Песнь третья, О Троне и Дороге в неивестность - Тиа Атрейдес

— Кей, шел бы ты к себе, а? — обращаясь к своему королю, Ахщеддин ни на миг не отрывал взгляда от противника.

— Угу. Как только ты мне объяснишь, что тут у вас за танцы.

— Кей, пожалуйста. Он опасен.

— Слушаю внимательно, — он и сам понимал, что поддается фамильному ослиному упрямству, вежливо называемому «королевским характером», но на этот раз ни в какую угрозу не верил. Чтобы Шу допустила в собственные покои хоть что-то, опасное для него? Да не смешите!

— Этот милый юноша забыл представиться, — постепенно Эрке пытался загнать Тигренка к окну, подальше от короля.

— Не забыл, Эрке. Не вежливо лезть с представлением к Его Величеству, пока не спросят, — вот теперь, услышав сдерживаемый хищный рык в голосе юноши, Кей немного напрягся. Может быть, и не зря капитан опасается этого типчика.

— Ну, так я спрашиваю, — дабы не уронить королевского достоинства, Кей нагнал в голос и осанку побольше властности и самоуверенности. Ещё чего, показывать неуверенность и опаску? Не дождетесь.

— Лунный Стриж, Ваше Величество, — юноша слегка поклонился.

Услышав знакомое имя, Кей замер на мгновенье, машинально оценивая расстояние до ближайшей двери и ища взглядом хоть что-то, могущее сойти за оружие. Но тут же расслабился. Смешно было опасаться, когда до появления Ахшеддина у Призывающего было предостаточно возможностей сделать с ним все, что угодно.

— Что ж, рад знакомству. Может быть, мы наконец выпьем кофе? — подчеркнуто отвернувшись от обоих, он налил себе из кофейника не успевший ещё остыть напиток. — Ну? Прошу к столу, — наследный дар утихомиривать парой слов не только диких котов, но и разбушевавшийся Королевский Совет, и даже Собрание Гильдий, в очередной раз показало себя. Ещё не до конца успокоившийся капитан Малой Гвардии продолжал подозрительно присматриваться к юноше. Тот же вел себя как ни в чем не бывало.

— Её Высочество в курсе? — наконец добравшись до чашки с кофе, Кей несколько подобрел и перестал изображать из себя грозного монарха.

— Конечно, Ваше Величество.

— И давно?

— Со вчерашнего дня, — Лунный Стриж снова превратился в обыкновенного, вполне безобидного менестреля. Разве что слишком вольготно расположившегося за одним столом с королем.

— Почему Шу не спускается? — Эрке все ещё не мог совсем уж доверять наемному убийце, пусть и любовнику принцессы.

— Она устала вчера, — невинная улыбка сытого кота не предполагала других толкований причины усталости Её Высочества. — Если Ваше Величество не против, я все же отнесу ей завтрак?

— Лучше позови её сюда.

— Как скажете, Ваше Величество, — прихватив стакан апельсинового сока, Тигренок вежливо поклонился и взбежал по лестнице наверх.

Что-то подозрительно знакомое почудилось Кею в том, как тот произнес «Ваше Величество». Ну, конечно же! Как можно было не догадаться! Интонации Её Высочества. То же ехидство, истекающее медом. Спелись, голубки. Ну да, кто же ещё подойдет нашей нежной и трепетной прекрасной принцессе, как не наемный убийца… разве что сам Темный Хисс.

Его Величество расслабленно пил кофе и улыбался собственным мыслям, время от времени переглядываясь с капитаном своей Тайной Службы.

В спальне наблюдалась вполне предсказуемая картина, практически идиллия. Её Высочество, не удосужившись хотя бы слегка прикрыться, все так же возлежала на кровати. Но не одна. Компанию ей составлял невероятно древнего и зловещего вида огромный фолиант, раскрытый на какой-то зубодробительной схеме. Цвет чернил навевал мысли о том, что не совсем чтобы чернилами эту схему чертили. На дилетантский взгляд Хилла, от пергамента так и разило темной магией. Принцесса же увлеченно разглядывала запутанное переплетение линий, тыкала в них пальчиком и что-то тихонько бормотала на тарабарском языке. Шу выглядела такой хрупкой и трогательной… и очень походила на замышляющего шалость сорванца. Чуть высунутый и прикушенный язычок, лиловые искорки в хитрющих глазах, улыбка предвкушения… что-то подсказывало Лунному Стрижу, что очередной эксперимент Её Неугомонного Высочества имеет непосредственное отношение к нему самому.

Присев рядом с ней на пол, Хилл осторожно заглянул в открытую книгу, надеясь разобрать хоть что-нибудь. Попытка не увенчалась успехом. Он даже не смог понять, на каком языке написан странного вида текст. Погруженная же в чтение похожих на взбесившихся пауков символов возлюбленная его не заметила.

— Шу, — он позвал её совсем тихо.

— Ммм? — не отрывая взгляда от пергаментных страниц, принцесса протянула к нему руку. Это выглядело так забавно, что Хилл чуть не рассмеялся. Он подсунул ей под руку стакан с соком и смотрел, как Её Высочество, так и не отведя глаз от закаляк, его пьет. Пустой стакан из её рук попросту исчез в неизвестном направлении, растворившись в воздухе.

— Спасибо, Тигренок.

Хилл не знал, то ли ему радоваться, что она настолько ему доверяет, то ли срочно начинать ревновать к давно почившему автору трактата. По недолгом размышлении он все же решил остановиться на более приятном варианте.

— Шу, милая, что там такое интересное? — отнимать у детки интересную игрушку не хотелось, но и забывать о Его Величестве, ожидающем внизу, не следовало. Хилл выбрал нейтральный вариант. Забравшись на кровать рядышком с возлюбленной, он обнял её и легонько поцеловал в плечико. Она в ответ заерзала, устраиваясь ещё поближе, и заурчала. Но от фолианта не отлипла. Наоборот, шлепнула его по руке, совершающей стратегический отвлекающий маневр на её стройном бедре.

— Вот посмотри.

Хилл добросовестно взглянул на змеиный клубок темно-красных линий, выдающий себя за буквы — или руны, или ещё что, кто ж его разберет? — но снова ничего не понял.

— Шу, радость моя, это как, сверху вниз или снизу вверх читается?

— Ой, ну да… — принцесса смущенно хихикнула и начертила какой-то мудреный знак ногтем на странице. Фолиант возмущенно подпрыгнул и выплюнул облако пыли. Таинственные значки закопошились, помигали немножко и сложились во вполне понятные имперские буквы, только старинного начертания. Перед глазами Хилла возник перечень ингридиентов и способ приготовления незнакомого зелья. Да и среди требуемых компонентов попадались совершенно невероятные названия, вроде Ашматуки колпаковидной, лучезапястной косточки с пятой лапы морского дракона и собранных в полдень слез вампира.

— Что это?! Нет, ты же не собираешься на самом деле варить эту бурду? — Хилл представил себе, что даст сочетание некоторых компонентов, и волосы на его голове зашевелились. — Это же похуже гномьей рудничной смеси.