Ради неё и тебя (СИ) - Ивето Витко

— Почему ты в этом уверен? — допытывалась Настя у спешащего уйти Седого.

Антон на секунду придержал дверь, ободряюще подмигнул Насте и пояснил:

— Потому что в игру вступает Дед, а он человек слова.

— Тогда ладно, — растерянно согласилась Макарова, позволяя запереть себя в незнакомом доме.

Антонов захлопнул входную дверь, а потом закрыл её снаружи на два замка: верхний и нижний. Оставшись одна, Анастасия вошла в комнату и осмотрелась. Мебель вокруг неё была старой: громоздкий сервант, два кресла из натурального дерева, простенький журнальный столик, возле него — потрёпанный напольный торшер с шёлковым абажуром, напротив серванта — старый диван, а у окна — стол-книга. Из всей обстановки выделялся новый огромный телевизор, почему-то размещённый на полу. Ещё внимание Насти привлекли висящие на стене гитары, обычная и электрическая, и стоящий на журнальном столике DJ-контроллер. Было очевидно, что Седой увлекается музыкой. Остальные комнаты в доме Анастасия осматривать не стала. Вместо этого она подошла к укрытому пушистым коричневым пледом дивану и легла на него.

— Только бы выгорело, только бы этот Дед согласился нам помочь, — думала Настя.

Хотя события последних трёх дней вымотали Макарову, она всё же была способна отстранённо посмотреть на случившееся и проанализировать свои действия, чувства, эмоции. Чем больше Анастасия думала о Юре Северине, тем больше осознавала, что не испытывает страха. Всё волнение Насти было связано с Макаром. Она беспокоилась о нём, очень надеясь на помощь неизвестного ей Деда и на хороший финал.

Погруженная в свои мысли, Анастасия потеряла счёт времени. Когда вокруг стало темнеть, она вздрогнула от хлопка двери. Через секунду в коридоре загорелся свет и в комнату вошёл Седой.

— Спишь? — спросил он.

— Нет, — отозвалась Настя, вставая с дивана. — Как там? Макар живой?

— Сильно помятый, но живой, — успокоил её Антон. — Дед надавил, куда надо. Юру попридержали. Карпа увезли в Потянино.

— Это хорошо! — обрадовалась Настя.

Седой улыбнулся, и от этого его лицо сразу стало совсем другим: светлым и приветливым.

— Я тогда домой пойду? — улыбнулась Антону в ответ Настя.

— Не торопись, — Антонов снова стал серьёзным. — Пока Северин не уедет в "командировку," тебе следует отдохнуть под охраной в санатории МВД. Больно у Юрки психика нестабильная. Запал он на тебя крепко и может сорваться. На улице машинка стоит с ребятами надёжными. Поедешь с ними и будешь отдыхать за казённый счёт. Когда всё уляжется, тебя аккуратно вернут в твою квартиру. Поняла?

— Поняла, — вздохнула Настя, действительно понимая, что сопротивляться бесполезно да и вредно для собственного здоровья.

— Тогда пойдём. Провожу до машины. Макар волнуется, — на лице Седого появилась ироничная ухмылка. — Просил проследить, чтобы ты точно села в машину.

— Можно мне в Потянино? — оживилась Настя.

— Анастасия, ты же, вроде, не дура, — остудил её пыл Седой. — Потянино — закрытый режимный объект. Кто тебя туда пустит?

— Я хочу Макара увидеть, — не унималась Настя. — Хочу убедиться, что он жив.

— Придётся поверить мне на слово. Увидеться не получится, — отрезал Антон. — Иди за мной.

Настя повиновалась. Они покинули дом Седого и вышли на улицу, где у калитки стоял полицейский уазик, в котором сидели два бритоголовых амбала. Прежде, чем сесть в машину, Макарова достала из сумки ручку и обрывок старого чека из продуктового магазина. Быстро написав на чеке свой номер телефона, она протянула чек Антону:

— Передай Макару. Я буду ждать его звонка.

— Передам, — согласился Седой, — но не думаю, что Карп тебе позвонит.

— Почему не позвонит? — заволновалась Настя. — Я же Макарова, а значит — его!

— Поживём — увидим, — неопределенно пожал плечами Антонов и открыл перед Анастасией дверцу полицейского уазика.

Настя села на заднее сиденье, после чего Седой, захлопнув дверцу, постучал по крыше:

— Трогай!

Перед тем, как уазик тронулся, бритоголовый водитель повернулся к Насте:

— Макарова?

— Да, — пискнула Анастасия.

— Документ, подтверждающий личность имеется?

— Паспорт, — Настя указала рукой на сумку.

— Очень хорошо. Он будет необходим для оформления в санаторий. Теперь в целях безопасности прошу сдать мне на хранение мобильный телефон, а так же ключи от вашей квартиры. Возможно они понадобятся для проведения следственных действий.

— Если такие будут проводиться, — уточнил второй бритоголовый амбал, протянув к Насте свою огромную руку.

Оробевшая от происходящего, Макарова покорно отдала бритоголовому пассажиру-амбалу телефон и ключи, после чего уазик резко рванул с места.

— Поедем с музыкой, красавица! — объявил водитель, включая сирену.

Под завывания сирены уазик понёсся по притихшему вечернему городу, увозя Настю Макарову в один из лучших санаториев района.

Глава 25

Домой Настю привезли через две недели на том же полицейском уазике, правда без "музыки," те же бритоголовые парни. Они галантно проводили Макарову до квартиры, вернули ей мобильный телефон, сами открыли дверь квартиры, где не было никаких следов жуткого вторжения Северина: кто-то провёл уборку в прихожей, удалив следы крови с дверного косяка и паркета; кусков разбитой глиняной вазы тоже не наблюдалось. Вручив Насте ключи от её квартиры, бритоголовые амбалы пожелали Макаровой "всего хорошего," а потом ушли.

Оставшись одна, Анастасия первым делом поставила на зарядку свой умерший за две недели телефон, и, как только он подал признаки жизни, включила его в надежде увидеть весточку от Карпова, но её ждало разочарование: несколько звонков от Даниловой Инги, смс-сообщения от Кати Сомовой с вопросами "Что с тобой?", "Ты где?". Ни одного звонка с незнакомого номера, ни одного смс-сообщения от Карпова в телефоне не было.

Расстроенная Настя решила проверить электронную почту. Она зашла в свой почтовый ящик и охнула, увидев письмо от заведующей логопедическим детским садом: пока Макарова две недели в полнейшей изоляции прохлаждалась за городом в элитном санатории "Берёзка," её уволили с должности помощника воспитателя за прогулы. Это Анастасию опечалило.

Побродив по квартире, Настя вспомнила о реальном почтовом ящике, расположенном на первом этаже её пятиэтажки. Вдруг Макар оставил ей бумажное послание? Анастасия сбежала на первый этаж, открыла ящик и, не сдержав разочарования, застонала: в глубине почтового ящика лежала