Песнь третья, О Троне и Дороге в неивестность - Тиа Атрейдес

— О, так ты разбираешься в зельях? Сколько у тебя талантов, любимый, — даже грубая лесть в устах ненаглядной заставила Хилла растаять от удовольствия. А уж каким голосом она это сказала… и как потерлась…

— Шу, так что же это такое? — чтобы избавиться от головокружения, Хиллу пришлось на несколько мгновений зажмуриться и представить себе вонючий колодец, в котором ему как-то пришлось прятаться от Нийрисских коллег-убийц. В мозгах немного прояснилось, но упрямое тело все равно не поверило, продолжая требовать немедленно прекратить дурацкие разговоры и заняться делом.

— Это ритуал, милый, для того, чтобы моё место концентрации приняло тебя.

— Э… ты имеешь в виду тот круг наверху?

— Угу. Мне не показалось, что тебе рядом с ним удобно?

— Удобно? В каком смысле?

— Ну, он тебя не отталкивает, голова не болит… не знаю, что ещё он может делать.

— Притягивать может. Если честно, я как-то в нем чуть не утонул.

— Да? Когда это?

— С неделю назад.

— Интересненько… и что было?

— Мне было любопытно, что там у тебя такое. Ну, я заглянул посмотреть… этот твой круг… он на тебя похож, — сейчас, заглядывая в полные интереса и тревоги сиреневые глаза, Хилл мог бы поклясться, что в них его затягивает ничуть не меньше, чем в магический круг. — Ты не сердишься? Я тогда немного пообщался с ним, если это можно так назвать.

— Чушь. С какой стати мне сердиться? — лукаво улыбнувшись, Шу потерлась о его щеку носом. — А пойдем наверх, я хочу посмотреть сама.

— Шу, милая, давай не сейчас, — оказывается, отказать этой плутовке хоть в чем-то невероятно трудно. Просто потому что, стоит ей вот так улыбнуться, и все разумные мысли вылетают из головы напрочь.

— А почему бы и не сейчас? — настырная девица уже примеривалась, как бы половчее спихнуть его на пол.

— Потому что в гостиной уже целая рота жаждущих общения с Вашим Высочеством подъедает наш завтрак.

— Наш завтрак? Безобразие, — Шу весело рассмеялась. — Никак, братец пожаловал?

— Он самый.

— Удивительно, как это он ещё не здесь?

— Ну, я попросил Его Величество немножко подождать, пока ты сама спустишься.

— И он послушался?! Невероятно! Милый, ты просто гений дипломатии!

— Ну, раз я гений дипломатии… — поискав взглядом какую-нибудь одежду, он наткнулся на нечто серебристо переливающееся, все в кружевах и вышивке. — Вот, одевайся.

— В это? — поймав брошенное в её сторону нечто, Шу невинно похлопала глазками. — Как скажешь, любовь моя.

Натянув на себя рубашку, Хилл обернулся. И чуть не упал. Нечто серебристое и полупрозрачное на довольно улыбающейся принцессе выглядело, как… как немножко лунного света. Ну, нет, в таком виде выпускать Её Высочество за дверь спальни он не согласится ни за какие коврижки.

— Ммм… тебе идет…

— Правда, тебе нравится? — для усиления эффекта она соблазнительно изогнулась и облизнула губки.

— Шу! Оденься! — для такого сурового испытания он ещё не был готов, и потому отвернулся. Вот, в окошко ещё можно посмотреть… птички там, рыбки…

— Так я оделась… — нежные ручки легли ему на плечи, сметая последние остатки самообладания и здравомыслия. По телу пробежала горячая волна желания, вырвав из горла стон.

— Шу… — развернувшись, Хилл схватил её, впиваясь в губы и судорожно прижимая к себе.

— Хилл… — она пыталась отдышаться, гладя на него сияющими счастливыми глазами. — Хилл, я так люблю тебя…

— Шу… — переполненный нежностью, он гладил шелковые пряди, разрумянившиеся щечки, хрупкие плечики, зарывался лицом в пахнущие кувшинками волосы. Маленькая сказочная фея, прекрасная и загадочная, озорная и непредсказуемая, обнимала его. Самая чудесная, невероятная, желанная девушка на свете, волшебная принцесса, принадлежала ему, вся, целиком. Хиллу хотелось петь, и взлететь под облака, и поднять её на руки, и не отпускать никогда. Солнце, счастье… такое огромное, что заполняло собой весь мир… уверенность в том, что теперь все правильно, что только так и должно быть… одно целое, он и она. Миг, равный бесконечности, помноженной на вечность.

— Шу, жизнь моя, ты так и будешь меня дразнить?

— Буду, иногда, — она подмигнула. — Невозможно удержаться.

— Твой братец там уже ни крошки не оставил.

— Да, он такой. Ладно, уговорил, пойдем уже.

На всякий случай, прежде чем подхватить любимую на руки, Хилл все же взглянул, что на ней одето. Не то чтобы он не доверял ей… но… с Её Высочества станется выйти к завтраку в таком виде, что жареный гусь, и тот закрякает. Его опасения не оправдались. Нечто серебристое осталось таким же струящимся и облегающим, но утратило прозрачность. Не откладывая больше, Хилл понес уютно примостившуюся у него на руках принцессу вниз по лестнице.

Глава 7

Робкая надежда на то, что капитан Ахшеддин уберется восвояси или хотя бы успокоится и передумает устраивать ему допрос с пристрастием, не оправдалась. Ещё спускаясь по лестнице, Хилл слышал в голосе Эрке весьма воинственные и упрямые нотки, не предвещающие некоторым бывшим наемным убийцам ничего хорошего. Волнение капитана за безопасность Шу и Его Величества, разумеется, заслуживало всяческих похвал, как и его упрямство и дотошность. Но только если бы дело не касалось лично его, Лунного Стрижа. Похоже было, что за последние полсуток въедливый клещ раскопал кое-что из того, о чем сам Хилл предпочел бы не вспоминать вовсе.

Бережно усадив возлюбленную за стол рядом с братом, Хилл улыбнулся Балусте и потянулся за кофейником.

— Доброе утро, — принцесса поздоровалась со всеми скопом и просияла счастливой улыбкой, совершенно игнорируя выразительное постукивание пальцами по столу Светлого. — Чудесная погода сегодня, правда? Баль, Кей, Эрке… мне приятно, что вы заглянули. Кстати, Кей, я так и не сказала тебе спасибо, — Шу потянулась к брату и чмокнула его в щеку.

Смотреть на очаровательно щебечущую принцессу было намного приятнее, чем на настороженную физиономию начальника Малой Гвардии. Конечно, встретиться с ним и побеседовать о всяком разном за завтраком в непринужденной обстановке казалось Хиллу более привлекательным, нежели все тоже самое, но в его конторе. Или тщательно охраняемом подвале под Риль Суардисом. Но все равно, если бы удалось избежать неприятного разговора… если бы да кабы. Кто сказал, что все должны прыгать от радости от того, что Её Высочество соизволила оказать доверие весьма подозрительной личности? Да слепому ежу понятно, что наемный убийца рядом с принцессой может появиться только в одном случае. Скорее удивительно то, что Его Величество по этому поводу совершенно спокоен. Настолько уверен в том, что Шу невозможно обмануть? Или в том, что ей все нипочем, и любого убивца, Посвященный он там или ещё какой, скрутит в бараний рог и не поморщится? Правильно, в общем-то… если бы только…