Наталья Бехтерева – какой мы ее знали - Святослав Медведев

Молодым нейрохирургам было очень интересно присутствовать и общаться с Н. П. Бехтеревой, когда их больным в электрофизиологической лаборатории производили ЭЭГ-ис-следование, и оценку давала сама Наталья Петровна.

Перед исследованием лечащий врач докладывал анамнез, данные неврологического статуса и результаты других методов обследования больного, затем лаборант и сама Наталья Петровна, а также лечащий врач становились около аппарата. По ходу записи в отдельных случаях она иногда задавала дополнительные вопросы, а также давала пояснения по поводу регистрируемых отдельных информативных признаков на ЭЭГ. Затем Наталья Петровна подробно, на одну-полторы страницы, записывала заключение: предполагаемая этиология церебрального патологического процесса, полушарная латерализация и долевая его локализация, степень воздействия на стволовые структуры мозга. Тщательное ведение медицинской документация требовалось от всех сотрудников лаборатории, но полнота записи наблюдений лечащего врача проявилась в наибольшей степени, когда в институте с лечебной и диагностической целью стали вводиться глубинные долгосрочные электроды у больных с экстрапирамидными гиперкинезами и эпилепсией.

Больные эпилепсией представляли особый интерес для Натальи Петровны, так как в 1957 году в институт из зарубежной командировки вернулись два сотрудника, кандидаты медицинских наук А. Г. Земская и Ю. Н. Савченко, которые в течение полугода стажировались в Монреальском неврологическом институте (Канада) у профессора У. Пенфилда и обучались современной диагностике и хирургическому лечению очаговой эпилепсии. С их возвращением в институте стали активно внедрять операции такого типа: хирургические вмешательства проводились при очаговой эпилепсии как у детей, так и у взрослых. Выполнялось тщательное предоперацинное, интраоперационное и послеоперационное динамическое исследование биоэлектрической активности головного мозга, что позволило А. Г. Земской подготовить и впервые в СССР защитить докторскую диссертацию по хирургическому лечению очаговой эпилепсии у детей (1966) и Ю. Н. Савченко – докторскую диссертацию по хирургическому лечению очаговой эпилепсии у взрослых (1969).

В нейрохирургическом институте Наталья Петровна провела большую работу по внедрению с диагностической и лечебной целью метода глубинных множественных долгосрочных электродов у больных с экстрапирамидными гиперкинезами и эпилепсией. Интерес к данной теме появился в связи с нарастающим числом публикаций в зарубежных журналах.

Окончательно этот интерес закрепился после поездки Натальи Петровны в Рим на Международный конгресс нейрофизиологов. К этому времени институт получил на апробацию стереотаксический аппарат НИИЭХиИ модели Шпигеля и Уайсиса, предназначенный прежде всего для выполнения одномоментных стереотаксических операций. Под руководством профессора Е. М. Маргорина его аспиранту по настоятельной рекомендации директора института, академика В. Н. Шамова предлагалось произвести апробацию аппарата на трупах со всеми требованиями стереотаксического метода.

В планах Натальи Петровны здесь разрешался только один вопрос: внедрение в нейрохирургическом институте метода множественных глубинных долгосрочных электродов для лечения больных с экстрапирамидными расстройствами и эпилепсией с применением уже имеющегося в институте апробированного стереотаксического аппарата. Но такая задача требовала выбрать для их применения в клинических условиях оптимальный технический материал, создать из него удобную конструкцию пучков, применить щадящую фиксацию с сохранением их целостности для возможного длительного проведения диагностических и лечебных воздействий (от трех до шести месяцев).

Наталья Петровна и дирекция института предполагали, что метод глубинных множественных долгосрочных электродов откроет уникальные возможности для проведения диагностического и лечебного процесса при постоянной заботе о больном, а также позволит выполнять научные исследования на высоком современном уровне.

Стереотаксический аппарат НИИЭХиИ был апробирован в экспериментальных условиях, создана конструкция электродов и пучков для глубинных долгосрочных множественных электродов, представляющих тонкую проволочку из золота. Для такой первой операции тщательно обследовали и обсудили больную с выраженной правосторонней экстрапирамидной симптоматикой.

Для выполнения этой операции под руководством Натальи Петровны сформировали бригаду, в которую вошли руководитель женского нейроонкологического отделения кандидат медицинских наук А. Н. Орлова, младший научный сотрудник отделения, он же лечащий врач больной, С. Л. Яцук и младший научный сотрудник электрофизиологической лаборатории инженер К. В. Грачев.

15 февраля 1962 года впервые в РНХИ им. проф.

А. Л. Поленова и в СССР больной Г., 35 лет, в прошлом учительнице, инвалиду II группы, по поводу правостороннего паркинсонизма воспалительной этиологии были введены четыре пучка электродов в подкорковые структуры левого полушария большого мозга: первый пучок из шести электродов погружен в бледный шар, второй – в скорлупу, третий – в вентролатеральный отдел таламуса и четвертый – также в вентролатеральный отдел таламуса. Операция (как бывает в таких случаях достаточно часто) продолжалась длительное время, оказалась очень напряженной для всех ее участников и неожиданно впечатляющей по своему лечебному эффекту уже на операционном столе.

Операция выполнялась под местной анестезией, с добавлением анальгетиков. Больная устала лежать так долго с жестко фиксированной головой, чувствовали усталость и хирурги, и операционная медицинская сестра, и рентгенолаборант, но не было усталости у Натальи Петровны. Она постоянно подбадривала больную, помогала придать удобное положение фиксированным частям ее тела. Своим оптимизмом и целеустремленностью старалась снять усталость у нейрохирургов, так как понимала, что при проведении такой ответственной операции недопустимы какие-либо ошибки, недоделки или промахи, которые могли бы трагически отразиться на состоянии больной или негативно повлиять на перспективу внедрения данного метода в институте.

Сразу же после введения первого пучка электродов на расчетную глубину полностью прекратился гиперкинез в правой руке, из-за которого ранее больная ничего не могла взять этой рукой. Это было неожиданностью для всех участников операции. Полное прекращение ранее наблюдаемых выраженных размашистых насильственных движений в правой руке без признаков пирамидной недостаточности особенно вдохновило Наталью Петровну. Всех присутствующих впечатлило исчезновение у больной здесь же, на операционном столе, мучивших ее в течение восьми лет и все нарастающих насильственных движений, из-за чего она стала глубоким инвалидом. По рекомендации Натальи Петровны было принято решение закончить операцию по заранее намеченному плану и ввести остальные три пучка в намеченные оставшиеся структуры-мишени. Обнадеживающий факт прекращения гиперкинеза на операционном столе, как известно, еще не дает полных гарантий рассчитывать в последующем на длительную устойчивость возникшего в таких случаях лечебного эффекта.

Особое внимание Наталья Петровна уделяла больным с глубинными множественными долгосрочными электродами в раннем и последующем периодах их пребывания в институте. Она просила лечащего врача после операции в ближайшие дни чаще подходить к пациенту, тщательно осматривать неврологический статус и подробно записывать свои наблюдения в историю болезни. Эти сведения в последующем могли очень пригодиться для научного анализа клинических данных при сопоставлении их с изменениями биопотенциалов головного мозга.

Ежедневно Наталья Петровна и сама навещала таких больных. После заживления операционной раны и снятия швов электроды прикрепляли к специальной колодке, фиксировали их на голове и производили практически каждый день в электрофизиологической лаборатории ЭЭГ, ЭСКГ, стереоЭЭГ.

После углубленного анализа клинических и нейрофизиологических данных в процессе проводимых диагностических электростимуляций и поляризаций отбирали подкорковые структуры для формирования в них лечебных деструкций. Локализация таких деструкций и их количество определялись на основании устойчивости клинических и нейрофизиологических показателей в период стабильной компенсации у оперированного, после чего электроды извлекали.

Гиперкинез у больной Г. после операции появился и характеризовался мелким непостоянным тремором в дистальных отделах правой руки, а после деструкции в зоне подкорковых ядер левого полушария большого мозга он полностью прекратился. В течение последующих 20 лет продолжалась переписка с больной, она чувствовала себя хорошо, гиперкинеза не наблюдалось, отмечалась устойчивая компенсация общего состояния, и она даже начала работать на полставки библиотекарем в школе. В последнем письме она сообщала, что переболела тяжелой формой гриппа, насильственные движения в правой руке возобновились и вновь, как и ранее до операции, она не может себя обслуживать.