Обольщение - Эйлин Лоренс

— Нет, ждать он не будет. Когда мы приехали сюда, я сразу же позвонил ему, поблагодарил и сказал, что мы поужинаем здесь.

— Но, — начала было Кэтрин, потом замолчала и кивнула головой.

Нельзя спорить с человеком, который нанял тебя на работу. Тем более, что гораздо приятнее ужинать со Стивом здесь, за кухонным столом, чем вести церемонную беседу в величественной гостиной большого дома.

Правда, за стол они не уселись, а, нарезав большими ломтями хлеб, принялись уплетать его с сыром, запивая кофе. Потом Стив, сидя на столе, диктовал письма и другие заметки, связанные с его недавней поездкой на юг, а Кэт печатала их на машинке за этим же столом.

Девушка закончила работу и сказала об этом, но Стив тут же пододвинул еще стопку документов. Зевая и потирая слезящиеся от усталости глаза, Кэтрин продолжила работу. Вытащив из машинки очередное письмо, она нечаянно положила руку на стопу папок, лежавших на столе, голова ее склонилась на руку и…

Только на минуту, подумала она, чтобы снять напряжение в шее.

Ей показалось, что крепкие мужские руки приподняли ее и положили на облако, устремившееся к луне. Легкий ветер — а может быть, это была рука? — погладил ее волосы. Луна внезапно исчезла, и все покрыла полная темнота.

Кэтрин проснулась через несколько часов и обнаружила, что лежит в постели, а ноги ее обнажены. Разве она снимала джинсы? Рядом с ней находится кто-то еще. Крепкие руки прижимали ее к мускулистому мужскому телу, но не эфемерному, а вполне реальному. То был не сон! Это был он.

Она вся напряглась, частично от страха, но в основном от волнения. Конечно, она сразу же узнала Стива, ведь это был его запах. Кэт пошевелилась. Он понял, что она проснулась, и, притянув к себе, поцеловал ее в шею. Пальцы Стивена расстегнули блузку и, пройдясь по груди, спустились ниже и проникли под трусики. Нежно погладили живот, заставляя все тело содрогаться от охватившего ее страстного желания.

— Стив, нельзя так, ты не должен… — Но руки, помимо ее воли, обхватили мужчину за шею. — Я ведь потеряю работу, твоя бабушка сказала…

— К черту твою работу, — сказал он хриплым голосом, покрывая требовательными поцелуями ее грудь и преодолевая последние редуты ее сопротивления. — Мы можем, мы должны!

— Но… — Ну как же могла она объяснить ему, что означает для нее позволить ему все. Ведь никто и никогда не будет значить для нее так много, как он. А если потом он оставит ее, как он уже неоднократно поступал с другими женщинами?

— Ну, что же ты?! — Это был не вопрос, а требование. — Я же говорил тебе: семь дней были, как семь лет. Ты являлась ко мне во сне, мучила меня, не давала спать. А теперь ты здесь, рядом со мной. И ведь хочешь меня, о Боже!

Да, она хотела его. И душой и телом. Сердце отчаянно билось, кровь неистовствовала в разгоряченном теле.

— А что, Стивен, если… — произнесла она, задыхаясь под тяжестью его тела. — Что потом?..

— Все будет хорошо, — прошептали его губы, перебираясь с груди на живот и ниже, ниже…

Она застонала, чувствуя, как он проникает в нее, слегка вскрикнула, застонала вновь, но на этот раз уже испытывая все большее удовольствие от его движения, сначала ритмичного, но все более ускоряющегося, уносящего ее все дальше и дальше, пока не взорвались звездочки… и они не слились в единое целое.

Ночь была на исходе, и он вновь нежно и требовательно обнял ее. Теперь ничто не сдерживало Кэт. Она полностью отдавалась ему, не стесняясь, еще и еще раз, пока поднимавшееся солнце не позолотило их слившиеся тела.

— Я люблю тебя, я так люблю тебя!

Как же могла я, подумала Кэтрин, раньше так сдерживаться и не произносить этих волшебных слов? Но может быть, раньше он не хотел их слышать? Они ничего тогда для него не значили?

— Глупая, — шептал Стивен, гладя ее тело, — почему же ты раньше молчала?

— Но ведь ты не давал мне такой возможности, — глаза девушки блестели, отвечая на теплоту его взгляда, — зная, что я никогда… Неужели мое молчание останавливало тебя?

— Ты же сама знаешь мой ответ на этот вопрос, — ответил Стивен, вновь принимаясь ласкать ее.

— Уже поздно. — Кэтрин выскользнула из его объятий и соскочила с кровати. — Я первая в ванну!

Внезапно устыдившись своей наготы, она схватила первую попавшуюся под руку вещь — это была куртка ее любимого — и натянула на себя, покраснев от взгляда Стива, устремленного на ту часть тела, которую куртка не прикрывала.

Стивен вскочил на ноги и, схватив ее за руки, развел их в стороны. Куртка распахнулась, и он снова пожирал ее взглядом, затем наклонился и стал целовать, возбуждая и заставляя Кэт стонать от наслаждения.

Стив попытался снять с нее куртку, но она выскользнула из его рук и побежала в ванную. Он всем телом навалился на дверь, которую Кэт не смогла удержать, но в это время зазвонил телефон.

Тихо выругавшись, он направился к телефону, а девушка повернула ключ в двери.

Но он больше не ломился, и она спокойно завершила свой туалет. Наверное, он уже оделся и пошел гулять с Блэки, подумала Кэтрин.

Посвежевшая, с блестевшими глазами, она вышла из ванной и обнаружила, что Стивен не покидал коттедж. Он стоял у окна спальни с полотенцем, повязанным вокруг бедер.

Она рассмеялась:

— Теперь ты можешь оглянуться!

Но он молчал, и Кэт направилась к нему, подняв руки, чтобы обнять его за шею. Он обернулся, но лучше бы он этого не делал. Лицо его было похоже на маску с холодными, как лед, глазами.

Сердце Кэт упало, ей стало трудно дышать.

— Что случилось? — Она как будто старалась прикрыться руками от его пристального взгляда. — Этот телефонный звонок! Что-то произошло?

Он стоял со сложенными на груди руками — на груди, которую недавно она нежно целовала, касаясь пальцами густых волос и прижимаясь к ней щеками! Неужели с тех пор прошли годы?

— Ты врала мне!

У нее перехватило дыхание.

— О чем ты? Ты же убедился, ты сам знаешь, что был первым…

— Эстель не поручала тебе писать рассказ, — прервал он ее. — Ты все придумала, хотя и делала какие-то заметки. — Он подошел к ней. — И не пытайся отрицать это. Я говорил по телефону…

— Да? — Она криво усмехнулась.

Она и вообразить не могла, что какой-то телефонный разговор, о чем бы он ни был, мог так резко изменить их отношения. Этот переход от страстной любви к холодному обвинительному тону.

— Мне сообщили, что никто не поручал тебе написать рассказ.

— Ты говорил с Эсти? — в тревоге прошептала Кэт. — Но ведь она с мужем путешествует по Америке, и даже у меня нет номера телефона, по которому я могла бы с нею связаться.