаться до правды, чтобы хотя бы оправдать себя перед начальством. И это отличный повод побеседовать с ней. Лев знал точно, что сегодня в полночь она снова придет к старому причалу. Может быть, она даже согласится ему помочь и добудет вещи погибшей под колесами поезда старушки.

А еще не давал покоя слух о богатстве Валентины. Уже в который раз он слышит о том, что женщине достались от любовника какие-то драгоценности, но сыщик лично видел вещи покойницы, и там не было и намека на достаток, лишь дешевая бижутерия. Теперь же есть конкретный свидетель – старичок с украденным пирогом, который из первых рук услышал признание от любовника Тины. Возможно, потом он же и распустил слух о несметных богатствах. Может, конечно, быть, что это всего лишь фантазии, бред предсмертной агонии, который длинные языки позднее превратили в легенду.

В размышления Льва вмешался звонок генерала Орлова. Тот был мрачен и недоволен. Он очень хотел помочь Гурову, но похвастаться было практически нечем, несмотря на большие связи во всех отделах системы правоохранительных органов.

– Странное дело, Лев Иванович. Ты там будь осторожен, ничего хорошего про этот город мне не рассказали. Люди отказываются общаться и помогать. Кое-как нашел своего старого знакомца, он старший патологоанатом в криминальной лаборатории, но и он согласился побеседовать неофициально. Сегодня ждет тебя в одиннадцать вечера на набережной у кафе «Океан». Я ему пообещал, что от встречи никаких последствий не будет. Но я, Лев Иванович, удивлен такой реакцией коллег. Постараюсь разузнать, что такого в этом городе случилось, что они такие осторожные. Сходи на встречу, потом мне отзвонись.

– Спасибо, Петр Николаевич, я понял вас. Буду аккуратен.

После беседы с начальником у Льва запульсировало неприятное ощущение. То ли головная боль из-за практически бессонной ночи, то ли смутное беспокойство впилось тугим холодным гвоздем в затылок. Но вдуматься и разобраться, что тревожит его, не было возможности – Мария после душа потянула мужа на пляж. Он захватил с собой письма Валентины, чтобы изучить их поподробнее.

Ласковые волны успокоили его тревогу, и Лев с удовольствием искупался, проплыл широкими размашистыми гребками в глубину и обратно, чтобы выгнать из мышц ненужное напряжение. Растянувшись на лежаке, он теперь наслаждался мягким солнечным теплом, шумом моря и рассказом Маши о путешествии.

Она потянулась к сумке за солнцезащитными очками и с удивлением коснулась пухлого конверта.

– Что это?

– Любовные письма, Машенька. Хочу их прочитать более внимательно и разобраться, за что так преследуют бедных Жуковых.

– Как интересно! Обожаю любовные истории! Давай я их прочитаю вслух, – загорелась жена. – Я же актриса! Когда текст читаешь вслух, он оживает и ты начинаешь видеть написанное между строк.

– Ну, хорошо, мне приятно будет тебя послушать, – улыбнулся он жене с благодарностью.

– Но сначала обед! – Мария поднялась с лежака. – Я ужасно проголодалась на этом корабле. Знаешь, так страшно в закрытом пространстве без еды на выбор! Представляешь, как путешествовали бедные моряки в прежние времена? Они ведь проводили в море долгие месяцы и питались только запасами на корабле.

После обеда Лев и Мария вернулись в номер, чтобы переждать полуденную жару. Под свежестью кондиционера Гуров вытянулся на кровати, и Мария принялась вслух и с выражением читать письма, одно за другим. Все-таки она была настоящей актрисой, от пауз, смены тональностей в голосе и эмоций у Льва перед глазами словно плыла кадр за кадром кинокартина.

Он видел сначала молодого парня, сгорающего от страсти, потом умудренного опытом и сгибающегося под тяжестью семейных обязательств мужчину, который долгие годы мечется между долгом перед близкими и многолетней страстью к любовнице, между жизнью в достатке и своими чувствами к небогатой женщине. До конца жизни Григорий так и не смог решиться на важный шаг – уйти от нелюбимой жены, чей отец обеспечивал властью и деньгами его прочное положение в обществе, к женщине, которую любил до самой смерти. Между любовью и деньгами Григорий Болотников выбрал достаток и принадлежность к верхушке власти.

Прошу у тебя прощения, Тина – моя Тина! – что не отпустил тебя, не дал тебе возможности насладиться семейной жизнью, почувствовать себя за мужем, как за каменной стеной, и узнать радость материнства. Сжег тебя, стер в труху твою жизнь своим эгоизмом, своей страстью к тебе, потому что всю жизнь желал, чтобы ты была моей, лишь моей. А сейчас я не нужен ни жене, ни детям, которые ненавидят меня за измены. Одна лишь ты верна мне и любишь меня. Пускай хотя бы последние годы твои пройдут в достатке и роскоши. Я обо всем позаботился. Все, что за всю жизнь скопил и заработал, я отдаю тебе, моей единственной любви, моей Тине.

Единственная, неповторимая, горячо любимая Тина! Прости меня и будь счастлива! Я умираю с мыслью, что позаботился о тебе в последний свой час на земле. Твой Гриша.

Мария дочитала последнее письмо и замолчала, глаза у нее наполнились слезами.

– Как же ужасно, Лев! Как страшно прожить свою жизнь несчастливо! Ради денег, общества и того, что скажут люди! Столько лет он портил жизнь своим детям, жене, Валентине. Они же могли быть счастливы! Жена вышла бы замуж за другого и вырастила бы детей в любви, а Валентина была бы счастлива с Григорием. Какие глупые бывают все-таки люди и как много времени тратят, чтобы понять, что счастье не в деньгах.

Маша взволнованно ходила по номеру, то и дело к чему-нибудь прикасаясь. История сильно взволновала ее. Но Лев, уже придя в себя от волны эмоций, размышлял над последними строками. Что имел в виду Григорий? Значит, хулиганистый старикашка из пансионата не соврал, Григорий передал Валентине какие-то ценности, чтобы обеспечить ее старость. Но тогда где они? Ведь Жуковы уверяли, что старуха жила очень бедно всю жизнь, а в последние годы вынуждена была отдать свое жилье в наследство, чтобы оплатить проживание в частном доме престарелых. Единственное, что можно предположить, – все ценности остались в старом доме. Но